Спускаюсь со сцены под горячие аплодисменты с все той же замороженной на лице улыбкой и иду мимо столиков в жутком напряжении. Прикосновения к моему телу чужих рук – для меня еще больший стресс, чем танцевать топлес. От первого касания вздрагиваю и напрягаюсь. Легкое поглаживание, пошлая фраза, оттянутая ниточка стрингов и повисшая купюра. Автоматически произношу «спасибо» и уношу ноги. Новое прикосновение, новое нервное напряжение и новая банкнота. Обойдя зал, направляюсь к выходу, где меня встречает Маргарита. Дрожащими пальцами передаю ей купюры «благодарности» клиентов и направляюсь по коридору в спасительное убежище гримерки – заново одеться.
Надеваю новую «униформу», тоже одолженную Надей, и, плюхаясь на стул, смотрю в свои дикие глаза. Я стриптизерша… Мой мир рухнул! Отворачиваюсь, вздыхаю. Повторить все – еще сложнее, потому что теперь я знаю, что именно мне предстоит. Неожиданно для себя подхожу к шкафчику подруги и достаю ее снимающее напряжение лекарство. Смотрю на него и начинаю думать: стоит ли?! Нет! Думать, находясь в этом месте, противопоказано. Сейчас мне надо принять дозу успокоительного и дальше автоматически совершать прописанные мне действия. Думать я буду потом. Может быть, завтра. Если наберусь смелости. Не теряя больше время, наливаю стопку, заливаю в себя, морщусь и иду в зал.
– Зай, мне надо идти, – слышу, едва войдя, знакомую капризную интонацию и оборачиваюсь. Злата сидит на коленях у импозантного мужчины и, смотря ему в глаза, причитает: – Так не хочется тебя оставлять. Может, ты позовешь Маргариту и договоришься, чтоб я не танцевала?
Вижу: мужчина делает знак, а девушка расплывается в обольстительной улыбке.
– Ты лучший. А можно еще коктейльчик?
Вспоминаю: Надя вроде говорила, что это одна из позиций в crazy-меню, и называла это «режим ленивая танцовщица». А что, идеальный вариант: сидишь весь вечер, не танцуешь, а развлекаешь одного клиента, что оплатил твое «освобождение». Мне бы тоже это подошло, если бы гость был словоохотлив и бездейственен.
Чувствую окрик с именем, как-то отзывающимся в моем подсознании.
– Асаль!
Оборачиваюсь. Невысокий седоволосый мужчина, на первый взгляд кажущийся безобидным, улыбается и зовет меня к себе.
– Посиди со мной, девочка!
«Клиент всегда прав!» – обреченно напоминаю самой себе и, одев на лицо новую широкую улыбку, шагаю в его сторону. Кажется, после сегодняшней улыбчивой ночи завтра у меня будут болеть мышцы лица.
Смотрю на часы Аркадия – мужчины, что оплатил ночь в моем обществе и не просил ничего, кроме как поддерживать беседу и улыбаться – пол пятого. Он прощается со мной и желает удачи, и я искренне улыбаюсь ему пьяной улыбкой. Благодаря ему мне даже не пришлось второй раз оголять себя на сцене, и он сам без просьб покупал мне вкусные фруктовые коктейли, которые оказались совсем не такими безобидными, поскольку я впервые в своей жизни чувствую, что пьяна.
Еще раз посылаю ему благодарную улыбку, встаю, пытаюсь отыскать равновесие, которое в стоячем положении и на высоких каблуках сложно найти, и, собирая мысли в охапку, заставляю себя соотнести: который сейчас час и время, когда заканчивается моя рабочая ночь. Потратив на эту мыслительную операцию вдвое больше времени, вычисляю, что еще полчаса отделяет меня от свободы.
Обвожу глазами зал – он полупустой. Некоторые девочки уже сидят в одиночестве, устало ожидая конца смены. Пытаюсь найти Надю – не нахожу. Решаю, что мне тоже можно доработать оставшиеся минуты на мягком диване, и делаю шаг обратно. Мягкое облако кожаного дивана поглощает мое уставшее и не привыкшее к ночной работе тело, и я не замечаю, как меня накрывает темнота.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Открываю глаза и встречаю глаза Марка. Это сон?! Не могу понять. Мне бы испугаться, что он так близко, но алкоголь притупил чувство страха и самосохранения, и я позволяю себе раствориться в его взгляде. Тем более его глаза мне так нравятся. В его радужке переплетаются подобно причудливому узору несколько теплых оттенков, и оттого они необычные, запоминающиеся, как и он сам.
– Не бойся.
Ах, этот его дьявольский голос. Он действует на меня похлеще алкоголя. Кажется, я шепчу «не боюсь», хочу услышать что-нибудь в ответ, но действительность снова исчезает…
8 глава. Биохимия.
Я держу ее на руках и, брезгуя благоразумием, вдыхаю запутавшийся в ее волосах персиковый запах, немного перемешанный с каким-то другим, посторонним. Я могу себе это позволить, поскольку Ася спит, прижавшись щекой к моей груди и согревая своим теплом мое сердце. Минуту назад она, правда, очнулась, посмотрела затуманенными алкоголем медовыми глазами на меня и опять уплыла в забытье.
Чего мне стоил сегодняшний вечер! Я его долго не забуду. Как верный пес я не сводил с нее глаз, сидя в своем неприметном месте, и готовый в любой момент показать зубы каждому, решившему обидеть ее. Смешно?! Да. Если бы еще не было так грустно оттого, что я не понимаю, что за чертовщина происходит со мной. Я как будто прилип к ней и не могу оторваться. Словно эта девчонка в отместку за мой отказ помочь приворожила меня к себе. Других объяснений у меня нет. Поскольку веду себя я так как никогда раньше!
Прохожу по коридору к выходу, слышу шаги, догоняющие меня, и окрик.
– Марк.
Узнаю голос – Маргарита. Понимаю, что уйти незамеченным не получилось и, остановившись, поворачиваюсь. В ее глазах легко читаемая палитра чувств: удивление, обида, возмущение. Впрочем, мне все равно. Никаких планов на нее у меня нет, а мои планы ее не касаются. Выжидающе смотрю на женщину.
Марго решает попридержать эмоции и начинает издалека:
– Она пьяная?
– Как видишь.
– Надо ее оштрафовать.
Твердо смотрю ей в глаза и произношу:
– Нет.
– У нас в правилах написано, что нельзя…
Раздраженно перебиваю:
– Ты меня слышала?!
Она растерянно хлопает ресницами и кивает, а я пытаюсь смягчить сказанное:
– Ее сегодня и Клео спаивала, и мужик, купивший «освобождение». Просто предупреди, чтобы впредь контролировала норму.
– Хорошо, – и миролюбиво следом: – Ты оказался прав, девчонка – золотая жила для нас. Сегодня четыре гостя хотели купить ее приватный танец, но она была, к сожалению, занята.
– Никаких приватных танцев! – слишком резко и слишком эмоционально произношу я и тут же понимаю это, но уже поздно. Марго смотрит на меня как на полоумного. Наверно, я такой и есть. Покупки crazy-меню – одна из прибыльных статей дохода, но мне по барабану. По крайней мере, это я могу контролировать.
– Почему?!
Я мгновенно придумываю правдоподобную отмазку и даже льщу ей:
– Ты сама говорила, что она не профессионал. У нас солидное заведение. Пусть месяц испытательного срока пройдет, а там посмотрим.
