Тревожный звонок с Октябрьского вокзала, проскочив двух посредников, наконец достиг ушей человека которого в СССР уже никогда не будут называть 'кукурузником' и отразившись словно в кривом зеркале вернулся к исполнителям.
Через час, за командированным прибыл конвой из центрального аппарата, и трое мужчин с холодными взглядами увезли третьего секретаря в вечность, расположенную в этот раз в Москва-реке.
На другой день Александр поднялся рано, вместе с Верой Степановной. У нее сегодня была первая смена, и она поторопилась накормить 'Сашеньку' до своего ухода.
Завтрак был простой, но сытный и вкусный. Вареная картошка с постным маслом, пара кусков остро пахнувшей чесноком колбасы, мягкий хлеб и чай, в который добросердечная Вера Степановна бухнула три полных ложки сахару. Да еще и 'с горкой'! Напиток превратился в горячий сироп, но так как качество заварки оставляло желать лучшего, то Белов не возражал.
Хозяйка, сложив руки под подбородком, с умилением следила за тем, как с аппетитом ест 'ее мальчик'.
- Вот, Сашенька, сейчас покушаешь - и пойдем. А может мне лучше с тобою пойти? - Новая идея захватила Веру Степановну, и она тут же принялась ее развивать - Правда, а? Придем, я хоть на дядю твоего посмотрю. Ты ведь учти, Сашенька: это для тебя он - родной человек, а я-то, может, что важное увижу. Мало ли... Опять же на жилищные условия его взглянуть, а то положит тебя где-нибудь в чулане. А тебе солнце нужно, воздух...
Белов с большим трудом уговорил Веру Степановну не отпрашиваться с работы, пообещал, что сразу же, как только устроится, пригласит ее в гости. Чемодан по здравому размышлению решил не брать с собой, а оставить здесь.
Они вместе вышли из дома, женщина посадила мальчика в трамвай и долго махала ему вслед, украдкой смахивая слезы.
Добраться до главной проходной Завода имени Сталина было не так-то легко. Это потом, когда появится станция метро 'Автозаводская', все станет просто: вышел из метро и шагай вперед - не ошибешься. А в это время...
Сперва - до Варварки, а потом - на шестнадцатом номере пилить чуть не через пол-Москвы, аж до рабочего поселка АМО. А оттуда - пешочком, до проходной. Небыстрое дело, неблизкий путь.
Белов вздохнул, поправил пилотку и подошел к дверям проходной, через которые втекал на завод человеческий поток. Пришлось подождать, пока пройдут идущие на смену. Но все на свете имеет конец, и вот Александр распахнул дверь и вошел в здание.
На проходной стоял вахтер в фуражке, старенькой но чистой и выглаженной синей гимнастерке и с нагановской кобурой на потёртом ремне. Саша улыбнувшись охраннику вежливо спросил:
- Скажите пожалуйста, мне нужно видеть товарища Горенко. Как мне к нему пройти?
Седой вахтер спокойно, но внимательно оглядел мальчишку с красным галстуком, потом указал на окошко напротив:
- Вон туда ступай. Пропуск надо выписать.
К удивлению Белова пропуск ему выдали без лишних вопросов, лишь напомнив, что на обратном пути он должен сдать его с пометкой самого Горенко. Получив кусочек бумаги со слегка смазанной синей печатью, Саша снова подошел к вахтеру:
- А теперь куда, дяденька?
Вахтер легонько подтолкнул его к дверям:
- Во-он там, видишь? Маленький такой домик, с желтой дверью. Вот туда и шуруй, а там спросишь.
Александр зашагал в указанном направлении, и почти сразу же столкнулся с плотным человеком в защитной форме, с нашивками ОГПУ на рукаве. Крепыш чуть не сбил Белова с ног и тут же рявкнул:
- А ты тут что делаешь?! Кто пропустил?!!
- Я к товарищу Горенко, - с достоинством ответил Саша. - Вот пропуск.
Он хорошо знал тип вот таких вот крепких живчиков, которые сначала стреляют, а потом разбираются. Лучше всего на них действовала спокойная уверенность и чувство собственного достоинства.
Вот и теперь, человек в защитной форме круто остановился, и чуть склонив голову, с интересом посмотрел на Белова.
- Постой-постой... Это не о тебе Ляо звонил? А ну-ка...
Александр посмотрел на него с таким же интересом, а затем спросил:
- А ваши документы посмотреть можно?
- Ишь ты! - восхитился крепыш. - Хорош, правда - хорош! Ну, смотри, изучай. Да, и мне свои покажи...
Они одновременно обменялись бумагами. Саша осмотрел удостоверение в зеленой коленкоровой обложке. 'Андрей Тарасович Горенко, особоуполномоченный ГУГБ, 3-й отдел...' Вроде все верно.
- Так, Александр, сейчас топай в отдел. Там спросишь Казенкина, он тебя в мой кабинет проводит. И сиди пока там, жди меня. Часа через четыре поговорим.
- Через четыре?
- Ну, извини, дела. Сегодня митинг на заводе, товарищи из ЦК будут.
Белов кивнул и пошел, было, к зданию первого отдела, но тут же обернулся и припустил вслед за Горенко. Ему показалось весьма интересным побольше узнать о структуре охраны первых лиц государства в эти довольно-таки примитивные времена.
- Товарищ Горенко, а можно мне посмотреть? Сходить на митинг?
Особоуполномоченный ГУГБ обернулся, задумчиво посмотрел на Александра, каким-то неуверенным движением почесал лоб сдвинув фуражку на затылок. А после широко улыбнулся:
- Да, дело такое, когда ещё людей из самого центрального комитета увидишь? Ладно, товарищ Белов. Будь по-твоему. Пошли. И зашагал вперёд твёрдой походкой.
Они прошли сквозь несколько корпусов и оказались в огромном сборочном цеху. Там кипела работа, но не та, что обычно. С десяток рабочих, яростно размахивая молотками, сколачивали высокую трибуну из свежеструганных досок, еще десятка два точно обезьяны ползали по стальным фермам вверху и растягивали транспаранты. Остальные оборачивали колонны и накрывали линию конвейера широкими полотнищами кумача. Чуть в стороне группа комсомолок в алых косынках разучивали приветствия, выкрикивая их нестройными, но звонкими девичьими голосами.
Но вся эта суета Белова не заинтересовала. Он во все глаза рассматривал нескольких молодых людей, слонявшихся по углам площадки. Парни носили красноармейскую форму с ярко-красными петлицами, но почему-то без 'кубиков', 'треугольничков' или иных знаков различия. И еще в глаза бросалось отсутствие оружейных кобур на ремнях, которыми туго подпоясались гэпэушники. 'И где ж это они стволы попрятали?' - подумал Саша, внимательно разглядывая местную спецуру. И да присвистнул, заметив слегка встопорщенную гимнастерку одного из парней: 'Мать моя! Эти олухи наганы под гимнастёрки сунули?! А доставать, как собираются?!!'
Не снеся такого надругательства над здравым смыслом, он осторожно тронул Горенко за рукав:
- Андрей Тарасович, а почему охрана без оружия?
Тот усмехнулся:
- Они - с оружием, только носят его скрытно. Ну, чтобы другим видно не было, понял?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
