Воспоминания всплывали в памяти одно за другим. Вот они с отцом на берегу озера наблюдают восход солнца. В это время обычно начинался отличный клев. Восход солнца всегда наполнял сердце какой-то радостью. Радостью понимания красоты мира, в котором живешь. Волшебный переход от тьмы к свету никого не мог оставить равнодушным...
Сейчас Ланс не чувствовал ничего, кроме боли. Боли от сознания того, что нечто очень ценное ушло из его жизни навсегда. Он успел измениться. И никогда не будет прежним.
— О, Боже, как я, наверное, вам надоела! — воскликнула Мелани.
Эти слова вернули Ланса к реальности.
— Что?
— Вы были сейчас где-то очень далеко. — В уголках ее губ притаилась улыбка. — Я совсем вам надоела?
— Нет. — Он встряхнул головой, прогоняя прочь воспоминания. — Просто я кое о чем задумался, вот и все.
Ну да, конечно! От обычных мыслей люди не становятся белыми как полотно. Мелани так и подмывало засыпать его новыми вопросами, но на этот раз она сдержалась.
Официантка принесла счет, и Мелани вынула из кошелька кредитку. Однако воспользоваться ею она не успела. Ланс перехватил ее руку.
— Что вы делаете?
— Собираюсь заплатить за ужин, — ответила Мелани.
— Я сам. — Он отодвинул ее руку и полез за кошельком.
— Но я же пообещала угостить вас, — начала было Мелани нерешительно.
— Я сам, — повторил он и протянул официантке кредитку.
Мелани не хотелось с ним спорить и портить остаток вечера. Несмотря на их постоянные разногласия, она прекрасно провела время и от всей души надеялась, что и для него оно не прошло даром.
— Спасибо. Деньги еще пригодятся мне на такси.
— Такси?
— Ну да. Бредли уже, вероятно, на полпути к Нью-Йорку, а мне надо как-то добраться до дома.
— Я-то думал, вы встретитесь у входа в ресторан.
— Я так и хотела, — подтвердила Мелани. — Но Бредли сломал все планы. Он настоял, что заедет за мной, чтобы у нас было побольше времени для общения. — Она зажала кончик языка губами, и Ланс обнаружил, что находит эту ее привычку очень сексуальной. — Я тогда сразу поняла, что это свидание окончится ничем. Ну, ничего не поделаешь.
Подумать только! А ведь этот зануда, пожалуй, мог воспользоваться ситуацией и остаться у нее на ночь, размышлял Ланс.
— И что вы собирались делать, когда он привез бы вас домой поздно ночью?
Именно об этом она думала всю дорогу по пути в ресторан.
— Побежала бы как сумасшедшая, чтобы успеть захлопнуть дверь перед самым его носом.
Ланс улыбнулся, живо представив себе эту картину.
— Ладно, я подброшу вас до дома.
Мелани очень этого хотелось, но ведь он собирается подвезти ее из вежливости...
— Это вовсе не обязательно, — робко начала она.
Он расплатился и встал, поддерживая Мелани за локоть.
— Мисс Макклауд, помолчите хотя бы минуту. Я сказал, что отвезу вас домой. Спорить бесполезно.
— Да, сэр.
Ну, вот и все, мрачно подумал Ланс, когда они вместе выходили из ресторана.
Но он ошибся — это был вовсе не конец, а только самое начало. Ланс понял это, когда остановил машину перед самым магазином Мелани и проводил ее до входной двери. Ну почему он не находил в себе сил развернуться и просто уйти?
Она долго возилась с ключами, пытаясь как можно дольше продлить их прощанье.
— Может, зайдете на пару минут? — наконец спросила она.
На небе не было луны. Лишь неверный свет звезд освещал пустынную улицу, и Мелани на секунду показалось, что они одни в целом свете. Дул прохладный ветер, приятно освежая кожу. А от нее исходило такое тепло...
Да, он хотел зайти. Больше всего он хотел сейчас зайти и остаться на ночь. Но он не может воспользоваться ее доверием. В раздумье Ланс чертил носком ботинка линии на песке.
Нужно прямо сейчас развернуться и уехать, внушал себе он.
— А вы не побежите как сумасшедшая, чтобы успеть захлопнуть передо мной дверь?
— По-моему, на то нет причин, — промолвила Мелани, не сводя с него глаз.
Зато у меня есть куча причин, чтобы бежать отсюда, бежать со всех ног и без оглядки.
— Мне лучше уйти, — простонал он.
А Мелани так хотела, чтобы он остался. Но еще больше ей не хотелось, чтобы он делал сейчас что-то помимо своей воли. Пусть поступает так, как считает нужным.
— Спасибо, что подвезли меня. Знаете, я и подумать не могла, когда выходила из дома, что вечер окажется таким замечательным.
При свете звезд ее кожа казалась серебряной. Не вполне понимая, что делает, Ланс протянул руку и дотронулся до волос Мелани. Они были удивительно мягкими...
Интересно, а ее губы такие же мягкие и нежные?
И, заранее зная, что совершает ошибку, о которой потом будет жалеть, Ланс наклонился к Мелани и нашел губами ее рот...
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Поддавшись так внезапно нахлынувшему чувству, Ланс нежно овладел ее ртом.
Ему самому трудно было поверить в то, что он целует Мелани. Ведь еще каких-то пять минут назад он собирался оставаться твердым и держать себя в узде.
О чем, спрашивается, он думает?
На самом деле он вообще не думает. Просто целует Мелани и получает от этого удовольствие. Его состояние можно было сравнить с ощущениями странника, выпившего первый стакан воды после изнурительной жажды. Почувствовав свежесть на иссохших губах, он уже был не в силах оторваться от живительной влаги.
Запрокинув ей голову, ощущая под пальцами нежную кожу, Ланс углубил поцелуй. Он полностью растворился в Мелани и уже не понимал, где он и как здесь очутился.
А она прижалась к нему, как листок на ветру, заключив в плен чувственных объятий. Она заставляла голову кружиться от невысказанных желаний. Мелани явно искушала его всеми доступными способами, давая понять, чего она ждет.
В глубине души Ланс надеялся, что она оттолкнет его. Весь его опыт общения с женщинами говорил, что им обычно не нравятся приставания мужчин. Поэтому он был очень удивлен, обнаружив под ладонями мягкое податливое тело. Душа Ланса рвалась наружу; такое чувство бывает обычно, когда с бешеной скоростью летишь по неровной дороге на мотоцикле. Или объезжаешь мустанга.
Мелани приподнялась на цыпочки и обвила его шею руками, чтобы стать еще ближе, еще сильнее чувствовать его тепло.
Когда с ее губ сорвался стон удовольствия, Мелани даже не пыталась сдержать его. Она и не подозревала, что поцелуи приносят столько наслаждения. Ей казалось, что по ее телу разлился животворящий свет солнца.
Он снова и снова пробовал на вкус ее губы. Огонь страсти становился почти нестерпимым.
Но Ланс не чувствовал себя беспомощным. Нет. Он знал, что мог провести ее по краю пропасти и сорваться в пучину охватившей их страсти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
