Война Трампа с семейством Клинтонов продолжала набирать обороты на протяжении весны и лета 2016 г. Действовал Дональд расчётливо: зачастую он бил по Биллу Клинтону, хотя метил, конечно же, в свою главную конкурентку из лагеря демократов.
«Удивительно, что Лживая Хиллари может нападать на меня в отношении женщин, в то время, как её муж был НАИХУДШИМ обидчиком женщин в политической истории США», — написал Дональд Трамп в своем Твиттере 17 мая 2016 г.[92]
«Crooked Hillary»[93] — это определение Трамп использует в своих выступлениях и записях в соцсетях постоянно. Но далеко не каждая его запись, начинающаяся с этих слов, набирает 36 тысяч лайков и 15 тысяч ретвитов. Видимо, в этот раз он написал о чём‑то, что действительно зацепило его аудиторию. Но чем именно Билл Клинтон так насолил американским женщинам? Не историей же с Моникой Левински, в самом деле?
Трамп пояснил, что он имел в виду, давая интервью Шону Хэннити на канале Fox News, одному из сравнительно немногих американских журналистов, которые не участвуют в развязанной крупными медиа кампании по борьбе с кандидатом‑смутьяном (возможно, потому, что Хэннити может позволить себе независимость суждений — его годовой доход, по оценкам Forbes, составляет около 29 миллионов долларов). Речь зашла о газетных публикациях, посвящённых отношениям Трампа с женщинами, и Хэннити не преминул обвинить коллег из The New York Times в предвзятости.
— Разве они спешат взять интервью у Хуаниты Броддрик? Собираются они проинтервьюировать Полу Джонс? Может, они хотят поговорить с Кейтлин Виллей? — спрашивал Хэннити. — В одном случае, речь шла об обнажении (exposure), в другом — об ощупываниях, ласках и прикосновениях к женщине помимо её воли.
— И об изнасиловании! — немедленно добавил Трамп.
Нет сомнений, что опытный Хэннити специально вывел Трампа на это восклицание. Трудно не заметить, что назвав первой Хуаниту Броддрик, лукавый журналист предпочел сосредоточиться на кейсах Полы Джонс и Кейтлин Виллей, оставив самый лакомый кусочек своему визави. И добился своего — страшное слово «изнасилование» (rape) было произнесено и тут же стало предметом обсуждения в СМИ.
В общем‑то, Трамп не открыл Америку: бывший президент США действительно был замешан в нескольких сексуальных скандалах ещё до печально известного «зиппергейта». В мае 1994 г. Пола Джонс, бывшая служащая администрации штата Арканзас, обвинила президента в сексуальных домогательствах. Как утверждала Джонс, в 1991 г. на конференции в отеле «Эксельсиор» в Литл‑Рок один из людей, обеспечивающих безопасность губернатора Арканзаса Билла Клинтона, подошёл к ней и сообщил, что губернатор хотел бы встретиться с ней в своём номере. Когда ничего не подозревавшая Пола поднялась в номер Клинтона, тот после непродолжительной беседы снял штаны и предложил заняться оральным сексом. «Я не такая», — гордо ответила Джонс и повернулась, чтобы убежать. «Не стоит об этом никому рассказывать», — сказал ей вслед губернатор. Пола последовала его совету — но в мае 1994, когда Клинтон уже обосновался в Белом Доме, решила извлечь из неприятного инцидента некоторую выгоду и потребовала возмещения морального ущерба в размере 850 тысяч долларов и извинений. Тяжба тянулась четыре с лишним года, пока, наконец, в ноябре 1998 Клинтон не выплатил Джонс всю требуемую ею сумму, однако никаких извинений не принёс, поскольку его адвокаты продолжали утверждать, что обвинения истицы совершенно безосновательны и президент решил расстаться с кругленькой суммой только для того, чтобы иметь возможность спокойно выполнять обязанности главы государства, не отвлекаясь на судебный процесс. Журналисты подсчитали, что за четыре года президент потратил на адвокатов более 3 миллионов долларов, так что определённый резон в таком поступке был. Впрочем, и Пола Джонс из полученных $800 тысяч около $600 тысяч была вынуждена заплатить юристам.
Однако ещё до того, как Джонс отозвала свой иск, Клинтона обвинила в сексуальных домогательствах ещё одна молодая леди, Кейтлин Виллей (Cathelyn Willey), работавшая в первой половине 90‑х годов волонтёром в Белом доме. По её словам, ещё в 1993 г., когда они остались с Клинтоном наедине в Овальном кабинете, президент крепко обнял ее, поцеловал в губы, и схватил за грудь. Позже Моника Левински — героиня самого известного сексуального скандала с участием Билла Клинтона — заявила, что обвинение Виллей абсурдно, поскольку та не может похвастаться пышной грудью, и президент никогда не польстился бы на такую «плоскодонку».
История с Виллей обошлась Клинтону не так дорого, как инцидент с Полой Джонс, поскольку Большое Жюри несколько раз уличило Кейтлин во лжи (правда, в свидетельствах, не относившихся к сексуальным домогательствам президента). Позже Виллей написала книгу о своих злоключениях, в которой, в частности, утверждала, что её дом подвергся нападению странных грабителей, которые украли только рукопись будущего бестселлера (предусмотрительная Кейтлин, к счастью, сделала копии). А в прошлом году увидела свет книга Роджера Стоуна и Роберта Морроу «Война Клинтонов с женщинами», предисловие к которому написала всё та же неугомонная Виллей. История её конфликта с бывшим президентом США заиграла новыми красками: оказалось, что Кейтлин была вынуждена о многом молчать, потому что Хиллари Клинтон угрожала ей расправой и даже послала специальных людей, которые убили двух любимых котов Виллей и положили голову одного из них в её почтовый ящик!
Впрочем, по сравнению со скандалом «Клинтон‑Броддрик» все эти истории о поцелуях в Овальном кабинете и умерщвлённых котах кажутся довольно безобидными.
В 1999 г. Хуанита Броддрик во всеуслышание объявила о том, что Билл Клинтон — тогда прокурор штата Арканзас — изнасиловал ее в 1978 г., когда она работала администратором в доме престарелых в городке Ван Бурен. Как и в случае с Полой Джонс, это произошло в отеле в столице штата, городе Литл‑Рок — только не в «Эксельсиоре», а «Камелоте» — и тоже во время конференции. 25‑летняя Броддрик была горячей сторонницей молодого прокурора, который как раз выставил свою кандидатуру на пост губернатора штата. «Мы с восхищением думали о том, что примем участие в этой избирательной кампании, — вспоминала её подруга Норма Келси. — Это был молодой человек с харизмой».
Поэтому, когда Клинтон сказал Броддрик, что хотел бы переговорить с ней, но что из‑за его положения это будет затруднительно сделать на виду у всех в кафе и предложил встретиться у него в номере, та не заподозрила ничего плохого. Келси отправилась на семинар в конференц‑зал отеля, а Броддрик поднялась в штабной номер прокурора штата.
Когда Келси вернулась с семинара, она не поверила своим глазам. Броддрик едва сдерживала слёзы и постоянно прикладывала лёд из холодильника к окровавленным и распухшим губам.
По словам Броддрик, разговор в кабинете Клинтона очень быстро перешел от обсуждения предвыборной кампании к совсем другим предметам. Прокурор подвёл девушку к окну номера, чтобы показать ей, как выглядит Литл‑Рок с высоты, потом вдруг схватил и швырнул на кровать. После чего, выражаясь сухим юридическим языком, вступил с Броддрик в сексуальную связь «отнюдь не по обоюдному согласию».
«Он бил меня по губам, когда я пыталась сопротивляться», — рассказала Броддрик подруге. Впрочем, она взяла с неё слово, что та ни словом не обмолвится о происшествии в «Камелоте», и Келси хранила молчание до 1999 г., пока Броддрик сама не рассказала обо всём в интервью программе Dateline на телеканале NBC — передача была посвящена скандалу вокруг отношений президента с Моникой Левински.
Вот эти‑то три истории: Хуаниты Броддрик, Полы Джонс и Кейтлин Виллей и дали право Дональду Трампу заявить, что «муж Лживой Хиллари был НАИХУДШИМ обидчиком женщин за всю политическую историю США». А поскольку Хиллари всегда — даже в истории с Левински — поддерживала своего мужа, то обвинения против Билла сейчас становятся обвинениями против неё самой.
«Совершенно непредсказуемая предвыборная кампания в США приобретает совсем уже беспрецедентные черты», — отреагировала на беседу Трампа с Хэннити британская The Times, и напомнила читателям, что самого Трампа тоже когда‑то обвинила в изнасиловании его бывшая первая жена, Ивана.
«Инцидент якобы случился в 1989 г. Но госпожа Трамп позже изменила свою версию событий, — пишет газета. — В прошлом году она признала, что употребила слово «изнасилование», но пояснила, что чувствовала себя изнасилованной лишь в эмоциональном смысле» [94].
На самом деле, старую историю с «изнасилованием» Иваны уже пытались использовать в борьбе против миллиардера летом 2015 г., когда Трамп начал одерживать свои первые победы.
