Читаем без скачивания Тусиана. История зубной феи - Уильям Джойс

Тусиана выслушала их, а затем сказала:

– Я попробую.

Наконец Уильям-самый младший, которого бы я звал отныне Уильям-самый мудрый, предложил повторить самый первый урок Омбрика. Королева встала в центр, а дети окружили ее. Вместе они взялись за руки и запели:

– Я верю! Я верю! Я верю!

Но Лучик не присоединился к ним. Он стоял в стороне в одиночестве. Его лицо белело в полумраке, словно простыня, и на нем, наверное, впервые в жизни читался безотчетный страх.

Ник ворвался в комнату, за ним по пятам Омбрик и Банниманд.

– Мартышка призналась! – с порога закричал Северянин.

– Мы знаем его план! – завопил старый маг.

– Пунджам Хи Лу? – воскликнула Тусиана.

– И как можно скорее! – отозвался Кролик.

Тусиана встала во весь рост, расправила крылья и обнажила меч:

– Летим!

Глава двадцать вторая

БЫТЬ ХРАБРЫМ

В Пунджам Хи Лу дул сильный, предвещающий беду ветер. Бука посмотрел вниз на Кэтрин. Она изо всех сил старалась не выглядеть испуганной.

– Думали, со мной покончено? – спросил Король кошмаров. – Нет, моя дорогая, это вы, так называемые Хранители, будете уничтожены!

Девочка помнила, что противник питается страхами, в особенности детскими, поэтому встретила холодный, пронизывающий взгляд черных глаз со всей возможной решимостью. Кэтрин напомнила себе о той встрече, когда она держала в руке медальон с портретом его дочери, один взгляд на который заставил Буку закричать от боли. С его помощью она победила и заставила мрачные армии Короля кошмаров бесследно исчезнуть. С тех самых пор тот вопль преследовал ее, и в этот момент ей даже стало его жаль. Это чувство придало Кэтрин сил, она уверила себя, что сумеет дождаться, пока Ник, Омбрик и другие Хранители спасут ее.

– Мы победили в Гималаях и у центра Земли, – невозмутимо произнесла девочка. – И победим снова.

Лицо Буки дернулось, он склонился к Кэтрин. Его плащ развевался на ветру черной тучей. Все время разговора Король кошмаров прятал правую руку, которая была обожжена в битве у центра Земли, да и вообще вся правая половина его тела казалась какой-то окостеневшей, словно под плащом повелитель Страшилок скрывал ужасную рану.

Она проследила взглядом за его рукой. Интересно, медальон был все еще при нем? Король кошмаров, казалось, прочитал мысли девочки и ухмыльнулся.

– Ты сыграла на моих слабостях, что ж, умница! – Он приблизил свое лицо еще ближе к пленнице. – Отныне слабостям больше нет места! Ваше новое Золотое время, – теперь почти шептал, – станет временем кошмаров!

Обезьяны завопили и принялись одна за другой спрыгивать с полуразрушенных каменных плит, на которых сидели. Одна из мартышек приземлилась прямо напротив Буки.

– Где ваш король? – озадаченно спросил он. Обезьяна что-то нечленораздельно пробормотала.

– Бросили? Вы его бросили? – ошеломленно воскликнул Бука. – Предали своего повелителя?! Тем лучше! Реликвия у вас?

Примат поднял вверх шкатулку. Она засветилась красным, и Кэтрин тотчас узнала этот свет – так светился меч Ника, посох Банниманда… Это был свет древней лунной реликвии! Девочка заставила себя отвести взгляд от чудесной вещи, чтобы Бука не догадался о ее значимости. Наверняка именно в этой шкатулке заключена вся сила Тусианы, и теперь Король кошмаров вознамерился завладеть ею. Надо отвлечь его, – решила она.

– Ты проиграешь! Как и всегда! – выпалила Кэтрин.

Тело Буки вытянулось, увеличилось в размерах. Он навис над девочкой, а затем наклонился к самому ее лицу. Кэтрин обдало ледяной волной, словно она оказалась зимой в Сибири. Слишком поздно осознала свою ошибку! Вместо того чтобы злить повелителя Страшилок, надо было уболтать его, позволить разглагольствовать всю ночь, чтобы дать друзьям время разыскать ее.

– Впрочем, – Кэтрин попыталась спасти положение, – что я могу знать. Вы Король кошмаров, а я всего лишь маленькая девочка.

Бука выдавил из себя улыбку:

– Верно рассуждаешь. Игрушка Лунного Малыша, конечно, пригодится, но я ищу нечто более значимое, более сильное, с помощью чего создам поистине несокрушимую армию.

– И что это? – спросила маленькая Хранительница самым мягким и обходительным тоном, на какой только была способна. Но Бука молчал.

Нужно заставить его говорить! Чтобы Король кошмаров случайно проговорился о своем плане! В отчаянии Кэтрин пыталась придумать такой комплимент, чтобы ему захотелось похвастаться и тем самым выложить ей все.

– Вы великолепно обводили нас вокруг пальца, ваше хитроумие на знает границ, как, например, тогда, когда пробрались внутрь джинна Ника Северянина или изобрели специальные доспехи для битвы у центра Земли, – начала она. – У меня даже не хватает воображения, чтобы представить, насколько смертельным и ужасным может стать ваше новое оружие.

Девочка задержала дыхание, ожидая, что ответит Бука. Глаза мрачного повелителя Страшилок зажглись недобрым огнем.

«Ну давай же! Сейчас его хвастовство пересилит благоразумие!» – молилась она про себя.

В этот момент молочный зуб, который Кэтрин сжимала в кулачке, засветился так же ярко, как и шкатулка Тусианы. Прежде чем она поняла, что происходит, он вылетел из руки. Солдат-обезьяна, ловко изогнувшись, поймал его и с поклоном передал Буке. Король кошмаров поднес зуб к голове и приложил ко лбу. Закрыв глаза, тот посмеивался, а на губах играла зловещая ухмылка – он читал воспоминания Кэтрин!

– Перестань! Не надо! – закричала девочка. – Это мои воспоминания!

Две мартышки схватили Кэтрин, крепко удерживая ее в тисках своих лап, чтобы она не бросилась на Короля кошмаров. Бука все еще не открывал глаз – он смотрел воспоминания. Когда же наконец разжал кулак – вместо белого жемчужного зубика на его ладони лежал черный, словно обуглившийся, зуб. Налетел ветер, и драгоценность рассыпалась в прах. Маленькая Хранительница бросилась за крупицами, уносимыми ветром, но не успела – поймала лишь пустоту. Силы оставили Кэтрин, и она опустилась на землю. Никогда еще не было такого острого чувства одиночества. Ладонь нащупала компас, который ей подарил Северянин, и отчаянно прижала его к груди. Это был первый подарок, который преподнес разбойник, и этим он был дорог. Стрелка указывала на одну-единственную букву – «Н», что значит «Ник». Однажды Кэтрин уже использовала его, чтобы найти в Гималаях Северянина и Омбрика, и сейчас девочка верила, что прибор покажет ей, где находится Ник. Вдруг он уже держит путь в Пунджам Хи Лу. Вместе Хранители смогут положить конец этому кошмару.

Но прежде чем девочка успела среагировать, Бука поднял свой длинный черный палец, и по мановению его руки компас вылетел из ее рук. Король кошмаров все еще не открывал глаз. Он пошевелил пальцами, и навигационный прибор упал к ногам Кэтрин.

– Ник не придет! – отчеканил он довольный собой. – Посмотри, стрелка не двигается!

Бука достаточно знал магию Омбрика, чтобы наложить заклятие на компас, а теперь еще и увидел воспоминания Кэтрин, благодаря чему получил массу ценнейших сведений о Хранителях. Король кошмаров полагал, что теперь ему не составит труда победить всех.

Девочка вновь схватила компас и уставилась на него, все еще не веря своим глазам. Стрелка бесполезно покачивалась из стороны в сторону, указывая в никуда. Почему они не спешат ей на помощь?

– Друзья оставили тебя, моя дорогая Кэтрин. Мне! – Голос Буки стал тихим и почти нежным, словно Король кошмаров пытался успокоить свою юную пленницу. – Твое место здесь! На моей стороне! Все знают, как ты мне напомнила о дочери, когда показала медальон. И это правда. Я потерял дочь – ты родителей.

Кэтрин задрожала.

– Нет! Пожалуйста! – плакала она. – Пожалуйста!

Девочка изо всех сил прижала компас к груди, там, где билось сердце. Она закрыла глаза и зашептала:

– Я верю! Я верю! Я верю!

Это было первое заклинание, которому ее выучил Омбрик, первое и самое великое, действенное, безотказное, незаменимое в минуты отчаяния и боли. Но откуда ни возьмись разум Кэтрин наводнили сомнения, точно чернильные капли они расплывались, заволакивая истину. Ей уже никогда не вспомнить родителей! Она никогда не узнает, так же ли сильно любили они ее, как Бука любил свою дочь. Тоска и безысходность затопили душу.

– Тебе ведь не хватает ее, не правда ли? – зашептал Король кошмаров. – Любви твоих родителей? Любви отца? Я могу дать тебе все это… – Его голос, тихий и обволакивающий, проникал в уши девочки, словно яд, гипнотизируя, отравляя сознание. – Тот медальон, помнишь его? На портрете твое лицо. Ты видела это в снах, я знаю.

Она почувствовала, как страх парализует ее. Когда-то уже это видела… в кошмаре… что она дочь Буки.

– Ты не можешь рассчитывать на родителей, – продолжал нашептывать предводитель Страшилок. – Они оставили тебя, когда ты была совсем крошкой. И что за родители могут поступить подобным образом? А твои друзья – Хранители – почему до сих пор не спасли тебя? – Он снова указал на компас. Стрелка указывала в пустоту. – Без меня ты останешься навсегда одинокой. Брошенной. Забытой всеми.