Серо-коричневая планета, расположенная ближе всех к умирающему солнцу, все это время неторопливо и величественно набирала скорость. Она двигалась по прямой прочь от светила и скоро должна была пересечь орбиту второй планеты, чуть опередив ее.
Пытливый человеческий ум открыл тайны природы и выпустил на свободу ее чудовищную силу, научившись управлять движением целой планеты. И теперь Мейсон с ужасом смотрел на предзнаменование будущих событий, когда завладевшие этой силой звездные короли развяжут галактическую войну.
— Они уже приземлились! — выкрикнул Гарр. — Их корабль сел рядом с башней. Приготовиться к бою, только, ради всего святого, не попадите в саму башню!
Корабль устремился мимо покрытой льдом второй планеты к удаляющейся первой. Они стремительно зашли на посадку, так что воздух истошно свистел за бортом. А затем под ними показалась бескрайняя пустыня с потрескавшимися каменными глыбами и высокий конус с поднятыми к небу металлическими отростками, чье таинственное свечение управляло движением планеты.
Орионский крейсер, стоявший в миле от башни, попытался подняться с поверхности, чтобы избежать внезапной атаки. Он начал разворачивать ракетные установки навстречу врагу, но было поздно. Корабль Гарра уже выпустил свои ракеты, и крейсер исчез за яркими вспышками. Когда пламя затихло, на землю упали лишь оплавленные обломки корпуса.
Корабль Гарра сел возле самой башни. Мейсон вслед за гидрианцем бросился к шлюзу.
— В башне остались орионцы! — крикнул на бегу Гарр. — Все за мной!
Они выскочили в холодный сухой воздух и побежали к башне. На вершине конуса из кубической лаборатории Рилла Эмриса появились люди в военной форме и открыли огонь по бегущим.
Крохотные взрывы ослепительно сверкали вокруг, словно бриллианты, смертоносный танец сгустков плазмы заставил людей Гарра рухнуть на оплавленные камни. Мейсон выхватил пистолет и вслед за другими выстрелил вверх. Орионцы тоже упали.
— Не стрелять! — испуганно завопил Гарр Аттен. — Если вы убьете Рилла или повредите его устройство, мы потеряем все!
Они вскочили на ноги и побежали наверх. Орионцы сами открыли воздушный шлюз, когда выбегали из лаборатории, а теперь уже не могли его закрыть. Мейсон вместе с Гарром и его командой ворвался внутрь.
На полу лаборатории лежали трупы. Помощников Рилла Эмриса не застрелили, а зарезали ножами и забили до смерти металлическими прутьями, которые и сейчас держали в руках орионские солдаты.
— Не стрелять! — повторил приказ Гарр.
В дальнем углу лаборатории орионский офицер склонился над неподвижно сидящим ученым.
Пытаясь пробраться к нему, Мейсон выбил из руки офицера пистолет, но тут же почувствовал, как лезвие ножа обожгло ему плечо.
В заполненной самым современным научным оборудованием лаборатории началась дикая рукопашная схватка с использованием самого примитивного оружия: и орионцы, и люди Гарра опасались повредить приборы.
Орионский офицер оставил Рилла Эмриса и бросился в гущу сражения, выкрикивая команды своим солдатам. Мейсон заметил, как Гарр повалился на пол, получив по голове металлическим прутом. Оставшись без предводителя, его команда дрогнула.
Мейсон поднял пистолет. Он один из всех дерущихся не боялся повредить устройство, а, наоборот, хотел уничтожить изобретение Рилла Эмриса, пока оно не раскололо Галактику на части. Мейсон выстрелил, затем еще раз и еще.
Крохотные смертоносные звездочки запрыгали между орионских солдат, и те, не имея возможности ответить на выстрелы, бросились прочь из лаборатории.
Мейсон выскочил вслед за ними, но орионцы уже подняли руки, признавая поражение.
— Свяжите их и отведите на корабль! — приказал Мейсон людям Гарра. — Там остался Хокси, он будет у вас за старшего.
Он вернулся в лабораторию и склонился над телом Гарра Аттена. Не окажись череп гидрианца таким прочным, тот стал бы покойником. Гарр все еще не пришел в себя, но Мейсон не сомневался, что капитан скоро очнется.
Теперь Мейсон бросился к Риллу Эмрису. Ученый посмотрел на него неподвижным затуманенным взглядом. В груди его зияла глубокая ножевая рана, и, судя по всему, орионский офицер пытался перевязать ее, когда началась схватка.
— Мне пришлось защищаться, когда они ворвались и убили моих помощников, — прошептал Рилл Эмрис. — Они не хотели убивать меня, но вы сами видите…
Мейсон действительно видел, что с таким ранением Риллу Эмрису не выжить. А еще он подумал, что ученый сам искал смерти, которая избавила бы его от мучений.
— Гарр убит? — шепотом спросил Рилл Эмрис.
— Нет, только получил сильный удар по голове, но скоро с ним все будет в порядке.
— Он был моим другом, — сказал ученый. — Но я доставлял ему одни неприятности. А теперь он получит мое устройство, которое в конце концов принесет гибель и ему, и всей Галактике.
— Рилл, послушайте. — Мейсон наклонился еще ниже. — Можете не беспокоиться об этом. Я терранский агент, и мне приказано уничтожить ваше устройство. Терранская империя не желает, чтобы из-за него началась война.
На секунду в меркнущем взгляде Рилла Эмриса вспыхнула надежда.
— Сделайте это, и вы избавите меня от мысли, что я оставляю человечеству ужасное наследство. Тайна умрет вместе со мной, если устройство… — Он умолк, а затем заговорил снова: — Нет, вы не сумеете полностью уничтожить его. По уцелевшим фрагментам его смогут восстановить другие ученые. Но я знаю, как с ним справиться. Подведите меня к панели управления.
Мейсон помог ученому подняться. Казалось, тот умрет, так и не добравшись до широкого стола с непостижимо сложными приборами и датчиками. Однако жгучее желание довести дело до конца придало Риллу Эмрису сил, и он подробно объяснил, как и в какой последовательности поворачивать нужные переключатели.
Ученый затих и повис на руках у Мейсона, но продолжал следить за показаниями приборов. Наконец он прошептал:
— Вот и все. Теперь планета не пролетит мимо соседней, а столкнется с ней. Забирайте Гарра и улетайте как можно скорее.
Мейсон отнес Рилла Эмриса в кресло, но ученый был уже мертв.
Мейсон подошел к Гарру Аттену, по-прежнему лежавшему без сознания, и взвалил гидрианца себе на плечи. Шатаясь под тяжестью груза, он вышел из заполненной мертвецами лаборатории под багровый свет гаснущей звезды и вдохнул раздирающий легкие холодный воздух.
Хокси с двумя другими пиратами поднимался по склону ему навстречу. Они взяли у Мейсона бесчувственное тело Гарра.
— А где Рилл Эмрис? — спросил Хокси.
— Он мертв. И мы все тоже погибнем, если не уберемся отсюда немедленно. Рилл настроил приборы так, что планеты скоро столкнутся.
Побледневший Хокси поднял глаза к небу.
Там висела вторая планета, сверкающая, словно отполированная до блеска луна.
— Тогда бежим скорее! — в ужасе воскликнул старый землянин.
Через полчаса корабль уже стартовал и понесся прочь от обреченной планеты.
Мейсон, Хокси и остальные члены экипажа смотрели на серо-коричневый шар, летящий по измененной траектории навстречу второй планете.
Из передатчика донесся голос Шаа:
— Гарр, мы прогнали орионскую эскадру. У них осталось только шесть крейсеров. Но и мы потеряли пять кораблей.
— Говорит Бронд Холл, — ответил ему Мейсон. — Гарр сейчас в отключке, но скоро очнется. Летите к нам, только не приближайтесь к планете.
Корабли встретились и зависли в пространстве. Люди в молчании и благоговейном ужасе наблюдали, как медленно сближаются две планеты — темно-коричневая и ярко сверкающая.
А потом они столкнулись.
Взорвались, разлетелись на мелкие осколки, сбившиеся в яркое бесформенное облако. Затем это облако начало распадаться на части, и вот уже вместо двух погибших планет вокруг умирающего солнца закружился новый рой космического мусора.
Вместе с ними погибли Рилл Эмрис и его тайна, и Мейсон надеялся, что она утрачена навек. Но ненасытное любопытство всегда было отличительной чертой сыновей Адама. Это оно заставило их отправиться с древней Земли к далеким звездам. Что, если это любопытство однажды снова откроет надежно запертую дверь?
