Она дала себе слово, что найдет ответ на оба вопроса и докажет Кордейро свою невиновность.
Но неужели для нее и вправду так важно, что он о ней думает?
В действительности ее должно больше беспокоить то, что эти милые гостеприимные люди считают ее виновной.
Возможно, доля ее вины в этом все же была, печально подумала девушка, собирая воедино те немногочисленные факты, которые имелись в ее распоряжении.
Да, она не брала лишних денег, но это ее бизнес, а она не заметила, что что-то было не так.
Терзаемая угрызениями совести за то, что эти люди пострадали по ее вине, она опустилась на колени и взяла руку Филомены в свою.
— Я обязательно выясню, что произошло, и верну деньги, которые мы вам должны. Ваша семья не пострадает, — пообещала девушка дрожащим от волнения голосом. Затем, повернувшись к Рафаэлю, она попросила: — Переведите, пожалуйста.
Его взгляд был холодным.
— Зачем давать людям ложную надежду?
— Переведите!
Очевидно, её эмоциональная просьба подействовала на него. Пристально посмотрев на нее, он сказал Филомене что-то по-португальски.
Немного помедлив, женщина положила ладонь Грейс на плечо и кивнула.
— Похоже, вы убедили ее, что невинны как младенец, — усмехнулся Рафаэль. — Ну что, теперь довольны? Это ваше жизненное кредо? Зачем обманывать кого-то один раз, если можно обмануть его дважды?
Все еще мучимая угрызениями совести, Грейс поднялась и сжала руки в кулаки.
— Нет, я недовольна. Я чувствую себя ужасно из-за того, что кто-то использует мой бизнес в своих корыстных целях. Кафе «Бразил» много для меня значит. Мы помогаем людям.
— Ну конечно. Вы просто святая, Грейс Тэкер. Святая на высоких каблуках.
Она поджала губы.
— В данных обстоятельствах я не могу винить вас в том, что вы считаете меня причастной к происходящему. Но я непричастна. Очевидно, вы даже не представляете, как я расстроена.
Это было для нее тяжелым ударом. Все, что она с таким трудом создавала, рушилось, погребая под обломками ответы на все вопросы. На мгновение Грейс охватило знакомое чувство беспомощности, и ей захотелось свернуться в клубочек и спрятаться от жизни. Но затем она посмотрела на встревоженное лицо Филомены и услышала смех детей, не подозревающих о том, что их будущее было под угрозой. Она не могла спрятаться, когда от нее зависело благополучие других людей. К тому же прятаться было некуда.
Подняв голову, она посмотрела в глаза Рафаэлю.
— Я считаю ваши инсинуации в мой адрес просто отвратительными.
— А я считаю отвратительным мошенничество, особенно если его жертвы — пожилые бразильские фермеры.
Грейс глубоко вдохнула.
— У вас есть полное право на меня злиться, и теперь я понимаю, почему вы отказались продолжать мне помогать.
— Хорошо. Тогда нет больше смысла тратить впустую время друг друга.
— Не говорите так. — Она положила ладонь ему на руку. — Если вы заберете свои деньги, я не смогу разобраться в этом деле. А я очень этого хочу.
Его взгляд оставался холодным и безжалостным.
— Уверен, что так оно и есть. Нелегко сидеть сложа руки, когда львиная доля твоего дохода растворяется в воздухе.
— Дело тут вовсе не в деньгах. Почему вы не можете мне поверить? Все произошло без моего ведома.
— Вы директор компании и имеете доступ к финансовой документации, — холодно произнес Рафаэль. — Не может быть, чтобы вы ничего не знали.
Грейс в ужасе уставилась на него.
Внезапно разрозненные части головоломки начали складываться воедино, и перед ее глазами предстала мрачная картина. Она вспомнила слова Рафаэля Кордейро.
Как вы спите по ночам?
И теперь она поняла, как это произошло. Но по-прежнему не знала, кто был к этому причастен.
Потрясенная, Грейс хотела было сказать Рафаэлю всю правду, но, посмотрев на его плотно сжатые губы, передумала. Не нужно быть психологом, чтобы понять, что он уже вынес ей приговор.
Глядя в его сверкающие от гнева глаза, Грейс пожалела, что с самого начала не была с ним откровенна. Ей следовало сразу рассказать его людям о своих ограниченных возможностях. Но если бы она это сделала, то не получила бы денег. Рафаэль отмахнулся бы от нее, как делали все.
Включая ее отца.
А она настолько привыкла скрывать от других свои проблемы и искать обходные пути, что поступила так и на этот раз.
Не желая мириться с нелепыми обвинениями в свой адрес, Грейс попыталась найти альтернативное объяснение, однако это ей не удалось.
Она слегка покачнулась, но сильные мужские руки поддержали ее и усадили на стул.
— Поймите, мисс Тэкер, — отрывисто произнес Рафаэль, — если вы совершили мошенничество, — то заслуживаете наказания. Этим невинным людям по вашей вине грозит разорение.
Грейс облизала сухие губы, отчаянно пытаясь собраться с мыслями.
— Мы покупаем кофе у одной компании и щедро за него платим. Очевидно, до производителя часть денег просто не доходит и посредник делит ее с кем-то из моей компании.
Рафаэль презрительно ухмыльнулся:
— Например, с директором.
Грейс покачала головой. Она была слишком потрясена, чтобы защищаться.
— Нет, не со мной.
Но с кем? Сейчас ей нужно было еще раз проверить все расчеты, но как она могла это сделать?
Грейс горько посмеялась про себя над иронией ситуации. Единственный человек, который может ей помочь, смотрит на нее с отвращением. На сколько усилится это чувство, если она скажет ему правду? Чтобы вернуть себе честное имя, ей придется это сделать. Однако Грейс отбросила эту мысль — она никогда не просила для себя поблажек и не собиралась начинать сейчас. В любом случае то, что она ничего не знала о махинациях, не освобождало ее от ответственности. Грейс была слишком доверчивой, и это имело катастрофические последствия.
Нет, она не может просить Рафаэля Кордейро о помощи. Все кончено. Она вернется домой, в Англию, и постарается найти необходимые ответы. А затем будет искать кого-нибудь, кто одолжит ей денег, чтобы спасти ее компанию от разорения.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Обратный путь прошел в напряженном молчании.
Неудивительно, подумал Рафаэль, перешагивая через лужу. Женщины всегда молчат, когда выведешь их на чистую воду. А он бросил в лицо Грейс Тэкер доказательства ее вины. При виде расстроенной Филомены она начала изображать раскаяние, причем делала это довольно убедительно.
По правде говоря, если бы он не знал наверняка, то поверил бы в ее невиновность. Грейс казалась такой огорченной, что ему даже захотелось ее поддержать и утешить. Он даже еще раз прокрутил в голове все факты, чтобы убедиться в том, что не мог ошибиться.
