Читаем без скачивания Кинг Конг - Эдгар Уоллес

- Я не собираюсь переходить этот овраг, где ползают такие мерзости, объявил один из матросов.

Денхам оглянулся. Сзади появился злополучный трицератопс. Пробираясь сквозь деревья, он отстал и теперь, похоже, не знал куда идти, потеряв из вида людей.

- Может нам и не придется этого делать, - сказал Денхам. - Замрите. Если мы не будем двигаться, то этот полуослепленный ударами Конга, монстр, возможно, примет нас за камни или стволы деревьев.

Трицератопс неуверенно двигался вперед, задрав высоко свою рогатую голову и осматривая местность.

- Он заметил нас, - уверенно сказал Денхам. - Нужно переходить на ту сторону.

Повинуясь его жесту, люди пошли по огромному бревну, образовавшему что-то вроде моста через овраг. Они двигались осторожно и медленно, далеко внизу мерзкие твари словно поджидали чей-то неуверенный шаг. Поторапливая людей, Денхам оглядывался на трицератопса, как-то в порыве поднял с земли камень, но, опомнившись, отбросил эту бесполезную вещь. Матросы уже балансировали на середине бревна, когда и Денхам ступил на него.

- Смотрите!

С противоположного берега оврага Дрискол показывал на что-то. Он снова махнул в ту сторону и, схватив лиану, спускавшуюся в лощину, скользнул вниз и влетел в узкий проход одной из пещер.

На берегу оврага, там, где только что стоял Дрискол, появился Конг. Увидев людей на бревне, он зарычал и застучал лапой в грудь. Остановившись возле дерева, Конг положил недвижную Анну среди ветвей так высоко, как мог достать, и ринулся в атаку на новых врагов, возникших неожиданно и покушавшихся на его белокурую пленницу. Все еще злой после сражения с трицератопсами, Конг теперь был просто взбешен при виде людей. Появление же трицератопса на противоположном берегу лощины, привело его в неистовую ярость. Денхам последовал примеру Дрискола и, поскольку не успел пройти далеко по бревну, соскользнул в овраг, где скрылся в ближайшей расщелине. Люди на бревне ничего не могли поделать. Опередить Конга было невозможно. Отступать тоже было некуда, трицератопс, увидев своего старого обидчика, уже бросился к бревну, на дне оврага шевелились разные ползучие твари, тоже поджидавшие добычу. Денхам и Дрискол беспомощно наблюдали за развязавшейся трагедией.

- В представлении Конга все движущиеся существа были врагами: и люди на бревне, и чудовище на берегу оврага. Он зарычал и ударил лапами в грудь, Одна из его огромных лап вытянулась вперед словно бы Конг собирался принять ближний бой. В этот момент обезумевший от ярости трицератопс уже решительно шагнул на край бревна. Люди беспомощно прильнули к шершавой его поверхности. Конг схватил свой край бревна и попробовал потрясти его, люди в ужасе закричали.

Дрискол угрожающе заорал из пещеры. Конг сделал было шаг в сторону Дрискола, но, передумав, вернулся к своему ужасному занятию. Денхам попытался бросить камень, но это не возымело действия. Игнорируя крики и камни, не замечая даже вызывающего рева трицератопса, Конг стал яростно раскачивать бревно из стороны в сторону.

Два человека сорвались вниз. Один, пытаясь судорожно схватиться за что-либо, вцепился в лицо распростертого на бревне товарища и, оставив на нем кровавый след, с душераздирающим криком полетел в зловонную жижу на дне лощины. Туда сейчас же ринулся паук. Наблюдавший все это Дрискол мог лишь надеяться, что человек потерял сознание или, еще лучше - мгновенно умер. Второй матрос погиб не от падения, он даже не потерял сознание. Он по пояс погрузился в жижу и ужасно закричал, когда его стали рвать на куски полудюжины огромных пауков.

На противоположном берегу лощины топтался трицератопс. Не имея желания пересекать овраг по дну, он нехотя отступал. Бросив последний взгляд на Конга, чудовище направилось к деревьям.

Конг продолжал неистово трясти бревно. Еще один человек стал добычей мерзких тварей, ползающих по дну оврага. За ним вниз полетел еще матрос, мерзкая тварь со щупальцами вступила в бой с пауками и ящерицами за его окровавленный труп. На бревне остался только один, Конг сходил с ума от бешенства, но не мог стрясти смельчака. Крики и камни Денхама и Дрискола по-прежнему не имели действия. Человек, распростертый на бревне, пронзительно закричал. Конг зло посмотрел на него и в яростном раздражении поднял дальний конец бревна и швырнул его в лощину. Медленно падая, огромный кусок дерева цеплялся за все выступы, его швыряло из стороны в сторону и в конце концов он подобно огромному тарану, обрушился на мерзких тварей, собравшихся в ожидании наживы.

Дрискол, в ужасе глядевший на происходящее, обнаружил грозящую ему самому опасность. Огромный паук карабкался по лиане, свисавшей у входа в пещеру. Вылупленные, торчащие на выкате, бесцветные глаза паука смотрели на Дрискола не мигая. Дрискол достал нож и начал судорожно рубить лиану. Прежде, чем ему это удалось, паук подобрался так близко, что Дрискол слышал его дыхание. Но наконец лиана поддалась и паук слетел обратно в лощину.

Трясясь от ужасного зрелища, Дрискол как загипнотизированный смотрел на кровавый пир на дне оврага и не мог отвести взгляда, но мысли о грозившей Анне опасности снова вернули ясность его рассудку.

- Иди один, - крикнул он Денхаму, - я останусь здесь пока эта лохматая тварь не уберется отсюда, потом я пойду за ней. Ты вернешься с бомбами и с чем-нибудь для моста через лощину, Я постараюсь обозначить дорогу, чтобы вы могли ее найти.

- Мне кажется подлым оставлять тебя, - закричал Денхам в ответ.

- Это единственный наш шанс. Уходи! - нетерпеливо крикнул Дрискол,

Он был так занят разговором с Денхамом, что не заметил огромной лапы Конга, пока режиссер не предупредил его.

Чудовище подошло к краю обрыва и протянуло лапу к пещере, чтобы расправиться со своим очередным врагом. Дрискол отпрянул вглубь пещеры и, достав нож, резко воткнул его в грязную безволосую ладонь Конга. Чудовище отдернуло лапу и зарычало. Денхам швырнул камень. Конг лишь почесал место на груди, куда ударился камень, и снова протянул лапу к пещере.

На этот раз он действовал осмотрительнее и промахнувшись, быстро отдергивал лапу. Он снова атаковал и снова промахнулся. Придя в ярость, Конг сунул лапу в пещеру и стал медленно ощупывать ее. Дрискол ударял ножом, но обезьяна игнорировала раны. Камням Денхама она тоже не придавала значения.

Дрискол вжался в стену пещеры, нанося удары ножом при каждом удобном случае. Дважды огромные согнутые пальцы касались его; дважды он вонзал в них нож и отходил глубже. Вскоре он оказался зажатым в углу, лапа чудовища преградила, ему всякий выход. Если бы ему удалось перерезать сухожилия на запястье или локте, то, возможно, удалось бы вырваться. Пригнувшись ниже, чтобы стать как можно меньше, Дрискол сжал нож и стал выжидать удобного момента...

Глава тринадцатая

Неясная боль от врезавшихся в тело ветвей переросла в резкую по мере того как Анна приходила в сознание. Она повернулась на бок и увидела стену ветвей, среди которых лежала, они окружали ее со всех сторон и только наверху было голубое небо. Где она была, Анна не имела ни малейшего представления, какое-то время, она не могла ничего вспомнить. Она была вся в синяках, ее трясло от пережитого ужаса, мозг отказывался работать. Готовая вновь потерять сознание, Анна лежала на своей грубой подстилке и без всяких эмоций потирала ушибленные места.

Потом, ее сознание заполнило воспоминание об ужасном обезьяноподобном чудовище и она села, дико закричав. Теперь Анна вспомнила все. Яркий свет факелов, когда она стояла на алтаре; красные глаза, которые рассматривали ее сверху, они то закрывались, то снова вспыхивали; огромная волосатая лапа, которая, казалось, сначала нерешительно протянулась к ней; лохматое плечо, на котором она лежала прежде чем сознание покинуло ее, после этого Анна помнила лишь отдельные смутные моменты, ей вспоминалось будто кто-то нес ее сквозь лес.

Сев, она поняла, где находится и почувствовала новый прилив страха. Анна ненавидела высоту, кроме этого, по стволу дерева к ней приближалась змея, в довершение ко всему Конг тоже был здесь.

Он нагнулся над лощиной, шаря там для чего-то своей огромной лапой. Вскоре появилась еще одна тварь.

Из кустов, росших под деревом, вылезло чудовище, размерами чуть меньше самого Конга. Его длинная тонкая шея голодно крутилась во все стороны, передвигалось оно на мощных задних лапах. Передних лап почти не было, лишь слаборазвитые, похожие на клешни отростки, служившие, по всей видимости, для того только, чтобы подносить к пасти пищу. Но зато у этой твари была такая пасть, что Анна вновь закричала от ужаса. Ничего она не видела ужаснее этого кроваво-красного проема, утыканного плотоядными зубами. Когда длинная шея повернулась в ее направлении, Анна решила, что наступил конец.

Ее крик заставил Конга обернуться. Змея торопливо сползла с дерева и исчезла в кустах, так что вся ярость Конга обрушилась на огромного ящера. Застучав лапами по груди, обезьяна ринулась в атаку.