Огонек закурил, прочистил горло и сказал:
— Есть еще кое-что, что я нашел. Когда стало понятно, что нужно искать скрытые папки, я обнаружил другие приказы. Уверен, их гораздо больше, но суть того, что мне удалось узнать, — за всем происходящим на Марсе тоже стоит Стокер.
Модо осел прямо на землю и привалился спиной к мотоциклу, схватившись за голову. Столько времени они думали на Скаббарда, а оказывается, что тот всего лишь исполнял волю истинного злого гения.
— Зачем? — только и смог прошептать серый.
— Если я правильно понял, дядя Модо, все это он делает ради общего блага. Он искренне считает, что меняя Марс так, как он изменил его, создает идеальный для всех мышей мир. Безопасный. Честный. С равными возможностями…
— И с полным отсутствием свободы и умения пользоваться мозгами, — хмуро подал голос Винни.
Они молчали. Каждый на свой лад обдумывал внезапно свалившееся откровение. В глазах Винни светилась решительность и ненависть. В душе Модо боролись верность другу и понимание, что с фактами не поспоришь. Вот почему Стокер не вмешался, когда депортировали Чарли, вот почему не выходил с ними на связь! Он давно отказался от своих боевых товарищей, затаив на них обиду. Ведь мог бы вместо этого прийти к любому и просто сказать, что нужна помощь. Неужели хоть кто-то отказался бы? Но он просто отпустил каждого, с укором глядя в след. И вот к чему это привело: вместо друга и брата Марсом правит безумный диктатор, сформировавший в голове ему одному понятное определение всеобщего блага и требующий, чтобы все покорно следовали указанным путем.
Модо зажмурился, принимая решение. Единственное возможное. Без вариантов выбора.
— Раз так, друзья, — он проверил исправность бластера в бионической руке; его единственный глаз загорелся ненавистью. — Нам остается одно: убить его!
Спустя 18 лет после победы над Плутарком.
Ему заломили руки и заставили упасть на колени. Выворачивая суставы почти до треска, Модо пробовал вырваться, но охрана Лидера прекрасно выполняла свою работу, лишая возможности освободиться. Винни получил удар сзади, споткнулся, и в следующее мгновение его тоже обездвижили, а потом, применив болевой, швырнули на колени.
Племянник перехватил обратным хватом армейский нож и вскинул руку в защитную позицию. Взгляд Огонька забегал со Стокера, державшегося на безопасном расстоянии от драки, на своих плененных союзников, и загорелся алым пламенем гнева. Мужчина не даст так легко победить себя, он опытный и тренированный воин в лучшей из своих форм!
«Отбивайся и беги!» — мысленно молил его дядя. — «Забирай Нагинату и прячься! Попытайтесь выжить! Он... позволит вам исчезнуть!»
Модо слышал тяжелое дыхание альбиноса рядом с собой. Короткий бой измотал их, следовало признать: возраст брал свое. Они по-прежнему могли дать фору многим, но против элитных солдат, входящих в охрану Лидера, выстоять были уже не в состоянии. Огонек же был моложе и не прекращал постоянных тренировок. Трое охранников в черном обходили его, пытаясь взять в клещи, но не решаясь нападать после того, как воин только что расправился с их непобедимым, как они считали, командиром. Мощное тело, ярость в бою и боевые навыки генерала марсианских мотоподразделений были широко известны, и вот теперь он убил лучшего из них.
Один из защитников Стокера все же атаковал, молниеносным движением выхватив из сапога короткий нож и метя в горло. Блок, сильный удар в пах, мощный хук в солнечное сплетение — и нападающий отлетел к противоположной стене, хрипло дыша и поскуливая. Остальные медлили.
«Вали их, оглушай и беги!» — молил Модо, хотя и понимал, что племянник не бросит своих — понятия о воинской чести и братстве не позволят. Понимал это и Стокер. Он прекрасно знал каждого из них, знал, как они думают, как они действуют. Спустя секунду после того, как его солдат атаковал, просчитал, как ответит мышь с пламенным росчерком, — он сам когда-то натаскал его на эту комбинацию. Терять бойцов без причины — признак плохого командира, и Стокер решил, что пора заканчивать сражение. Старик сделал несколько шагов, резкий разворот, свой особый захват. Тело реагировало медленнее, чем когда-то, но повиновалось и все еще четко выполняло команды. Хвост из плутаркийской стали охватил шею одноглазого марсианина, тихо зажужжали приводы, укорачивая сегменты и перекрывая кислород. Не сильно: лишь чтобы заставить захрипеть, но не убить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пока еще не убить.
Видит Фобос, Модо пытался не издать ни звука, чтобы не привлечь внимание Огонька! Хвост лидера чуть сильнее сжался, и великан все же шумно застонал. Винни задергался в руках державших его солдат.
— Убери от него эту хуету! — взвыл белый и заорал, когда его руки резко вздернули вверх, выкручивая суставы. Охране не нравилось, когда к Лидеру обращаются без должного уважения.
Огонек метнул быстрый взгляд, оценивая обстановку, и встретился взглядом со Стокером. Короткого мига было достаточно для этого безмолвного разговора: Лидер обещал дяде смерть, младший не успеет! Даже его реакция не столь быстра, как молниеносное движение изобретения доктора Карбункула: хвостом Стокер, если захочет, просто оторвет серому голову! Винни, кажется, вывихнули руки, и сейчас по его горлу скользил бритвенно острый клинок, намекая, что и у него шансов выбраться нет. Против Огонька двое бойцов, хороших, умелых, но помещение маленькое, им сложно нападать одновременно, а оставшиеся не станут стрелять, опасаясь рикошета. Прорваться к двери можно, а там всего сотня метров до люка вентиляции. Он отлично знал резиденцию Лидера и был уверен, что сможет спрятаться.
Взгляды Модо и Винни орали «Спасайся!». Взгляд Стокера пылал от ярости, но в тоже время присоединялся к мольбе дядек.
Сколько может пробыть в сознании мышь без кислорода? Модо напрягал мышцы могучей шеи, пытаясь разжать стальную петлю, но прекрасно понимал, что это бесполезно. Перед глазами поплыло, и в этот миг он перехватил еще один взгляд Огонька.
«Нет!» — хотелось заорать ему, но вместо крика вырвалось тихое сипение. Сквозь пелену перед глазами он видел, как Огонек откинул нож и поднял руки вверх, показывая, что сдается. Как сбили его с ног подсечкой под колени и защелкнули на запястьях наручники.
Удавка с шеи исчезла, и Модо, захрипев, начал хватать воздух судорожными глотками. Ему не дали упасть, вздернув за руки, и он приложил усилие, пытаясь не потерять сознание. Расфокусированное зрение выхватило, как Стокер, его друг, его брат, убийца его близких, подошел к племяннику и наотмашь ударил того по лицу. Кровь прилила к голове серого и запульсировала в висках и антеннах. Он не услышал звука пощечины, но точно знал, что тот разнесся по всей комнате. Из разбитой губы младшего змеилась красная струйка, Стокер что-то эмоционально заговорил, жестикулируя. Слух все еще не восстановился после удушения, великан слышал только обрывки слов. Но вот Огонек рванулся вперед, что-то крича Лидеру, и снова получил звонкую пощечину. Перстень с символом байкерского братства оставил еще один кровавый след на его лице. Стокер обернулся к одному из охранников и протянул руку, седые от возраста пальцы перехватили бластер, и бывалый воин проверил заряд: хватит на каждого, его реакция за эти годы не стала хуже.
В этот миг Модо отчетливо понял, кто из них станет первым.
Он хрипло закричал, надрывая поврежденное горло, и рванулся изо всех сил, наплевав на трещащие связки, не в силах смотреть на то, как его любимый племянник лишится жизни.
Комментарий к Модо. Нельзя иначе. А вы видели?! Вы видели! Замечательная Yukanik написала сайд-стори к этой главе о том, что чувствовал Харлей (которого я совершенно незаслуженно обошла вниманием!) Всем рекомендую категорически! Автор в моем лице полностью одобрил и согласен на все сто с такой трактовкой!)
https://ficbook.net/readfic/11495593
И к работе даже арт есть: https://vk.com/wall-195887723_962
====== Огонек. Дитя войны ======
