Дальнейшее произошло быстрее, чем юноша успел сосредоточиться на ссоре. Несколько парней налетели на Ирбала и, затиснув его в угол, принялись махать руками. Под визг девушек, приятно оживлённых зрелищем драки, в стороны полетели лёгкие скамейки и стулья, с противным звоном посуда покатилась на пол.
Санджиф вскочил на ноги и несколько мгновений колебался, но чувство долга как всегда победило стойкую неприязнь, которая, конечно, не была такой острой, как у Ильи, потому что его ни Ферранайр, ни Ирбал никогда по-настоящему не пытались задевать, однако всё-таки присутствовала. Бросившись к общей свалке, за несколько секунд обросшей желающими подраться (всем приходилось нелегко, многие оказались не прочь хоть так выпустить пар), сын лорда гаркнул:
— А ну прекратить!
Приказывать он умел, это чувствовалось. Свалка распалась, старшеклассники неохотно отступили, готовые снова ринуться в бой, если этот лордёнок не сможет дополнить свой рявк чем-нибудь достаточно убедительным. Ирбал, сбитый с ног, теперь поднимался на ноги, опираясь локтем о стену, а второй рукой стирая кровь, текущую из разбитой губы. У него были злые глаза, но ни искорки испуга Илья в его лице не уловил и, несмотря на всю свою ненависть к другу Ферранайра, не мог не признать, что его недруг — смелый парень.
— Отойдите от него, — приказал Санджиф.
— Чего это ты тут раскомандовался? — с холодком в голосе осведомился один из одноклассников — соотечественников Ильи, который с самого начала не испытывал никакого пиетета перед титулом.
— Вы забыли, что я — староста? Я не могу позволить вам тут устраивать самосуд. Есть какие-то претензии — пусть этот вопрос решает мастер или директор.
— Этот парень — из семьи сторонников Ингена! Из-за таких, как он, мы теперь вынуждены обороняться в собственной школе! Такие, как он, начали эту войну!
— И?
— Что ему тут делать? Он шпионить будет и любому из нас в спину ударит, чтоб перед этим своим лордом выслужиться!
— Чего ты ему объясняешь? Что ты ему вообще хочешь объяснить? — вмешался Сергей, на которого, изначально настроенного против любых представителей местной знати, менее всего действовала властная манера Санджифа держать себя. — Он такой же, как они. Им, лордам, всегда нравилось воевать, не так ли? Выступление Ингена им на руку. А может, сами и спровоцировали, а?
Сын лорда ответил на яростный взгляд с такой холодной надменностью, что Илья подивился, как Серёга не поспешил смыться.
— Вы несёте невесть что, — ответил он с отчётливо различимым презрением. — И самое прискорбное, что сами не понимаете этого.
Рядом с Сергеем встал ещё один одноклассник, который был с ним на дружеской ноге, и ещё один. Санджиф держался спокойно, словно и не сплачивались сейчас против него те, кто только пару минут назад чесал кулаки об Ирбала, те, кто теперь запросто могли переключиться на отпрыска знатного дома. Однако Илья был уверен, что скорее он увидит Санджифа мёртвым, чем испугавшимся, даже если на него попрут несколько десятков крепких парней с ножами.
Юноша встал рядом с другом с неразличимо-бесстрастным лицом, потом оглянулся на Фёдора, и тот, поколебавшись, присоединился к ним, тоже вроде бы спокойный, однако внутренне напряжённый, готовый вступить в драку в любой момент. Потом и остальные их друзья — Егор, Всеволод, Беджар… И Искра. Она выдвинулась из попискивающей группки девчонок с таким видом, словно была ледоколом, готовым приступить к прокладке пути сквозь льды.
— Магаре с дръжка! — завопила она неожиданно. — Курова муцуна! Ами спрете! Какво, по дяволите?!
Вджера, шагнувшая было следом за уроженкой Болгарии, нервно поморщилась.
— Ты совсем, что ли, с ума сошла?! — рявкнула она на Искру. — Нашла где материться.
— О, ти! Смотри, что делают! Да вас из школы со свистом вышвырнут, задници, и будут правы!
— Чего ты сказала?! — ошеломлённо переспросил Сергей.
— А вы чего тут устроили? Что за побоище?! Вылететь хотите, так вылетайте хоть так, чтоб не позориться! Вдесятером на одного!
— Если и выгонят из школы, так, может, оно и к лучшему, не придётся рисковать тут своей шкурой из-за того, что оборотникам, видите ли, приспичило повоевать! — в запале бросил бывший приятель Ильи, не подумав, что своей репликой может разозлить собственных же сторонников, рождённых, однако, в Ночном мире. Местные обитатели терпеть не могли, когда их называли «оборотниками», а их родной мир — «изнанкой».
— Трус! — выкрикнул Илья, теряя терпение. — Ты только о своей шкуре и твердишь. Давай, уноси отсюда ноги, раз духу не хватает ни на что, кроме бабского воя!
— А ты такой смелый, пока считаешь, что можешь нас шпынять и что мы всегда за тебя сделаем всю работу и помрём за тебя, если нападут! Хрена с два! Держись от меня подальше, понял? Мне наплевать, что с тобой будет, равно как и с такими, как он, — взмах в сторону Ирбала, уже привёдшего себя в порядок и зло смотревшего на парней, которые в любой момент могли снова переключить внимание на него. — И с такими, как эти, — на этот раз Серёга показал на Санджифа и Беджара рядом с ним.
— О, я прямо трепещу от ужаса! — насмешка в голосе Ильи звучала неприкрыто и оскорбительно. — Если ты да со своими способностями не поддержишь меня, то что же я буду делать?
Сергей побагровел — это была, пожалуй, единственная шпилька, которая могла его по-настоящему уколоть. В конце концов, не так уж важны оценки. Куда важнее недостаток способностей, который, возможно, и кроется за низкими оценками.
— Что ж, раз ты такой всё умеющий и могучий, то иди и сам свои проблемы решай, понял? А от нас держись подальше, или я за целость твоей физиономии не поручусь при всех твоих великих способностях, — и постарался подчеркнуть голосом, как это стыдно — иметь великие способности или даже просто делать вид, будто обладаешь ими.
Петербуржец ответил ему презрительным взглядом, но стоило ему оглядеть остальных одноклассников, а также ребят и девушек младше или старше его классом, как до него внезапно дошло — Сергей вовсе не одинок в своём отношении к нему. Многие одноклассники смотрели в его сторону весьма угрюмо, как бы подтверждая, что от них ему стоит держаться подальше. Это открытие ошеломило его, и юноша едва не потерял лицо, растерявшись под прицелом стольких недоброжелательных взглядов.
Но сумел взять себя в руки и, гордо отвернувшись, выйти из столовой. То, что кое-кто из ребят всё-таки встал на его сторону, грело душу, хоть и не настолько, чтоб мгновенно оправиться от нежданного потрясения. Илья и сам не отдавал себе отчёта в том, насколько оглушило его произошедшее. Поднявшись в комнату, он встал у окна и прислонился лбом к стеклу. Оно приятно холодило кожу, но мгновенно запотело, так что очень скоро кроны деревьев и стены соседнего корпуса по ту сторону стекла затянуло плотным туманом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
