крышу.
– Что ж, давай осмотримся.
– Давай. – Я снял рюкзак с плеча и вытащил из него карту, компас и прицел. – Бери карту и что-нибудь пишущее. Я говорю, а ты отмечешь. Идет?
– Придумал хорошо, только чем писать?
– Посмотри в рюкзаке. Там должно быть.
Она взяла из моих рук карту и принялась рыться в рюкзаке. Я же подошел к краю крыши и начал осматривать горизонт через снайперский прицел.
В разных точках города гремели взрывы, выстрелы. Люди сопротивлялись, как могли. Это были военные, полицейские, простые граждане. Только в нашем районе все было тихо.
Пришельцы падали на людей откуда-то сверху в каких-то капсулах, которые открывались сразу же после падения. Также они использовали против нас шагающих паукообразных роботов с пулеметами и ракетницами. В качестве пехоты на людей бросались какие-то гротескные человекоподобные существа, не похожие на того гуманоида, который убил сержанта у нас в магазине. Эти существа отличались особой жестокостью и подвижностью. Они прыгали на приличные расстояния, сбивая людей с ног и превращая их в фарш. У них было оружие, но в основном они действовали в рукопашную.
Существа, отдаленно похожие на нашего незваного гостя, прятались в укрытиях и, судя по всему, отдавали приказы этому пушечному мясу. Стреляли они очень редко. По большим скоплениям людей раз в минуту откуда-то сверху бил яркий луч, очень похожий на электрический разряд. Люди, которые к несчастью попадали в зону его действия, падали замертво. Особо выносливые после удара еще бились некоторое время в конвульсиях.
– Ну что там? – Спросила девушка, сев на крышу. Она положила карту себе на колени и приготовилась делать пометки карандашом, который она, видимо, нашла в рюкзаке.
Я сориентировался по компасу:
– Отмечай: север, запад и восток – бои. Юг – это мы. Тихо. Северо-запад – захвачен полностью, северо-восток – частично захвачен район вокзала. Юго-запад – порт свободен, район около порта захвачен, юго-восток – захвачен полностью. На северо-востоке у вокзала действует ополчение и остатки полиции, в порту вижу небольшой отряд военных снайперов.
– Отметила. А что в воздухе?
– Ни одной вертушки или самолета. Постарались, гады. Аэропорт на юго-востоке в руинах. Вокзал на северо-востоке тоже хорошо обстрелян. Что с путями, не вижу. Вероятно, разбиты.
–Зафиксировала. Как насчет порта?
– У пристани все посудины разбиты. – Я навел зум. – Можно попытать счастья на верфи. Судоремонтный цех и сухой док вроде целы.
– Принято. Что еще видишь?
– Вижу, что больница в центре вроде цела. Там стоит пара броневиков спецназа.
– Полиция?
– Похоже на то. Да, броневики с мигалками.
– Отметила. Что со школами? Университетами?
– Школы плохо вижу. Центральный университет в руинах.
– Как с дорогами?
– Дороги везде разбиты. Огромные воронки в земле. На машине тяжело будет.
– Отметила. Все?
– Да, уходим. – Я подошел к ней и убрал прицел и компас в рюкзак. К тому моменту девушка уже убрала карту и карандаш и поднялась на ноги. – Теперь я лезу первым, а ты за мной.
– Поняла.
Я пошел к краю платформы и начал медленно спускаться. Когда я преодолел половину высоты лестницы, откуда-то снизу прозвучал знакомый женский голос:
– Вот мы снова встретились, молодой человек. Слезайте, потолкуем.
Я бросил беглый взгляд под ноги и увидел во дворе Мадам Оптимизм. Она сильно изменилась с момента нашей последней встречи: ее роскошный желтый деловой костюм обтрепался и изорвался, лицо было испачкано сажей, левая рука была подвешена на импровизированной косынке из ее атласного шейного платка (вероятно, вывих или перелом), а в правой у нее был компактный дамский пистолетик, вероятно, травматический или газовый. В тот момент ствол пистолета был направлен на меня, поэтому я решил не искушать судьбу и продолжил спуск. Девушка могла видеть или по голосу определить, с кем я встретился, поэтому она тоже продолжила спускаться, но чуть медленнее.
– Смелее, девочки и мальчики. У меня нет на это времени.
Когда мы оба оказались на земле, Мадам Оптимизм снова навела на меня пистолет и бросила хищный взгляд за мою спину:
– Что у тебя там в рюкзаке?
– Ничего особенного. – Ответил я.
– Снимай.
– Лучше делай, как она говорит. Не спорь с ней. Видишь, она чокнутая. – Прошептала девушка.
– Я все слышу. Правильные вещи говоришь, девочка. Ну что, снимешь рюкзак или мне самой это сделать?
– Пожалуйста. – Я спокойно снял рюкзак с плеча и поставил его на землю у ног Мадам Оптимизм. – Что с Вами случилось, мадам? Где Ваши единомышленники?
– Были, да все вышли. – Она перевела ствол пистолета и свой взгляд на девушку. – Ты, подойди сюда и вытряси все из него на землю.
Девушка послушно подошла к рюкзаку, медленно расстегнула молнию и принялась высыпать все его содержимое на землю:
– Что такое, мадам? Не хватило пожитков из магазина? Решили грабежом промышлять?
Вместо ответа она ударила девушку рукояткой пистолета по лицу настолько сильно, что она едва не свалилась с ног. Я было хотел взять ее под руку, но Мадам навела оружие на меня, громко крикнув:
– Стой, где стоишь! А не то череп продырявлю! – Она перевела прицел на девушку. – А ты за языком следи, овца!
– Откуда столько злости, мадам? – Оправившись от удара, спросила девушка. – Мы ведь Вам ничего плохого не сделали.
– Бесполезно. – Я аккуратно взял ее за руку. – Теперь она будет винить во всем нас. Ее бред про пришельцев оказался правдой, а все, кто пошел с ней, погибли. Так ли, мадам?
– Заткнитесь оба! – Она навела оружие на меня, а сама бросила беглый взгляд на походную аптечку, что лежала у ее ног. Наклониться за ней она не могла, тогда бы у нее не получилось держать нас под прицелом. Подобрать ее левой рукой Мадам тоже не могла, поэтому она снова позвала девушку и велела ей поднять аптечку и засунуть ее в косынку. Когда дело было сделано, Мадам отпустила девушку и, не теряя нас из виду, начала отходить к выходу из двора, но не успела она пройти через домофон, как тут же получила от кого-то удар по голове сзади и упала на землю без сознания. Аптечка выскользнула из косынки Мадам, заскрежетав металлом, а пистолет так и остался в ее руке.
Мы не знали, кто так мастерски обезвредил эту мерзкую женщину, поэтому еще некоторое время стояли у стены в оцепенении. Лишь 2 минутами спустя все стало на свои места, когда во двор медленно зашел старик с огнетушителем в руке (вероятно, он взял его на складе в магазине). Он подошел к Мадам и, c усилием разжав ее тощие пальцы, забрал у нее оружие, после чего
