Поэтому Эшшиев будет пробираться в пески, к сброшенным и, видимо, припрятанным боеприпасам. Если в данный момент он к ним еще и не вышел, то все равно вскоре должен появиться там. Другого пути у него нет».
Срочно выехав в райцентр, Комеков вызвал по радиосвязи руководителя оперативной группы, которая разыскивала в окрестностях Вас боеприпасы и другие грузы диверсантов...
— Товарищ агроном! На освоенных целинных землях получили урожай кукурузы и огурцов.
Для выставки мы отобрали пять ящиков кукурузных початков, огурцы и другие культуры.
Таким образом, оперативный работник сообщил Ко-мекову, что ящики с боеприпасами и другие грузы уже найдены.
— По предсказаниям охотников, в сторону наших кукурузных полей направляется один кабан. Поэтому приготовьтесь к встрече с ним. Кабан может выйти прямо на вас. Вы меня поняли?
Голос в приемнике, запинаясь, ответил:
— Понял, товарищ агроном. Примем все меры. Кабана не упустим.
Когда Комеков закончил сеанс радиосвязи, поднялся сильный ураганный ветер, который крепчал с каждой минутой.
В селе из-за поднявшейся в воздух пыли нельзя было открыть глаза, а уж что творилось в песках, и подумать страшно.
Комеков всю ночь вызывал Вас по радио, но ответа не было.
Ночной буран сделал свое дело... Переместил сыпучие барханы с места на место, с корнем выкорчевал низкорослые деревья и кустарник, и даже засыпал старую дорогу, ведущую туда.
С трудом, измучившись от всяких неполадок, Комеков к вечеру приехал на машине в урочище Вас.
Оперативники встретили его с унылым видом.
Руководитель коротко доложил о проделанной работе.
— Молодцы, это хорошо. Я специально пригнал машину, чтобы забрать найденные трофеи, — похлопал его по плечу Комеков.
— Товарищ капитан, вместо того, чтобы хвалить, нас нужно отругать, — проговорил виновато руководитель оперативной группы.
— Что случилось?
— Вы вчера предупредили, что здесь может появиться этот диверсант. Вскоре он действительно пришел в эти места. Однако мы не смогли его взять...
— Упустили?
— Да.
— Как это произошло?
— Мы были хорошо замаскированы. Но он, видимо, все же почуял опасность. И когда между нами было метров двести, не больше, побежал в другую сторону.
— Дальше.
— Увидев, что он ускользает от нас и что прятаться в укрытии нет больше смысла, я ему крикнул, чтобы он остановился. Но он не послушался. Тогда я приказал двум нашим вооруженным товарищам перерезать ему дорогу.
— А остальные?
— Они тоже вышли из укрытия. Диверсант, увидев, что его окружают, вдруг снова изменил направление и побежал к сыпучему бугру, перешел на другую сторону и исчез.
— Вы окружили бугор?
— Разумеется. Но ничего не нашли. Потом всю местность вокруг тщательно прочесали, но безрезультатно. Мистика! Не было у диверсанта возможности исчезнуть незамеченным. Ведь вокруг — открытая местность. Мы не уходили, продолжали держать местность под наблюдением. Но вскоре, как назло, поднялся сильный ураган. Нельзя было глаз открыть из-за порывистого ветра. Невозможно было даже перекинуться словом. Так мы дождались утра, а потом снова тщательно все обыскали. Но диверсанта не нашли, он словно провалился сквозь землю.
Выслушав сообщение начальника оперативной группы, Комеков отправился посмотреть на бугор.
Ночной буран, рассеяв сыпучий песок, заметно уменьшил размеры бугра.
Комеков обошел вокруг сыпучего песка и предложил:
— Давайте проведем эксперимент. Вспомните то место, где вы потеряли из виду диверсанта, и идите туда. Потом я начну двигаться, пройду на другую сторону бугра и, как только исчезну из вашего поля зрения, начинайте меня искать.
Оперативники все сделали так, как сказал Комеков.
Как только он перевалил через бугор и исчез из вида, они сбежались со всех сторон, однако Комекова не обнаружили.
Утомившись от поисков, они наконец в растерянности остановились возле бугра. Вдруг на полпути между подножием холма и его вершиной песок зашевелился и показался Комеков. В руках его был небольшой пучок тростника.
— Поняли теперь, как упустили диверсанта? — спросил Комеков, стряхивая с себя песок.
— Хороший способ, — сказали товарищи, окружив Комекова, и попросили еще раз продемонстрировать его.
— Нет, друзья, мне не очень-то хочется глотать песок. Сами попробуйте, а я вам подскажу, как это делается.
— Скажи, как нужно. Я попробую, — изъявил желание один из группы.
— Пошли.
Капитан отдал ему пучок тростника, который держал в руке.
Комеков выбрал место, где сыпучий песок скользил вниз, и произнес:
— Сейчас ты с силой бросишься в выступ бугра. От сотрясения этот выступ обрушится и закроет тебя. Один конец пучка держи наверху, а другой постарайся держать около самого носа. Это обеспечит тебе возможность дышать. И никому в голову не придет, что там, где растет на бугре тростник, зарыт живой человек.
Оперативный сотрудник выполнил все указания Комекова. И действительно, никто не додумался бы, что в песке спрятался живой человек.
После окончания эксперимента Комеков сделал вывод:
— Таким образом, диверсант Эшшиев Басар спрятался от вас, а потом, воспользовавшись бураном, незаметно выбрался из окружения.
— У вас есть конкретные основания называть диверсанта Басар Эшшиев? — поинтересовался один из членов оперативной группы.
— Есть! На этот счет поступило сообщение из центра. Векилов и Курбанмедов дали показания. Это подтвердил также один человек, видавший недавно диверсанта своими глазами. Ну, еще и я могу сказать, что этот человек—Эшшиев Басар. Его отец тоже когда-то пользовался этой хитростью.
— Этим способом скрываться от погони пользовались еще в начале тридцатых годов. Главное же теперь— другое, — продолжал Комеков. — Эшшиева Басара нужно взять во что бы то ни стало. Он теперь не придет в село, потому что терпит одну неудачу за другой, и к тому же и планы его раскрыты. Теперь он будет искать возможность бежать за границу. А чтобы пересечь Кара-Кумы, ему нужен верблюд.
— Найти верблюда он сможет только на стоянках у пастухов, которые находятся в песках. Мы должны быть предельно осторожны и бдительны, чтобы он не успел нанести непоправимого вреда. Надо разойтись по два человека к стоянкам пастухов, которые находятся вблизи колодцев.
— Переоденьтесь в военную форму.
— Сейчас конкретно скажу, кто к какому колодцу должен идти. Мы уже направили к стоянкам милиционеров.
— Прятаться на стоянках запрещено, надо вести постоянное наблюдение и проверку.
