стол объемный конверт.
— Что здесь? — я взял конверт, повертел его в руках и бросил обратно на стол.
— Проездные. Через портал до Иркутска. На поезде до станции «Таёжная». Там предстоит сойти с поезда и у портала на нужный уровень встретиться с Дроздовым и курсантами. Чтобы всем вместе уже переместиться на место. Время отправления на каждом этапе найдёшь в проездных, — взгляд Архарова постоянно возвращался к камню, на котором по мере остывания рисунок стало видно более отчётливо.
— Что-то не похоже, что здесь исключительно проездные, — я снова поднял конверт и взвесил его на руке.
— Да, там ещё ваше задание. Я не знаю, о чём идёт речь, уж извини. Я всего лишь преподаватель в Академии изящных искусств, и граф Медведев не посвящает меня в отдельные дела. — Архаров улыбнулся, а когда заметил мой скептический взгляд, добавил. — Если только меня не привлекают в качестве эксперта, разумеется. Но, у вас должно быть что-то несложное, что вполне по силам студентам первого года обучения на спецкурсе. Так что, я действительно не в курсе, что для вас приготовили. Вот только место вашего отправления очень странное. — Он задумался.
— И чем же оно странное? — я внимательно смотрел на него.
— Именно на этот участок изнанки выходят порталы ещё как минимум двух государств. И, если шахты и рабочие посёлки находятся под юрисдикцией каждого государства, то вот форт — это общая нейтральная территория. Сам, в общем увидишь. Надеюсь, у тебя нет проблем с языками.
— Я тоже на это надеюсь, — задумавшись, я смотрел на конверт. А ещё я очень надеюсь, что наше задание никаким боком не касается эти самые иностранные государства. Пусть это будут обычные, в общем-то, безобидные заговорщики, о которых говорил Медведев. Рысь, если ты меня сейчас слышишь, поспособствуй, а? Ну, чего тебе стоит?
— Ладно, иди, отдыхай, начинай собираться...
— Так, постой, ты сказал, что мы на этой станции, как там её, «Таёжной», встретимся с Толей Дроздовым и его подопечными? А мы разве не вместе отсюда поедем? — спохватился я, переводя взгляд на Архарова.
— Разумеется, нет. — Он покачал головой. — Они поедут отдельно, причём, уже завтра. И даже через портал вы с Мамбовым пойдёте в одно с ними время, но отдельными группами. В самом форте уже договаривайся с Дроздовым, чтобы Мария не в казарму заселили, а с тобой в гостиницу. Можете даже внезапно вспыхнувший лямур изобразить. На этих практиках и не такое порой происходит. — Добавил он тихо, мечтательно глядя на камень. Ха! Я так и знал, что Архаров к конторе Медведева имеет прямое отношение. Или, имел, что тоже вполне могло быть. — В общем, там решите, как всё обставить. А теперь, вали уже отсюда, не отвлекай меня от работы.
Я встал и направился к выходу, сунув конверт в сумку, которую, скорее, по привычке везде таскал с собой.
Маша была уже дома и судорожно кидала вещи в открытый чемодан.
— Мне нужно в семь утра быть у портала, — скороговоркой проговорила она, вытаскивая из шкафа кружевную шаль и озадаченно глядя на неё. — Ты тоже думаешь, что мне она на практике не пригодиться? — и Маша посмотрела на меня, развернувшись вместе с шалью.
— Думаю, что не пригодиться? — я усмехнулся, ослабил галстук, а потом и вовсе снял его, швырнув на стол. — Тоже, что ли собраться. Хотя бы одежду, да предметы гигиены. Мне, в отличие от тебя понадобиться гораздо больше тряпок.
— Зачем? — Маша нахмурилась. А затем, подумав, всё-таки сунула шаль в чемодан. Я только головой покачал.
— Потому что я не просто какой-то там художник, которого послали в эту дыру, вдохновения набираться, глядя на каторжников и тварей четвёртого уровня, — Вещей на самом деле у меня было не слишком много. Надо как-то расширить гардероб, если хочу соответствовать выбранному образу.
— Я не слишком понимаю о чём ты хочешь сказать, поэтому, Женя, пожалуйста, не говори загадками, — она бросила в чемодан какую-то очередную кружевную вещичку. — И да, я нервничаю. Имею право, между прочим.
— Имеешь, — я уложил на дно чемодана куртку, решив поехать в пальто. После этого отобрал у жены шелковое болеро и сунул его обратно в шкаф, практически одновременно перехватив её за руки, и притянув к себе. — Маша, успокойся. Там я буду рядом и помогу тебе, в чём бы эта помощь не заключалась. Ты веришь мне?
— Да, — она закрыла глаза и прижалась ещё крепче. — Женька, что бы я без тебя делала?
— Наслаждалась бы жизнью и привилегиями молодой вдовы, если бы за Ондатрова замуж к этому времени вышла, — честно ответил я. — Правда, недолго. Я бы тебя всё равно соблазнил, и было бы точно так же.
— Ты уверен, что я соблазнилась бы? — она расслабилась и теперь улыбалась.
— Конечно, разве передо мной можно устоять? — я тихонько рассмеялся и поцеловал её в лоб. — А теперь давай соберём уже эти проклятые вещи и пойдём обедать. Я почти неделю нормально не ел. Да и ты питалась урывками.
Я развернулся и замер на месте, глупо моргая. Потому что в моём большом чемодане на куртке лежала Фыра.
— Похоже, Фырочка хочет с нами отправиться в путешествие, — засмеялась Маша.
— Вот только в форт нельзя перемещаться со своими питомцами. — Я отрицательно покачал головой. — Мне об этот каждый преподаватель напомнил, даже ректор, пробегая по коридору сказал. А Архаров так вообще трижды. — Сев на кровать, я схватил Фыру за ошейник, в который был встроен пентакль и пара макров, и попытался вытащить её из чемодана. — Фыра, мне нельзя брать тебя с собой.
Наконец, я сумел выгнать кошку, но, стоило мне отвернуться, как она снова улеглась в чемодан.
— Фыра, твою мать, пойми, я всё равно тебя не возьму с собой, — прошипел я, чувствуя, как меняется моё зрение.
Вытащив рысь из чемодана, я потащил её к двери. Она упиралась всеми четырьмя лапами, а когда я подтащил её к двери, завыла и принялась заваливаться на бок, закатывая глаза.
— Женя, ну, неужели ничего нельзя сделать? Может быть, ты получишь разрешение? Попроси Медведева, чтобы тебе сделали исключение, — Маша смотрела на меня с вселенской жалостью в глазах.
Кошка же, почувствовав
