товарищ прапорщик, слегка ностальгируя. Скольких он уже так провожал и встречал — не перечесть. — Во время отдыха важно помнить, что вы гриффиндорцы. Боевые маги, не терпящие несправедливости, но и не нарушающие закон. В любой опасной ситуации немедленно вызывайте аврорат. В случае вопросов, связывайтесь с нами. Вопросы есть?
Вопросов, конечно, не было. Ощущавшие командирскую заботу, привыкшие за это время к распорядку дня, к чувству плеча друга, к тому, что все всегда делалось сообща, кроме посещения уборной, первый и второй курс факультета Годрика были спокойны и уверены в себе. А потом произошло то, о чем вспоминали еще долго. Сначала зазвучала музыка, от которой слезы навернулись на глаза даже у Веры Митрофановны. Как Сашка это сделал, она и не представляла, но под куполом Большого зала звучал «десятый наш десантный батальон» на английском языке. Прозвучали короткие команды, и зал начали покидать школьники. Подняв голову, строевым шагом уходили на посадку первые два курса факультета Гриффиндор. Печатали шаг, взявши под козырек, их командиры, и было в этом что-то необыкновенно-завораживающее, в чем-то, возможно, даже страшное… Школьники шли на посадку в поезд, как когда-то давно… Ведь в сороковых, противостоя самолетам с черными крестами, британцы не делили друг друга на магов и «грязь». Также, как не делили французы и русские… Авроры-профессора держали над головой палочки с зажженными огоньками, втайне гордясь такими учениками.
Хогвартс-экспресс отходил с вокзала, а в душах детей звучала грозная музыка, от которой почему-то становилось очень тепло.
— Ну ты дал, — заметила Вера Митрофановна. — Все охренели.
— Главное, что наши поняли, — хмыкнул ничуть не раскаивавшийся Сашка. — Вот приедем домой…
— Да, надо будет разобраться с трофеями, — кивнула рыжая девочка. — Потом подумать о форме для всех остальных и в русский магазин смотаться.
— Хм… А мотив? — поинтересовался Вронский у старшей по званию, на что товарищ капитан медслужбы принялась загибать пальцы.
— Во-первых, без тельника грустно, — призналась она. — Во-вторых, оливье хочу, в-третьих…
— Понял, понял! — поднял руки товарищ прапорщик, полный список себе вполне представлявший. — Обязательно заскочим!
— Гермиона, ты по приезде берешь Гарри за что достанешь, — принялась инструктировать Вера Митрофановна. — И идешь к своим, они в курсе, поняла?
— Да, — кивнула кудрявая девочка. — Быть умницей, скромно улыбаться и никуда никого не посылать, — доложила она.
— Строго следовать требованиям устава… — проговорил Сашка, отчего все в купе рассмеялись. Луна свой план уже знала — папа написал о том, что разлучать ее с Роном никто не будет, а учитывая, что мальчик смирился, в этом году их, скорее всего, ждала помолвка. И это было очень радостно, потому что без своего Рона белокурая девочка была не согласна. Ни на что не согласна.
Поезд, полный улыбок детей, шел к Лондону.
Часть 11
Дисциплинированно построившись возле вагона, первый и второй курс факультета Гриффиндор ожидал мудрого слова командиров. Рванувшиеся было к чадам взрослые растерянно остановились, а товарищ прапорщик выдавал последние указания. Вера Митрофановна только очень по-доброму улыбалась, отчего девочки подтянулись.
— Смирно! — рыкнул Сашка, наслаждаясь картиной, рыжая девочка в свою очередь наблюдала за взрослыми магами, находившимися во второй степени удивления. — Отправляясь домой, помните, что по вам судят о Гриффиндоре, не посрамите нашего факультета! Вольно! Разойдись! — и счастливые дети, ломая строй, рванулись к ошарашенно смотревшим на них взрослым. Неподалеку происходила накачка факультета Слизерин аврорами. Сравнение пока было в пользу львят, что было заметно даже дежурившим на платформе местным служителям закона.
Мама Молли искренне обрадовалась детям, проводив Гермиону и Гарри к родителям девочки. Впрочем, к Грейнджерам пошли всей толпой, чтобы потом двинуться к каминам. Фред и Джордж попытались подурачиться, но под строгим взглядом товарища прапорщика сникли, потому что знали, что за командиром второго курса точно не заржавеет. Это аврор мог что-то не заметить, а их брат… В общем, провоцировать они никого не стали, на что мама Молли только удивленно смотрела округлившимися глазами. Брат Персиваль настолько втянулся в факультетскую жизнь, что смиренно ждал команды, удивляя тем самым еще и Артура, подобного не ожидавшего. Артур, которого никто из младших не уважал, очень много чему удивлялся, в основном, скалке супруги.
— К принятию пищи приступить, — привычно рыкнул товарищ прапорщик, отчего Молли чуть не подавилась, глядя на то, как слажено дети заработали ложками. Разговоров за столом не было, молодые люди игнорировали любые попытки заговорить.
— Почему вы мне не отвечаете? — попытался возмутиться отец семейства, сразу же замолчав. Милая девочка Джинни, связав папу и лишив возможности издавать звуки, продолжила принятие пищи, ибо здесь и сейчас командиром был Сашка, а он разрешения на открывание рта не давал.
Получив затем разрешение закончить прием пищи, встать и разойтись, трое более старших из детей моментально исчезли в направлении своих комнат, а миссис Уизли улыбалась так, что мистер Уизли уже раздумывал на тему, а надо ли ему это — быть развязанным.
— Мама, тут собранное, но надо будет поговорить, — протянул Сашка безразмерный мешок Молли. — Кстати, я тут спросить хотел, сколько папа получает в своем министерстве? Если меньше сотни, то я могу договориться — за полторы его ассенизатором возьмут.
Что такое «ассенизатор», Артур знал, и был, судя по выпученным глазам, в корне не согласен, а вот Молли, сравнив то, что приносил домой муж, с тем, что озвучили младшие дети, просто очень по-доброму улыбнулась и отпустила их отдыхать. Именно по маминой просьбе Сашка расспросил авроров о порядках в министерстве. Выяснив, что папа получает что-то около полутора-двух сотен в месяц, юноша задумался. А вот Молли задумываться не стала, потому что домой муж приносил порядка четырех десятков золотых кругляшей, отчего ему сейчас было очень невесело, судя по задорным крикам, доносившимся снизу.
— Интересное кино, — задумчиво проговорила Вера Митрофановна. — Ну да надеюсь, узнаем… Кстати, надо будет из сада что-то приличное сделать.
— Надо — сделаем, — согласился никогда от работы не бегавший прапорщик. — В принципе, можно магические на человеческие деньги сменять, тогда продукты будут в разы адекватнее.
— Вот и я так думаю, — покупательной способности галеона девочка не знала, поэтому нормально посчитать не могла. — Кстати, кощееву книгу лучше всего русским толкнуть, — задумчиво проговорила она. — Мало ли там секреты какие…
— Да, еще крайними сделают, — вздохнул Сашка. — Ладно, давай отдохнем и в Лондон поскачем… Эх, полосат, как служба, мой десантный тельник…[25] — напел он, вызвав улыбку Веры Митрофановны.
* * *
Прошло совсем немного времени с тех пор, как Артур, в очередной раз повздорив с Молли, оказался в Мунго, а Вера Митрофановна уже написала письмо по-русски, отправив его куда-то в направлении России. Девочка играть с такими личностями, как Кощей, не хотела, поэтому сначала решила спросить, не будет ли возражать уважаемый, если его книгу продадут, а если будет, то пусть забирает. Никакого результата товарищ капитан не ожидала, сделав это просто для очистки совести, ну еще и потому, что Молли книгу в руки взять не могла и написанного в ней не видела, что военных заставило переглянуться.
Гарри и Гермиона на улице занимались тем, что гонялись друг за другом на метлах, Сашка с помощью внушительного тесака готовил оливье,[26] старшие братья на глаза старались не попадаться, им хватало и утреннего подъема с зарядкой. Поэтому визит через камин представительного мужчины стал сюрпризом. Вывалившийся неизвестный увидел Сашку с ножом в руке и шумно сглотнул, поинтересовавшись:
— И здесь десант? — мужчина был ошарашен.
— Десант везде, — ответил ему Вронский. — Хотел чего?
— Меня послали… — неизвестный замялся, протянув затем письмо. «Выдать книгу подателю сего», — было написано в письме. Сашка пожал плечами, пошел в комнату и принес просимое. Неизвестный долго благодарил, потом хлопнул себя ладонью по лбу и вытащил из кармана два уменьшенных сундука. — Тут вам Кощей золота передал немного, у него на золото аллергия, вот и раздает, — вздохнул русский, задействовав, судя по хлопку, порт-ключ.
— Так… Тащ капитан! — забывшись, позвал Сашка Веру. На полу возле камина стояли два сундука. Увеличившись, они оказались Сашке примерно по пояс. Пришлось звать маму.
Молли была ошарашена — столько
