На основании полученных ответов. Ст. Холл и Г. Эллис написали единственное в своем роде исследование о куклах с психологической точки зрения и указали в игре начало социальных, религиозных чувств, морали, полового чувства, любви и др. Из психологов, положивших в основу исследования души явления датской психики (генетический метод) и параллелизм с психикой первобытного человека (сравнительный и этнографический метод), необходимо назвать проф. Болдуина. Русская психологическая литература лишь в 1912 году обогатилась переводами некоторых статей. Ст. Холла и книги Болдуина (см. литер.). До сих пор в русской печати были лишь случайные заметки о генетическом направлении и о методе опросных листов, а также и на русских психологических съездах, но исключительное место отводилось другим течениям – главным образом, экспериментальному, который перенесен в детскую психологию из общей психологии.
Из интереса к ранним стадиям человеческой психики и средствам ее проявления выросла своеобразная психологическая проблема, по поводу которой создалась теперь уже целая литература. Это – детские рисунки, как психологический материал.
Три дисциплины, исторически разобщенные в своих задачах и методах – психология, педагогика и этнография – совместно выдвинули этот вопрос, одинаково заинтересованные в его разработке – поэтому и самое решение вопроса возможно лишь при условии общей работы. Целый ряд теоретических вопросов и практических задач связан с расшифрованием загадочных детских рисунков. Для психологии ребенка детские рисунки не менее важны, чем развитие речи, так как детский рисунок, от первых каракулей до сознательной передачи внешнего мира и внутренних переживаний, проходит не менее сложный путь, чем детская речь от лепета до сложного психического акта. И новая психология очень скоро отметила важность этого еще вовсе неиспользованного клада. Этнология тоже отметила сходство детских рисунков с рисунками современных дикарей и первобытного человека. Отсюда чрезвычайная важность детских рисунков при изучении происхождения и первых ступеней искусства. Известно, что здесь наука переживает канун великих культурных открытий, которые заставляют нас расширить понятое искусства, отодвинуть начало его в отдаленную глубь веков, заставляют нас признать художественный инстинкт одним из наиболее ранних элементов душевной жизни, лишь медленно вытесняемый и видоизменяемый историческим ростом интеллекта. Когда, таким образом, интерес к детскому рисунку нашел для себя столько побудительных причин, за разработку его принялись в разных местах. Предстояли две задачи: собрать по определенной и притом разнообразной программе достоверный материал и затем, выработав методику анализа, расшифровать рисунки и создать классификацию, которая служила бы руководством для дальнейших исследований.
По вопросу о рисунках детей и дикарей появилось несколько работ. Авторы один за другим отмечают факт аналогии в художественном творчестве взрослых дикарей и детей, что, повидимому, отвечает аналогии в какой-то стадии психогенезиса. Констатирование этого важного факта составляет огромную заслугу этнографии, анализ же его – дело психологии и отчасти экспериментальной педагогики. Опыты художественной оценки и психологического анализа детских рисунков сделаны впервые итальянским историком искусства, Ricci, в его интересной книжке: «Дети-художники» (1887), и английским психологом Дж. Селли («Очерки психологии детства»). Здесь впервые установлены – в самых общих чертах – стадии развития детского рисунка, раскрыт смысл, вкладываемый детьми в свои рисунки и их отношение к собственному творчеству. Как видно из этого крайне неполного перечня, исследование детских рисунков шло случайными путями, и лишь в 1904 – 5 году вопрос поставлен на научную почву – раньше всего в Лейпциге.
Профессор Лампрехт, создавший в Лейпциге при кафедре истории единственный по богатству и глубине замысла «Институт для изучения истории культуры», исходя из основ эволюционного учения об онтогенезе и филогенезе, остановился на мысли искать в первых проявлениях психики ребенка указаний на исторический ход развития человечества. Таким ранним материалом являются каракули, а позже – детские рисунки. Лампрехт внес свое предложение на обсуждение нескольких педагогических обществ в Лейпциге, и решено было общими силами взяться за изучение детского искусства. Сам Лампрехт взял на себя организацию собирания материалов. Такая научная задача была под силу лейпцигским педагогам больше, чем другим, потому что здесь изучение психологии уже давно стояло на значительной высоте.
С тех пор и по настоящее время лейпцигский педагогический союз собирает международный материал, как среди цивилизованных, так и первобытных народов. И, вероятно, потребуется еще несколько лет для приведения в порядок и обработки собранного материала. На основании собранного материала уже теперь обнародована одним из молодых лейпцигских ученых, Левинштейном, обширная работа: «Детские рисунки до 14-ти лет» – параллели из первобытной истории, истории культуры и этнографии, с атласом и подробной библиографией. В эту книгу вошли разрозненные результаты всех прежних исследований и снова сделана попытка установить «закономерность в развитии детского рисунка, который в первые годы жизни служит как бы одной из форм речи, средством передачи описания или рассказа, без примеси художественных задач. Все особенности детской психики, дефекты логики, смелость, интересы, не всегда понятные для взрослых, все это можно проследить на пути постепенного развития рисунка». Книга Левинштейна стала настольной для всякого, занимающегося этим вопросом, как и другая, появившаяся в том же году, книга Kerschensteiner'a «Die Entwicklung der zeichnerischen Вegabung», напечатанная в Мюнхене в 1905 г. Это – большой том с 800-ми иллюстраций.
Автор – педагог – поставил себе на разрешение практическую задачу приложения наших наблюдений над развитием детского рисования к постановке обучения рисованию: «Исследование о характере и размерах способности ребенка к рисованию, – говорит он – остановилось в наше время на том пункте, с которого оно уже может получить практическое значение в методике преподавания и заинтересовать не только психолога, но и педагога… Кроме того, наблюдения ограничиваются изображением детьми отдельных предметов (человека, животных, растений, домов, передачей каких-нибудь рассказов и т. п.). Об отношении же ребенка к декоративному искусству, особенно к орнаменту, нет ни одного исследования; о способности ребенка передать три измерения в плоскостном изображении, т. е. об отношении ребенка к пластическому искусству, хотя и есть наблюдения, но сомнительной достоверности. Между тем реформа преподавания рисования, о которой говорят на конгрессах, пишут книги, требует раньше всего исследований о графических, изобразительных способностях ребенка.
Наконец, вопрос о детских рисунках появляется в русской литературе в форме докладов, читанных в Москве и в Петербурге. В Петербурге по предложению автора этого очерка Обществом Учителей Рисования и Обществом Психологии выработана программа собирания рисунков, и через некоторое время мы будем иметь, вероятно, свой материал для вклада в один из интереснейших и многосторонних вопросов современной науки и искусства.
Мы еще очень мало знаем достоверного о детских рисунках, но все-таки можем уже и теперь присоединиться к тому, что сказал английский современный художник-педагог, Вальтер Крэн:
«Никогда не следует забывать, что рисунок есть организм, который должен пройти определенные этапы развития в нашей душе, подобно тому, как развиваются всякие живые существа в природе».
Программа собирания рисунков детей, выработанная в Петербурге1) Желательно получить свободные самостоятельные рисунки, задуманные и сделанные детьми по собственному их побуждению, без всякого вмешательства со стороны родителей, воспитателей и других старших, начиная от первых каракулей до периода систематическая обучения рисованию.
2) Кроме свободных, также желательно иметь рисунки, сделанные детьми на тему: «Дети играют около дома». Задание ограничивается только предложением ребенку нарисовать на эту тему, после чего не следует давать ребенку никаких советов и указаний. В случае отказа ребенка не следует настаивать, а выждать, когда он исполнит свою задачу. О совершенном отказе ребенка рисовать на заданную тему просят делать отметку в ответе.
3) Желательно получить рисунки каждого ребенка за возможно более продолжительное время с указанием, в каком возрасте сделан каждый рисунок и что он обозначает, по определению самого ребенка.
4) Лица, имеющие коллекции рисунков, приглашаются прислать таковые на просмотр с соответственными указаниями. Рисунки будут по желанию возвращены.
