меня. Пока что тщетно, учитывая, что я каждый раз прикрываю Марка и вру отцу из-за него.
— Возможно, — отогнав мрачные думы прочь, произнесла я. — И мне пора. Марик меня ждет.
— Да, прости, что задержал, — Гоша затянулся в последний раз, выпустил ментоловый дым и затушил бычок. — Я тебя наберу, окей?
Я кивнула парню и быстрым шагом пошла вперед, к парковке, мысленно готовя себя к тому, что мне испортят настроение. Только Марик может игнорировать и этим доставать до печенок.
Оказалась права. Едва я села на пассажирское сиденье, он безразличным взглядом посмотрел сквозь меня в зеркало заднего вида, завел машину и, выехав, спросил брезгливо:
— Ты куришь?
Я на миг опешила. С чего он взял? А затем вспомнила, что Лера и Рома курили в клубе, а сейчас еще и Гоша, и запах дыма мог "сесть" на мою одежду. Открыла рот, чтобы сказать ему правду, а потом разозлилась. Даже если и курю, то какая ему разница? Почему я должна оправдываться?
— И что с того? — вскинув бровь, с вызовом спросила я.
— Мне-то ничего, — брат пожал плечами, — но наш дорогой папочка расстроится, узнав, что у обожаемой доченьки есть грязные секреты от него.
Грязные секреты? Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться вслух. Все мои грязные секреты, Марик, связаны с тобой. И осознание этого так бесит.
— Дорогой мой братец, — язвительно начала я, — а не можешь ли ты засунуть куда-нибудь подальше свое фальшивое беспокойство? Мне решать, курить или нет, пить или опять же нет.
— Рад за тебя, — произнес сквозь зубы Марик и резко нажал на тормоз, отчего я чуть ли не упала, но еле успела выставив руки вперед.
— Ты что творишь?!
— Пристегиваться надо, — безразлично бросил он, повернувшись ко мне и…
Я не поняла, что это было. Каким-то неимоверным образом я оказалась прижата его рукой к сидению.
— Что ты…
— Помолчи.
Склонился ко мне, сделал вдох и моментально отстранился. Завел машину и продолжил как ни в чем не бывало вести, пока я растерянно хлопала глазами.
Марк проверял, пила ли я??
— Какого черта ты себе позволяешь?! — возмущенно прошипела я.
— Все, что хочу. Особенно если ты едешь в моей машине, — с презрением припечатал он.
Мне показалось, что в этот миг у меня все внутренности обдало холодом. Ледяная струя растеклась по моему сердцу, впилась в него инеем, сжимая. До боли. До крови. До ярости.
Почему он намеренно играет на моих нервах?
— Останови, и я выйду, — стараясь, чтобы голос не дрожал от накативших вдруг слез, произнесла я. А затем сама удивилась своему голосу — ровному и можно даже сказать равнодушному, пока внутри царил хаос.
Марк, конечно, не выполнил мою просьбу. Он снова жестко поиздевался, ухмыляясь:
— А? Мне показалось или… — повернулся, скользнул по мне "пустым" взглядом. — Никого нет. Точно показалось.
— Останови, или я выпрыгну на ходу, — вонзила ногти в кожу ладони, чтобы не прокричать эти слова. Мне надо успокоиться, но какое спокойствие рядом с этим придурком?
— А сделаю-ка погромче музыку, — хмыкнул Марк, проигнорировав меня, нажал на какие-то кнопки, отчего басы заполнили салон.
Чертов ублюдок!
Сжав зубы, нашла ручку, готовая открыть, едва братец притормозит на светофоре, но какое же разочарование меня настигло, когда дверца не подалась! Он любезно ее заблокировал.
Ненавижу! Не сидел бы за рулем — собственноручно задушила бы.
Всю дорогу Марк делал вид, будто едет один и не ощущает моих испепеляющих взглядов. А я, смотря на его затылок, намеренно вспоминала все гадости, что он мне делал, все фразы, которыми он делал больнее, чем если бы ударил. Зачем? Потому что пока я злюсь, я не буду жалеть себя и плакать. И пока я злюсь, мне совершенно не стыдно за то, что бутылка сока, купленная в клубе, вдруг лишилась колпачка и теперь лежала на сиденье, понемногу опустошаясь на дорогую кожаную обивку. Мне так жаль, честно-честно! Но не могу же я не позволить бутылке то, что у нее превосходно получается, и не дать облегчиться? Вот именно, что не могу.
Поэтому, когда братец остановился у ворот дома и разблокировал двери, я еще сильнее наклонила несчастный бутылек, которому не терпелось стать пустым. Долго терпел, но мечты же имеют свойство сбываться? Сбылись они и у Марка!
Покидала его машину я с улыбкой. И с такой же широкой улыбкой я переступила через порог прихожей, переобулась, но дальше моему подобию хорошего настроения пришел конец:
— Как отдохнула, милая? — отец еще не спал, сидел в гостиной с чаем и какими-то бумагами. Фоном ему звучали круглосуточные новости, которые он иногда слушал.
Отдохнула? Все было прекрасно, пока не явился Марк, который перечеркнул все события вечера! Теперь меня будет долго воротить лишь от одного слова "клуб".
— Неплохо, па, — я растянула губы в улыбке. — Мы весело провели с друзьями время. Кстати, Карина передала тебе привет.
— Отлично, — папа отложил документы и посмотрел на меня… Нет, не на меня, на Марка, который завел в гараж свой "ауди" и зашел следом за мной. Интересно, он уже увидел соковую долину? Если нет, то еще лучше. С утра пораньше порадую себя его перекошенной физиономией. — Марк, я жду тебя своем кабинете через полчаса.
— Это срочно? — раздраженно спросил он.
Кажется, заметил. Или нет? По его бесстрастному лицу сложно прочитать. Он, почувствовав мой пытливый взгляд, тоже повернул голову в мою сторону…
Я первая отвернулась, чувствуя, как горят щеки. Его глаза, похожие на две болотные жижи, меня напрягают! За них бы его точно сожгли в Средние века. Как жаль, что "Молот ведьм" нынче не актуален.
— Срочно, — кивнул Довлатов-старший.
Брат ничего не ответил и поднялся к себе. Впрочем, он в своем репертуаре.
Папа, вздохнув, откинулся на диване, устало потер лоб. Черт! Из-за одного придурка я совсем замоталась и даже забыла спросить самого близкого человека, как он.
— Пап, тебе стоит взять отпуск, — я села рядом с ним и отняла папку, которую он собирался открыть. Отложила на стол и вручила взамен травяной чай. — Отдохнуть, съездить куда-нибудь. Можешь меня взять с собой — я буду следить, чтобы ты случайно не начал работать. Ну как тебе план?
— Я не против, — он издал короткий смешок, — если ты будешь следить, конечно.
— А Марка оставим в холодной Москве страдать и строчить отчеты, — продолжила я. — Ему будет полезно. Глядишь, и…
Что "и", я не договорила, вовремя прикусив язык. Папе я на брата никогда не жаловалась, а сейчас моя шпилька была бы вообще не к месту. Не после вчерашнего разговора.
