Мне бы поворчать про манеры, хотя бы мысленно, – не поздоровался и это «извиняюсь», фу! – но молодой человек мне понравился. В конце концов, стоит присмотреться к мужчинам… а то Лаврик никогда не отстанет.
– Ничего страшного, просто привычка, – улыбнулась я, опуская оружие.
Привычка не подпускать кого-то со спины, за которую опять-таки спасибо надо сказать богу. Школу жизни он устроил просто замечательную. И заходы в комнату ночью, и попытки задрать подол юбки, и зажимания в углу, и непрошенные объятия… После этого оставалось только надеяться, что не все созданы по его образу и подобию.
– Я прошу прощения, – начал оправдываться молодой человек, – но на экзамене вы привлекли моё внимание. И когда я увидел в списках имя графини Виктимской, сразу понял, что это вы, и взял на себя смелость подойти познакомиться. Меня зовут Ричард, я тоже, как и вы, претендую на звание чародея. К сожалению, известного прозвища я пока не имею…
– Какие мелочи, – отмахнулась я, восхищённая столь милой непосредственностью. Поведение Ричарда так сильно отличалось от поведения Лаврика, что я была очарована. – Главное, его придумать, а слава скоро разлетится. Возможно, при следующей встрече вы сможете похвастаться уже парочкой наград.
Конечно, я льстила, но вряд ли слишком ошибалась в будущем. Чародеи – загадочные и непостижимые для людей без дара – словно находились на другой грани реальности. Им частенько перепадали почести, о которых другие и помыслить иной раз не могли. И относились к чародеям иначе, смотря сквозь пальцы на многие вольности, чем те и пользовались. Я, кстати, тоже, ущемлять себя не собиралась – наоборот, отбросила все условности. Ведь я ещё и вампир.
– Неужели до нашей следующей встречи придётся так долго ждать? – подхватил игривый тон Ричард, почуяв интерес с моей стороны.
– Что вы. Я просто думаю, что признание найдёт вас очень быстро. Мне подсказывает женская интуиция. Кстати, меня можно звать Энией.
Вот тут стоявшая рядом Вероника запаниковала и попробовала вклиняться в беседу. Но мы, подойдя друг к другу чересчур близко, забрались в такие дебри чародейского дела, что сестре оставалось только волноваться молча. Намёки на вульгарное поведение я демонстративно игнорировала, а когда она попыталась ткнуть меня в спину, невзначай получила по руке – слишком долго примеривалась.
Я и не заметила, когда она исчезла, но вернулась сестра уже с подкреплением – привела сразу и брата, и Вильфрида. И если Генрих просто сверлил меня глазами, то учитель без обиняков заявил:
– С кем ты тут уже флиртуешь?
– Это Ричард. По-моему, весьма обаятельный и перспективный молодой человек, – заметила я, ни капли не смутившись.
Зато у юноши чуть покраснели кончики ушей. Пока он знакомился с моим братом, который попутно завёл разговор, больше похожий на допрос, учитель украдкой успел заметить:
– Только вышла в свет, а уже строишь глазки первому попавшемуся парню. Сохраняй рассудок – осмотрись хотя бы, выбери из всех кандидатов, а потом уже заигрывай.
Выражая все свои эмоции, я фыркнула и больше ничего не добавила.
Вильфрид вклинился в мужскую беседу, спасая Ричарда от придирок моего брата. Познакомились, зацепились за какую-то тему…
Признаться, я слушала невнимательно – вспомнился человек, который когда-то давно перевернул мою судьбу. Как бы я ни заносилась, но Лейф Эверон частенько мне снился. И в последний раз я видела похожие места, только в сумерках. В книгах существовали версии, что между обращённым и старшим вампиром существует определённая ментальная связь, но точно никто не ручался. Может оказаться, что Лейф здесь на службе. Проверить все посты или незачем?
Я вернулась из раздумий, когда Ричард назвал имя своего учителя, а мой воскликнул:
– Ба! Да мы же старые приятели!
Здесь я посмотрела на своего учителя с видом «Ну надо же», но вслух ничего не сказала. С его образом жизни и связями вряд ли хоть одного чародея он не знал хотя бы понаслышке. Особенно если учесть, что Лаврик, даже когда мы жили отшельниками, почти еженедельно поставлял свежие новости, которые по точности могли запросто переплюнуть доносы тайной полиции.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Кстати, он, я вижу, уже идёт к нам! – заверил Ричард, и с любопытством проследила за его взглядом.
Старый чародей был не один – его сопровождал светловолосый бледный мужчина, с которым они обсуждали общих знакомых. До меня донеслись обрывки разговора – в чём суть я не разобрала, зато отчётливо услышала голос. Слишком знакомый, слишком долгожданный. Сердце замерло, я побледнела.
– А кто с ним? – безразлично спросила я, хотя внутри кипели эмоции. Вдруг померещилось? Сколько лет прошло? Почти семь?
– Эния, ты совсем одичала в своей глуши, – усмехнулась Вероника. – Это тайный советник, один из любимчиков нашего государя Лейф Эверон.
– Приятнейший молодой человек и очень благородный, – поддержал тему Генрих, явно знакомый с ним. – Он начинал с гвардейца и благодаря личным талантам так высоко взобрался. Товарищ министра в тридцать лет! Небывалый карьерный взлёт.
Я едва удержалась от брани. В глуши? Советник? Благородный? Чёртов кровопийца, я могла бы жить при дворе и не думать о расторгнутой помолвке с Аликом! А вместо этого пять лет училась ругаться и отражать похотливые нападки Лаврика?
Разговор пришлось окончить, поскольку Аверс и его спутник подошли к нам, а мой учитель тут же побежал с распростёртыми объятиями к старому другу. Дальше шли приветствия и рукопожатия, а я все старалась сохранить невозмутимый вид.
Лейф беззаботно улыбался, а я, наконец, рассмотрела его как следует. Гладкие волосы в классической стрижке с пробором на правый бок, как и положено, прикрывал цилиндр. Глаза большие, яркие небесно-голубые. Тонкий нос, вытянутое узкое лицо. Обаятельный.
Интересно, а он узнает меня? Почему-то не хотелось. Он не пришёл за мной ни шесть лет назад, ни пять – бросил одну на произвол судьбы бороться с подаренной новой жизнью. Зачем возвращаться в прошлое?
Очередь представления дошла до меня, Генрих, приосанившись, высокопарно начал:
– Прошу любить и жаловать, моя младшая сестра…
– Лучше просто графиня Виктимская, – внезапно прервала я, желая скрыть имя.
Оно могло бы вызвать ненужные воспоминания. Или лишние вопросы. К чему мне они? Хотя, если быть честной с собой, я боялась скорее обратного.
Брат не выказал недовольство моими манерами, но губы поджал. Лейф же воспринял фортель спокойно – галантно поцеловал мою руку, едва касаясь губами ткани перчатки, зато обжигая дыханием и заставляя дрогнуть от переполнивших чувств. А я бы тогда пошла за ним сквозь рай и ад, но оказалась не нужна. Обидно, чёрт побери! Зачем вообще спасал? Зачем дал надежду?
– Генрих, у вас очаровательная сестра! – Лейф говорил с братом, а смотрел на меня, да так обольстительно…
Я рисковала попасться в сети, подумать, что действительно особенная, или что вампир узнал меня через столько лет. Но вдруг вспомнился Лаврик со своими байками про женщин, павших к его ногам, и вместо трепетного стука сердца, я отреагировала едкой улыбкой. Лейф, поди, такой же – слишком отточено приветствие.
– Почему же вы прятали такую красавицу от всего света? – продолжил вампир расточать комплименты, обращаясь не ко мне.
Меня задело – я сама принимала решения, пусть обстоятельства и подпортили планы.
– Мне было не до появлений в высшем свете, – объяснила я, не дав Генриху вмешаться. – Я обучалась.
– О, графиня ещё и имеет образование! – восхитился Лейф, а я чуть не засмеялась истерично. Да он бежал бы от меня, зная, какое образование я в панике отхватила. – Тогда, думаю, здесь вы очень скоро найдёте достойную партию. Умные и красивые девушки нынче в цене.
– Умные и красивые девушки нынче не всякому по карману, – перефразировала я, печально вздохнув, – но, к сожалению, я здесь соискательница, и не мужа.
– А что же чародейки замуж не хотят? – отбил он выпад, заставив задуматься.
