сегодня вечером, я услышал, как крышка витрины в гостиной захлопнулась.
– Как это понять – вы слышали? И что захлопнулась именно эта крышка? – недоверчиво и даже подозрительно спросил инспектор.
Пришлось объяснять. Долгое, скучное объяснение, которого я с громадным удовольствием избежал бы.
– Когда вы рассматривали витрину, кинжал был на месте? – спросил инспектор, выслушав меня до конца.
– Не знаю, – сказал я. – Я не заметил кинжала, но, может, он и лежал там.
– Позовем экономку, – сказал инспектор и позвонил.
Через несколько минут Паркер привел мисс Расселл.
– Я как будто к витрине не подходила, – ответила она на вопрос инспектора. – Я проверяла, не увяли ли цветы в вазах. Да, вспомнила: крышка витрины была открыта, что не положено, и я закрыла ее, проходя мимо. – Она воинственно посмотрела на инспектора.
– Так-так, – сказал тот. – А не припомните ли вы, этот кинжал был тогда на месте?
– Не знаю. – Мисс Расселл равнодушно посмотрела на кинжал. – Я не глядела, я торопилась уйти, так как господа могли сойти в любую минуту.
– Благодарю вас, – сказал инспектор.
В его голосе было некоторое колебание, как будто ему хотелось продолжить вопросы, но мисс Расселл, сочтя его слова за разрешение уйти, вышла из комнаты.
– Внушительная дама, а? – заметил инспектор, глядя ей вслед. – Ну-ка дайте сообразить. Судя по вашим словам, доктор, эта витрина стоит перед окном.
– Да, у левого окна, – ответил за меня Реймонд.
– И это окно было открыто?
– Да. И второе тоже.
– Не думаю, чтобы была особая нужда дальше копаться в этом. Кто-то мог забрать кинжал в любой момент, и то, когда он его забрал, не имеет ни малейшего значения. Утром я возвращусь с начальником полиции, мистер Реймонд. А до тех пор оставлю ключ от этой двери у себя. Я хочу, чтобы полковник Мелроз увидел все как есть. Он, кажется, сейчас отсутствует и вернется только завтра утром...
Инспектор взял вазу с кинжалом.
– Это надо завернуть поосторожнее, – заметил он. – Важнейшая улика! Причем во многих отношениях.
Когда несколько минут спустя мы с Реймондом вышли из бильярдной, он вдруг тихо рассмеялся и дернул меня за рукав. Инспектор Дэвис протягивал Паркеру свою записную книжку и спрашивал, как она ему нравится.
– Слишком уж явно, – шепнул Реймонд. – Так, значит, подозревается Паркер? А не снабдить ли нам инспектора набором и наших отпечатков пальцев?
Он взял со стола две визитные карточки, вытер их носовым платком и передал одну из них мне. Затем, ухмыльнувшись, протянул их инспектору.
– Сувениры, – сказал он. – №1 – доктор Шеппард, №2 – ваш покорный слуга. От майора Бланта пришлем поутру.
Юность жизнерадостна. Даже зверское убийство его друга и хозяина не могло надолго удручить Джеффри Реймонда. Может быть, так и следует. Не знаю. Сам я давно утратил подобную эластичность.
Когда я вернулся домой, час был весьма поздний, и я надеялся, что Каролина легла. Какая наивность!
Она ожидала меня с горячим какао и, пока я пил, извлекала из меня все подробности, но о шантаже я ничего ей не сказал, ограничившись описанием фактов, связанных с убийством.
– Полиция подозревает Паркера, – сказал я, поднявшись. – Против него, кажется, набралось порядочно улик.
– Паркер! – фыркнула моя сестрица. – Скажите на милость! Чушь! Этот инспектор – круглый идиот. Паркер! Выдумают тоже! Так я и поверила! – И с этим несколько расплывчатым заявлением она удалилась на покой.
Глава 7
Я УЗНАЮ ПРОФЕССИЮ МОЕГО СОСЕДА
Свой утренний обход я совершил с непростительной быстротой. Единственным оправданием могло послужить то, что все мои пациенты уже выздоравливали.
Когда я подошел к дому, Каролина ждала меня на пороге.
– У нас Флора Экройд, – возбужденно зашептала она.
– Что? – Я постарался скрыть свое изумление.
– Она очень хочет видеть тебя. Ждет уже больше часа.
Флора сидела на диванчике у окна нашей маленькой гостиной. Она была в трауре и нервно сплетала и расплетала пальцы. Ее лицо поразило меня своей бледностью. Но заговорила она спокойно, как всегда.
– Доктор Шеппард, я пришла просить у вас помощи.
– Конечно, дорогая, он вам поможет, – пообещала Каролина.
Не думаю, чтобы присутствие Каролины было желательно Флоре. Она, конечно, предпочитала поговорить со мной наедине, но, не желая терять время, сразу перешла к делу.
– Не можете ли вы проводить меня к вашему соседу?
– К моему соседу? – изумленно переспросил я.
– К этому смешному иностранцу? – воскликнула Каролина.
– Да. Вы ведь знаете, кто он?
– Нам казалось, что это парикмахер, ушедший на покой.
Голубые глаза Флоры широко раскрылись.
– Да ведь это же Эркюль Пуаро! Тот самый частный сыщик, бельгиец! Говорят, он чудо какое-то. Ну, просто сыщик из детективного романа. Год назад удалился от дел и поселился здесь. Дядя знал, кто он, но обещал никому не говорить, потому что мосье Пуаро не хотел, чтобы его беспокоили.
– Так вот он кто такой, – с расстановкой сказал я.
– Вы же слышали о нем, конечно?
– Я тупею с возрастом, как часто сообщает мне об этом Каролина, и отстаю от жизни, но об
