Читаем без скачивания Слаще вина - Тесса Рэдли

Был уже поздний вечер. На улицах сияла ночная иллюминация, а магазинчики скрылись за ставнями до утра. Хит вез Эми в ее новый дом — милый уютный коттедж с белыми стенами.

— Сбавь скорость, — тихо попросила Эми, когда они преодолели уже половину пути.

Хит мельком глянул на нее, притормозил и вновь пристально и вопросительно посмотрел на спутницу.

— Что? — недовольно отозвалась она.

— Каково твое решение? — прямо спросил ее Хит.

— Я прямо сейчас должна ответить? — негодующе проговорила девушка.

Хит пожал плечами, продолжая вести машину по извилистым пыльным улочкам.

— Я подумал, настало время что-то окончательно решать, раз эта новость стала всеобщим достоянием.

— Ты называешь мою беременность новостью? — возмутилась она.

— Как это ни назови, дорогая Эми, а факт остается фактом: ты беременна от моего покойного брата и моим родным об этом известно, — холодно констатировал он.

— Со мной еще никогда не случалось такого конфуза, как сегодня.

— На мой взгляд, ничего ужасного не произошло, — заметил Хит.

— Конечно, на твой-то взгляд. Полагаю, тебе это даже на руку.

— Эми, не заводись, пожалуйста. Понимаю, ты растеряна. Но так уж случилось, ничего не поделаешь. Признаться, и я представлял себе это совершенно иначе. Но, быть может, оно и к лучшему. Чем раньше ты определишься, тем лучше… — в несвойственной себе манере принялся урезонивать ее Хит. — А ради твоего удовольствия, я даже могу намылить Меган шею. Давненько я этого не делал, а напрасно…

— Да при чем тут Меган! — воскликнула Эми.

— Ну, она всегда страдала у нас крайней словоохотливостью и полной неспособностью обдумывать собственные заявления. Дитя порыва!

— Хочешь сказать, что теперь все узнают?! — ужаснулась Эми.

— Не все, разумеется, но наш городок — точно. Не от Меган, так от Элайсы, не от этих двоих, так от Джошуа. Каждый из них чистосердечен как младенец, — насмешливо проговорил Хит.

— А всего-то нужно было взять вино и символически его пригубить, не привлекая ничьего внимания.

— Что теперь пенять… Хотя дедушка Фрейд сказал бы, что тобой двигало подсознательное желание поведать миру о своем секрете, — саркастически заметил мужчина.

— Нашел повод насмехаться, — сердито пробурчала пассажирка. — Ты представляешь, какие теперь разговоры поползут?

— А мне непонятно, почему ты так близко к сердцу принимаешь этот совершено рядовой факт. Ты уже три месяца как беременна и больше недели знаешь об этом. А учитывая характер и длительность твоих отношений с моим братом, как и то, что вы готовились вступить в брак, в этом обстоятельстве нет ничего предосудительного. Если ты сама, конечно, не стыдишься стать матерью ребенка Рональда Саксона.

— Я хочу мою прежнюю жизнь назад! — взмолилась Эми, воздев глаза к небу.

— Ты прекрасно знаешь, что как прежде уже не будет. Так может говорить только маленький ребенок. Но ты не ребенок, Эми. Ты мать! — сурово произнес Хит.

— Не разговаривай со мной таким тоном. У тебя для этого нет никаких прав, — процедила она.

— Если требуется привести человека в чувство и заставить жить настоящим, а не бредовыми фантазиями, я буду говорить так, как сочту нужным! — расставил точки мужчина. — Ответь, Эми, честно. Тебе так претит мысль стать матерью? Ты не хочешь этого ребенка? Предпочитаешь сохранить свою свободу? Мне необходимо это знать.

— Как ты можешь так говорить, Хит! Я всегда хотела стать матерью. Но всему свое время. В моей нынешней ситуации это будет несколько обременительно, — рассудила она.

— Эми, ты не в магазине игрушек, в конце концов. Не все можно предусмотреть, не все поддается прогнозированию и программированию. Если ты не решишь для себя окончательно, как быть, а продолжишь сожалеть о случившемся, ни к чему хорошему это не приведет. У тебя только два выхода: смириться и подчиниться обстоятельствам или поставить крест на этом существе.

Если ты выберешь первое — все тебе помогут. Если решишься на аборт… Никто, да и ты сама, никогда не сможешь себе этого простить.

— Твои слова похожи на шантаж, — пробормотала Эми.

— Это не шантаж, а жизнь, — парировал Хит. — Если ты трусишь, что вполне понятно, если не уверена в себе, мое предложение в силе. Пройдем этот путь вместе. Я к этому готов.

— Ты сейчас говоришь о женитьбе? — скептически отозвалась Эми.

— О чем же еще?

— Я думала, ты сам откажешься от этой идеи. Лично мне она представляется абсурдной.

— Дорогая Эми, я бы не предложил тебе, не будь я полностью уверен, — твердо произнес он. — И надеюсь, ты в ближайшее же время дашь мне ответ.

— Но зачем так торопиться?

— Рождение ребенка требует основательной подготовки. И чем раньше ее начать, тем лучше. Я хочу быть достойным отцом, а не фиктивной фигурой.

— Ты действительно этого хочешь, Хит?! — изумленно спросила его Эми.

— Сколько можно повторять, что хочу, — смиряя раздражение, ответил он ей.

После того как Эми ответила согласием на предложение Хита, ей и самой показалось, что все стало проще и понятнее. Еще минуту назад она безутешно вздыхала, предвкушая очередную катастрофу. А теперь к ней даже стали приходить радужные видения будущего.

С Хитом все казалось решаемым. Он просто открыл свой еженедельник и поставил галочку в календаре. Так был определен день их бракосочетания. Об остальном можно было не тревожиться. Хит сделает все, чтобы это событие состоялось.

Он просто велел ей расслабиться и довериться ему, когда они собрались к матери Хита Кей Саксон.

— Эми, дорогая, — мирно проговорила Кей, прижав ее к своей груди, — Хит рассказал нам, что ты ждешь ребенка от Рональда и он намерен усыновить его. Я даже высказать не могу, как горжусь вами обоими!

— У меня нет уверенности в правильности этого решения, — вяло сказала Эми, приятно удивленная таким приемом.

— По-женски я могу тебя понять… Но, признаюсь, когда Хит мне обо всем поведал, я рыдала от счастья. А я редко позволяю себе слезы, — проговорила элегантная дама.

— Так вы полагаете, это нормально?

— То, что ты и Хит поженитесь и будете растить ребенка Рональда? Я считаю это решение невероятно взвешенным и мудрым.

— Но что скажут люди! Еще недавно я собиралась замуж за одного брата, траур еще не сняла, а уже выхожу за другого! — эмоционально произнесла Эми.

— Если бы я думала о том, что скажут люди, шага бы в своей жизни не сделала. Соблюдение приличий не может быть смыслом существования. Ты проживаешь собственную уникальную жизнь, полную ситуаций, не похожих одна на другую. Прежде всего нужно сверяться со своими сердцем и совестью, а не пытаться угодить окружающим… И если бы ты собралась замуж за кого другого, я бы тоже усомнилась в правильности такого решения. Но поскольку ты приняла предложение Хита, я спокойна. И вовсе не потому, что Хит — мой сын и я к нему благосклонна, более чем к кому-либо. Не в этом дело, Эми. Просто мне известно, каков Хит. Если он говорит, что разделит с тобой все тяготы по воспитанию ребенка, то сделает это, будь уверена… Другое дело, если ты ждешь от брака большего. В этом случае, наверное, ты будешь разочарована… после того, как была близка с Рональдом, готовилась замуж за него и вы любили друг друга чувственной любовью. Вам хотелось насладиться свободой молодости, прежде чем связать себя бытом и детьми… Однако с высоты прожитых лет могу сказать, что такое счастье, как правило, эпизодическое. И если ты в своей жизни его познала, память о волшебных моментах никогда не померкнет. Тогда как семейная жизнь — это суровая проверка, которую выдерживает далеко не всякий блистательный любовник… Но если ты не веришь в возможность союза с Хитом, не выходи за него. В любом случае ты — часть нашей семьи, и мы тебя не оставим. За тобой решающее слово, Эми, — убедительно проговорила женщина, которая сама вынуждена была после многих лет брака развестись с супругом и переехать в Австралию, поскольку выяснилось, что Филипп Саксон не только неверен ей, но и имеет внебрачного сына Рафаэло — И мне бы очень хотелось, с твоего позволения, принимать активное участие в воспитании внука. Рассчитывай на меня безоговорочно. Помогу всем, чем только смогу, — заверила ее будущая бабушка и мечтательно добавила: — Хотела бы я, чтобы у малыша были такие же удивительные медные волосы, как у моего Рональда… Или золотисто-каштановые, как у его сестры.