В реках, в отличие от моря, даже с незначительным увеличением глубины, может сильно понижаться температура воды. Это связано с обилием ключей в руслах рек и с недостаточно жарким климатом на просторах России, когда успевают прогреться лишь поверхностные слои воды. Так вот, учитывая эту особенность, было бы резонно одеться потеплее, например, в костюм, толщиною семь миллиметров. Но, как нам известно, чем толще костюм, тем в результате обжима, мы получаем большую отрицательную плавучесть, оказавшись у дна на глубине. Можно, конечно, заранее недогружаться (так и поступают многие морские охотники), но тогда будут проблемы с охотой на небольших глубинах. На небольших глубинах мы редко вскидываем ноги, чтобы дать толчок телу вниз. А без этого толчка недогруженному охотнику тихо уйти на два-три метра под воду невозможно. В более тонком костюме и грузов меньше надо, и меньше обжим на глубине, но присутствие холодного ключа вы сразу почувствуете. Вот и выбирайте, что лучше.
Ласты желательно использовать большие и мощные. Опять же это связано с нырянием на глубину, даже не столько с нырянием, сколько с выныриванием, когда приходится преодолевать отрицательную плавучесть. Это, во-первых. Во-вторых, на большой реке может потребоваться проплывать значительные расстояния и очень часто преодолевать или удерживаться на серьезном течении. И, наконец, речные охотники пользуются поясными куканами, то есть добытую рыбу частенько таскают с собой. А это дополнительное сопротивление. В прошлом году я вынужден был однажды плыть к лагерю против течения порядка двух километров. На куканах было два сома (12 и 19 кг). И так-то было тяжело, а тут еще длинные и тупорылые рыбины. Доплыл, конечно, но ноги потом неделю болели. А, если бы я был в небольших и мягких ластах, то вообще не представляю, как выходил бы из положения.
Куканы, как я уже упоминал, мы используем одни и те же на любых пресных водоемах. Как правило, кукана на поясе два, и вовсе не потому, что вся добытая рыба не умещается на одном. Дополнительный кукан требуется, когда в процессе охоты вы добыли такую рыбину, которую неохота (или невозможно!) таскать с собой, а до лагеря на берегу уже далеко. Такую добычу на отстегнутом с пояса кукане пристраиваете в реке, замечаете место, и спокойно, налегке продолжаете охоту. Много раз бывало, когда в завале или в корнях подводного пня добыча так запутывает линь, что весь этот клубок одновременно распутать невозможно. Делаем по-разделениям: сначала освобождаем рыбину, чтобы она не мешала процессу, и чтобы не мутила воду. Вот тут-то и нужен свободный кукан. Или угорь бывает, так перекрутит кукан, что распутать скользкий клубок можно только на берегу. Тут приходится отдавать ему этот кукан на откуп, а в дальнейшем пользоваться другим. К тому же держать на одном кукане угря и другую некрупную рыбу нельзя: эта очень сильная и верткая рыбина может посрывать с него всю остальную.
Впрочем, на больших реках не все и не всегда пользуются поясными куканами. Сейчас уже многие охотники прибегают к услугам моторных или весельных лодок, на которые сразу же сгружается добыча. Это оправдано еще и тем, что почти всегда приходится преодолевать по воде значительные расстояния в поисках рыбы. В больших реках труднее всего предугадать перемещение рыбы, и там, где вчера ее было «не впроворот», сегодня – пусто.
Пользуются и буйками, на которые подвешиваются куканы. Такое решение на открытых, больших просторах бывает оправданным вдвойне: увеличивает вашу безопасность, предупреждая моторки, винтсерфинги, гидроциклы о вашем присутствии в воде, и помогает справиться с очень крупной рыбой. Например, охотники из Запорожья, завидев сома килограммов, эдак, на восемьдесят, цепляют ружье к фалу с буйком, а затем уже стреляют. Практически так же, как это делают морские коллеги, охотясь на тунцов, груперов и прочих сверх мощных представителей рыбьего племени.
Полуморское ружье, на мой взгляд, наиболее подходящее оружие для такой охоты. Ведь в один и тот же день вам может потребоваться стрелять с большого расстояния ходового толстолобика или жереха, и в упор – сома, залегшего на дне под бревном. Тот же длинный арбалет в первом случае, может, был бы предпочтительнее, зато во втором – неприемлем. К тому же не забываем, что у большой реки есть и мелкие, заросшие и заваленные участки, где также может быть обнаружена рыба.
Трезубый и любой другой наконечник, кроме одинарника с двумя лепестками, использовать не советую. Ведь вы находитесь в таких условиях, где водится самая большая рыба, которая только может быть в наших пресных водоемах. И упустить свой шанс было бы непростительной ошибкой. Поэтому мощный, граненый наконечник с лепестками из миллиметровой стали, длиною не менее шестидесяти миллиметров, на оси диаметром два-два с половиной миллиметра… и не иначе!
Методики охоты, которыми пользуются в рассматриваемых условиях, по большому счету, две: активный поиск и залежка. Поиск, если не учитывать, что охотник находится на большой глубине, из-за отсутствия растительности и густых завалов, даже проще, нежели в малых реках. Крупные бревна и стволы уже без веток, которых бывает не мало на дне, частично присыпаны песком или илом. Рыбу, тем более крупную, в таких местах обнаружить относительно просто. Вероятнее всего это будет судак или сом. Они предпочитают прислониться, а лучше подлезть, под что-нибудь: под бревно или рядом с ним, у вертикальной стены, в вымоинах глины или возле камня. Часто пяти-семикилограммовому судаку достаточно маленькой палочки на голом дне, чтобы пристроиться рядом и стоять. Если течение его при этом стаскивает, то рыбина может сделать углубление в песке и в нем уместиться (хотя ямки на дне судак делает и там, где никакого течения нет).
На больших реках много островов. За ними обычно намываются песчаные косы, уходящие постепенно на глубину. Замечено, что днем сомы лежат на таких песчаных откосах головами вверх: крупные на глубинах восемь-двенадцать метров, помельче – на глубинах шесть-восемь метров. Удивительно, но глубже пятнадцати метров летом сомов нет. Другое дело зимой, когда сомы, часто большими группами, нередко вперемешку с теми же сазанами, залегают в самые глубокие ямы – зимовальные ямы. Оттуда они не уходят всю зиму и совсем не питаются. Такие места рыбинспекцией учтены, охраняются, и добывать там рыбу любым способом – браконьерство.
Сомы тоже мигрируют, причем это не только сезонные миграции. Замечено, что они приходят вслед за густерой и лещом, словно пастухи. И не удивительно, так как этому хищнику проще всего набить свое огромное брюхо именно стайной рыбой.
Второй метод – залежка, исполняется также как и на малых реках, с той лишь разницей, что внимание охотника распространяется на значительно большую толщу воды. Здесь рыба может наплыть на вас у самого дна, но еще с большей вероятностью ее удастся заметить вполводы или ближе к поверхности. У дна вероятнее всего появление того же судака, крупной щуки и сазана. В толще – толстолобики, жерех, лещ, язь. Лещей и язей стрелял, наверное, каждый охотник, эти рыбы и в малых реках не диковинка. Специально на жереха в малых реках охоту устраивают редко, чаще он становится случайной добычей при сплаве по течению. В условиях большой и глубокой реки охотниками придуман такой метод добычи «речного корсара».
Находясь в лодке, охотники высматривают места скопления чаек. Затем в бинокль пытаются усмотреть там характерный бой жереха, и, если это удается, быстро направляются к месту коллективной охоты рыб и птиц. Не доплывая до всплесков метров десять, охотник соскальзывает в воду, ныряет на пяти-восьмиметровую глубину, поворачивает к намеченной точке, и, проплыв горизонтально те же десять метров, медленно всплывает. Жерех охотится у самой поверхности, он хорошо видит все по горизонтали, но снизу подпускает опытного пловца на выстрел. После удачного маневра и меткого выстрела, по утверждению тех, кто сидит в лодке, из воды часто вылетают вместе и стрела, и рыбина.
У такого метода охоты на жерехов есть одна проблема, которую, впрочем, охотники научились преодолевать. Дело в том, что при погружении на значительную глубину, чтобы маску не расплющивало на лице, под нее носом надо поддать воздух и таким образом выравнивать давление. Однако когда подводник всплывает, избыточный воздух расширяется и вырывается из-под маски. Для пугливого жереха одного такого пузыря и «булька» достаточно, чтобы он исчез бесследно. Поэтому, уже всплывая, охотники левой рукой вынуждены сильно прижимать маску к лицу. Понятно, что чем меньше подмасочное пространство у вашей маски, тем меньше будет проявляться этот неприятный эффект.
Жереху сильное течение нипочем. А как быть охотникам? Они ныряют на глубину (у дна течение всегда слабее), судорожно цепляются за все, что только можно, и ждут появления темного силуэта на светлом фоне. Были и такие, которые использовали тридцатиметровый фал, сброшенный с заякоренной лодки. Они цеплялись за его свободный конец, ныряли, лежали на дне, всплывали и отдыхали на поверхности, совершенно не тратя силы на преодоление течения.
