Память о Сидящем Быке, главном герое кровавых сражений, сохраняется и в наши дни. О нем рассказывают, что еще десятилетним мальчиком он был знаменитым охотником на бизонов, что в четырнадцать лет его оскорбил белый траппер, Сидящий Бык убил и оскальпировал обидчика и с тех пор у бледнолицых не было более беспощадного врага.
В 1877 году Сидящий Бык был признан сахэмом дакота. Миннегага, дочь погибшей Яллы, первого сахэма-женщины, узнав о начале восстания, привела в лагерь Сидящего Быка индейцев сиу, из племени своей матери, и Воронов, индейцев племени своего отца. Предчувствие говорило ей, что она встретится с теми, кто некогда погубил ее мать. Инстинкт мстительной индианки не обманул ее: судьбе было угодно, чтобы индейский агент Джон, убивший и оскальпировавший Яллу, оказался в прерии именно в тот момент, когда там уже рыскали разведчики индейцев…
— Индейцы! Берегите ваши скальпы! — воскликнул шериф из Голд-Сити Бэд Тернер, едва чудом спасшиеся от огня беглецы добрались до первых деревьев в предгорьях Ларами.
Джон, Гарри и Джордж, услышав предостерегающий крик шерифа, моментально спрятались за гигантским сосновым стволом, схватившись за свои ружья.
Оглянувшись, Джон ничего не заметил.
— Где ты видишь их? — спросил он.
— Далеко! Они еще не добрались до предгорья, идут по сожженной прерии. Так что в данный момент нам не грозит никакая опасность. Слава Богу, в этом лесу из гигантских пиний, каких не найдешь и в Сьерра-Неваде, нам будет легко найти убежище, потому что отваживаться на открытую схватку с краснокожими было бы чистым безумием: вон их сколько! Видишь, Джон?
Проклятие сорвалось с губ индейского агента. То, что он увидел, его не обрадовало. Глаза теперь ясно различали вдали целый отряд индейцев, впереди которых вихрем неслась женщина в белом плаще.
— Миннегага! — севшим голосом произнес Джон. — Она надела плащ своей матери.
— Так, значит, за нами гонится знаменитая индейская охотница за скальпами?
— сказал шериф, не выказывая особого волнения. — Признаюсь, я ничего не имел бы против встречи с этой женщиной с глазу на глаз, с револьвером или ножом в руке. Но встречаться с ее свитой, в которой не меньше шестидесяти человек, — благодарю покорно. Вся компания будет здесь не более чем через полчаса. Смотрите, Джон, приготовьте ваш скальп в подарок прекрасной краснокожей охотнице.
— Не шутите так, Тернер! — отозвался Джон. — Мне и без того чудится, что нож проклятой тигрицы прикасается к моей коже.
— Я не знал, Джон, что вы так чувствительны. Но не падайте духом. Я же говорю, что они доберутся сюда не раньше чем через полчаса, а за полчаса многое может случиться. Горы Ларами богаты пропастями и пещерами — если мы припустим, то, надеюсь, успеем найти какое-нибудь убежище. Что вы думаете на этот счет, трапперы?
— Я лично предпочел бы быть за сто верст отсюда. Или хотя бы вместе с волонтерами генерала Честера, — пробормотал, почесывая затылок, Джордж.
— Фью! — присвистнул шериф. — У тебя губа не дура, парень! Но только генерал с его волонтерами так далеко отсюда, что думать о нем совершенно бесполезно. Нам придется выкручиваться самим, не питая надежды на помощь со стороны. Ну, ребята, берите ноги в руки и дуйте во все лопатки!
Трапперы не заставили себя упрашивать, каждый из них отлично сознавал, что единственной надеждой на спасение было быстрое бегство. Идя по покрытой слоем свежего пепла прерии, беглецы оставили многочисленные следы, и было бы чудом, если бы индейцы, непревзойденные следопыты и разведчики, не определили до сих пор направление, в котором они ушли.
Теперь, чтобы скрыть следы, было бы неплохо отыскать какой-нибудь ручей.
По мере того как беглецы поднимались по склону, лес становился все более величественным. Шериф был прав, говоря, что в этом лесу найдутся деревья такой гигантской величины, которым позавидуют и прославленные на весь мир великаны Южной Калифорнии.
Знаменитые баобабы Центральной Африки и те резко проиграли бы в сравнении с пиниями Ларами: баобабы низки, приземисты, в то время как пинии отличаются удивительной стройностью и напоминают уносящиеся в поднебесье поразительно стройные башни.
Сколько лет насчитывает такой лесной великан?
По обрубкам некоторых лесных гигантов, сваленных алчным и беспощадным человеком, можно определить, что многие из них достигли весьма почтенного возраста в две, три и пять тысяч лет. Американские ботаники уверяют, что в горах Ларами имеются деревья, которым более восьми тысяч лет. На них нет ни малейшего следа дряхлости и усталости. Они растут, зеленея в своих родимых горах, и проживут еще, может быть, много тысяч лет, если их не погубит лесной пожар или, что более вероятно, топор промышленника. В Сьерра-Неваде среди многих десятков таких великанов, видевших, может быть, зарождение человечества, особенной популярностью пользуются четыре дерева: «Гигантский гризли», «Генерал Шерман», «Старый Мафусаил» и «Колумбия». Любое из этих деревьев превышает сто двадцать метров в высоту, а в обхвате от тридцати восьми до сорока метров.
Чтобы дать понятие о величине этих лесных гигантов, достаточно сказать, что через сделанную в стволе одного из них арку пролегает почтовая дорога. Самые громоздкие экипажи свободно проходят по этому единственному в мире туннелю. Под корнями некоторых из этих величественных деревьев вырыты настоящие пещеры, в которых эксцентричные янки задают банкеты. На одной из всемирных выставок красовался обрубок пинии такой величины, что на нем могли танцевать одновременно двадцать пар. Однажды миллиардер Астор, прославившийся своими причудами, устроил парадный обед на сто персон за столом, представлявшим собой не что иное, как пень гигантского дерева.
Наши беглецы находились именно в таком лесу. Преследуемые Миннегагой и ее воинами, они, разумеется, не могли восхищаться красотами природы, торопясь разыскать где-нибудь хоть нору, способную укрыть их от индейцев.
Не обращая ни малейшего внимания на великолепные пинии, трапперы искали ручей или реку, думая только о том, как бы скрыть свои следы. Им повезло — довольно скоро они оказались на краю большого каньона с бешеным горным потоком на дне, украшенным белой пеной.
— Ну, слава Богу, добрались! — Тернер вздохнул с облегчением. — Может, теперь нам удастся замести следы. Как вы думаете, Джон, далеко ли индейцы?
— Думаю, довольно далеко. Они ведь верхом на лошадях. По степи мустанги, конечно, шли с большей быстротой, но в горах они никуда не годятся. Бросить лошадей индейцы вряд ли решатся. Думаю, в нашем распоряжении не меньше часа, — ответил индейский агент.
