Читаем без скачивания В оковах Шейха (ЛП) - Мори Триш

Но ... между ними все еще была та ночь, та невообразимая ночь наслаждения, как она могла ненавидеть мужчину за это? И с тех пор были моменты, когда буйство стихало, и он выглядел потерянным, одиноким и таким болезненно печальным, что ей хотелось протянуть к нему руку. Потому что кто бы, не смог полюбить крошечного ребенка? Что пошло не так в его жизни, что он чувствовал, что не может этого сделать?

Она хотела бы ненавидеть его. Тогда ее не тянуло бы к нему. Тогда она не чувствовала бы этого проклятого притяжения. Он сказал ей, что повторного представления не будет, но, когда дошло до дела, если бы он пришел к ней ночью, она сомневалась, что у нее хватило бы сил сказать ему "нет". Когда она вспомнила их единственную ночь, которую они провели вместе, каким властным мужчиной он был тогда, и все способы, которыми он доставлял ей удовольствие, было трудно представить, почему она вообще могла не хотеть этого.

Она смотрела в окно на людей, выстроившихся вдоль улицы, всем так хотелось хоть мельком увидеть этого человека, который мог бы править ими, чувствуя себя мелкой и поверхностной и ненавидя себя прямо сейчас. Сегодня здесь творилась история, и даже в своем несущественном виде она была частью этого, но все, о чем она могла думать, был только секс.

Что ж, в этом тоже была вина Рашида. Та ночь, которую они провели в объятиях друг друга, должна была за многое ответить.

— Это ты организовал весь этот приветственный комитет? — Услышала она, как Рашид спросил Карима, и Тора посмотрела на него, потому что его голос звучал так же напряженно, как выглядела его челюсть, и так же неудобно, как это должно быть. Впервые она увидела, что Рашид выглядит как человек, который не уверен в своем месте в мире, и она была заинтригована. Он не был похож на человека, который сомневается в себе.

— Хорошие новости имеют способность быстро распространяться, — ответил Карим, пожав плечами. — Даже в Каджаране, где интернет не так легко доступен, как на западе. Люди долго ждали, чтобы увидеть флаг Каджареси, развевающийся на королевском лимузине. Мы приветствуем твое возвращение.

— Если я собираюсь это сделать, — сказал Рашид, — мне понадобится помощь.

Если Тора не ошиблась, то на его лбу в этой машине с кондиционером блестели капельки пота. Карим улыбнулся, даже склонив голову, как будто Рашид сказал именно то, что он хотел от него услышать. 

— Разумеется, я в твоем распоряжении.

— Спасибо, — поблагодарил Рашид. — И у меня есть друг, которому неожиданно пришлось возглавить свою страну. Я хотел бы обратиться к нему за советом.

— Вы имеете в виду шейха Золтана, короля Аль-Джирада.

— Да. Ты его знаешь?

— Но, конечно. Аль-Джирад и Каджаран были друзьями с древних времен. Ему здесь будут очень рады. Это еще больше укрепило бы связи между нашими двумя странами.

Рашид, казалось, расслабился, сделав глубокий вдох и подняв руку в знак приветствия, когда они проходили мимо ликующих зрителей. Он посмотрел в другую сторону и заметил, что Тора наблюдает за ним, когда его взгляд скользнул мимо нее. Её глаза тут же устремились от него. 

— Что?

— Ничего, — сказала она, качая головой, впервые почувствовав некоторую жалость к этому человеку, который, казалось, попал в мир, созданный не им. Ничего такого, что она могла бы ему сказать или что он, во всяком случае, хотел бы услышать.

* * *

Лимузин замедлил ход, ожидая, пока откроются высокие металлические ворота, выполненные в виде двух павлинов. 

— Я взял на себя смелость поселить вас в Старом дворце, — сказал Карим, когда они двинулись по длинной, обсаженной пальмами подъездной дорожке. — Эмир Малик построил шесть новых дворцов за время своего правления, все они более современные, и вы можете использовать один из них для своей базы, но для вашего удобства и ради сохранения традиций, я чувствую, что Старый дворец будет более подходящим.

Тора сглотнула, когда увидела из своего окна здание в саду пальм и зелени, изгиб куполообразной крыши здесь, вид декоративной оконной арки там, фрагменты, которые обещали фантазию. Но, конечно, они направлялись во дворец. Где еще мог бы жить эмир? А потом пальмы расступились, и машина медленно покатила мимо фонтана размером с небольшое озеро, в котором были изображены жеребцы из блестящего мрамора, стоящие на задних ногах, их гривы развевались на легком ветерке, когда они гарцевали в бурлящей воде, которая сверкала на солнце, как драгоценные камни. Но, хотя фонтан был впечатляющим, он был просто аксессуаром для дворца. Тора бросила один взгляд и поняла, что оставила свой старый мир позади и ступила на страницы сказки. Несомненно, это было самое красивое здание, которое она когда-либо видела, с декоративными арками и рядами колонн и золотым куполом, украшающим крышу, и весь эффект был столь же романтичным, сколь и впечатляющим.

Лимузин подкатил к остановке под входом с колоннадой, затененным от непогоды, и перед лестничным пролетом, где в ожидании стояла дюжина мужчин в форме, одетых в цвета флагов, которые она видела развевающимися на улицах.

— Добро пожаловать домой, ваше превосходительство, шейха, — сказал Карим, кивнув, когда один из охранников шагнул вперед, чтобы открыть дверь.

Шейха? Тора сглотнула, отстегивая переноску Атии и готовясь войти в этот странный новый мир, конечно, предположила она, она должна быть шейхой, если она замужем за шейхом. Она заметила мрачно сжатую челюсть Рашида. Она была замужем за этим человеком. Все равно что прикованная к шейху. Сказка ли? И тут вдруг Тора засомневалась в этом.

* * *

— С вашего позволения, шейха Виктория, — сказал Карим с поклоном, жестом приглашая ее войти, — это ваши апартаменты.

Тора пошатнулась. Она думала, что снаружи от дворца захватывает дух, но когда она вошла внутрь, в воздух, наполненный ароматом жасмина и мускуса, поняла, что находится в какой-то сказочной стране. Стены были украшены позолотой и мозаикой, стулья и столы инкрустированы перламутром. Это был праздник для глаз, и куда бы она ни посмотрела, ее внимания требовало другое произведение искусства. Это было все, что она могла сделать, чтобы не разинуть рот. Это было все, что она могла сделать, чтобы не убежать. Все еще одетая в свою удобную, потрепанную путешествиями униформу, в то время как все вокруг нее было экзотично и красиво, она никогда не чувствовала себя более неуместно.

Карим показывал им апартаменты, которые поглотили бы весь ее дом в Сиднее и при этом оставили бы достаточно места для проживания, и это без учета террасы с видом на бассейн и сад за ее окнами, где заходящее солнце освещало все, включая ряд гор вдалеке в рубиновом сиянии. Это было совершенно волшебно, и это было только снаружи.

Сама спальня была огромной, в ней стояла великолепная позолоченная кровать с балдахином, была приготовлена комната для Атии и еще одна комната для Юсры, местной девочки, которую назначили ее няней, а в главной ванной комнате была ванна, в которой можно было использовать некоторые из домашних бассейнов.

Ее люкс. Все ее. Это означало, что Рашид будет спать в другом месте, и впервые с момента прибытия Тора начала расслабляться. Если она хотела избежать встречи с Рашидом, ей никогда не нужно было покидать безопасность своей комнаты.

Она с тоской посмотрела на кровать с балдахином. Уставшая как от путешествия, так и от эмоциональных американских горок последних часов, прошедших с тех пор, как она вошла в кабинет своего кузена, она уже представляла, как погружается в блаженный сон среди подушек. Завтрашнего дня будет достаточно, чтобы собрать обещанные Рашидом средства и сообщить Салли, что они поступят. К тому времени она, возможно, сможет звучать убедительно, когда скажет Салли, что ее задержка с возвращением домой была вызвана не чем иным, как простой просьбой остаться, пока Атия устроится. Не то, чтобы кто-то мог поверить ей, если бы она сказала им правду. Но это может подождать до завтра. Как только Тора искупает и накормит Атию и убедится, что ей удобно, кровать будет первым местом, куда она направится.