Лиэм позвонил в дверь точно в семь. Полли впустила его и ахнула, когда он вручил ей букет ярких розовых гербер.
— Красота какая! Не стоило…
— Знак уважения хозяйке, — сказал Лиэм, чтобы Полли не считала себя обязанной.
Она пошарила на полке в кухне, не нашла вазы и поставила букет в обычный кувшин. Ее улыбка снова стала суперсияющей, отчего Лиэм уже привычно почувствовал угрызения совести.
— Я чем-то вас расстроил?
— Что вы! Просто это первые цветы с тех пор, как…
Лиэм догадался, что она говорит о Гарри, и поспешил оправдаться:
— Я дарил Бьянке цветы каждую пятницу.
— Гарри был не по этой части. Мне самой приходилось покупать вот такие яркие герберы, от которых веселее вокруг. Но почему-то все мои вазы остались у него. — Полли махнула рукой. — Пицца прибудет через десять минут. Давайте пока выпьем. Вино?
Лиэм протянул бутылку:
— Мой взнос. Хорошо бы немного охладить.
Полли наполнила два бокала:
— Предлагаю экскурсию по квартире. Она займет целых две минуты.
Лиэм заметил, что Полли говорила слишком много и быстро — явно смущаясь, как и он сам. Удивительно, ведь он совершенно не волновался, когда они репетировали. Вероятно, на ее территории все представлялось иначе.
— Кухня, дальше ванная, потом моя комната. — Она шагнула мимо, не открыв дверь: — И, наконец, гостиная.
Лиэм огляделся. На полках, подоконниках и стеллажах стояли десятки фотографий и безделушек вперемешку с книгами и дисками, но при этом царила чистота — нигде ни пылинки.
— Вам, наверное, кажется, что я тут все захламила?
— Я бы убрал все в шкаф. Но у каждого свой вкус.
Они вернулись в кухню, и Лиэм принялся разглядывать фотографии на холодильнике.
— Это и есть парни из «Калейдоскопа»?
— Да. А вот Флисс, моя лучшая подруга, Шелли и Кэрри. Замечательные девочки. Их мужья терпеть не могут мелодрамы, поэтому мы ходим в кино без мужчин и съедаем тонну мороженого после сеанса.
Лиэм обратил внимание, что на снимках нет никого, похожего на Полли. Или людей старшего возраста, которые могли бы быть ее родителями. На его памяти она никогда не говорила о своей семье.
Вероятно, у Полли были серьезные причины носить платья с длинными рукавами. Например, под ними могли скрываться следы какой-нибудь аварии, в которой погибли ее родные. Он, правда, не замечал шрамов, но не зря же она прятала запястья. Лиэм не собирался нарушать данное Полли обещание не задавать вопросов. Придет время, сама расскажет.
Посыльный принес пиццу. Пока Лиэм резал ее на порции, Полли доставала из холодильника салат. Его удивляло, как легко и комфортно он чувствовал себя в ее обществе.
— Вам удалось придумать идею детской программы? — спросил он, когда они уселись за маленький стол.
— Я над этим работаю. А вы встречались с продюсерами?
— Ожидаю ответа, — сказал Лиэм и вдруг умолк.
Кажется, Полли догадалась о причинах его скрытности.
— Я никому не скажу. Я знаю, как опасно обнародовать потенциальную сделку раньше времени.
— Верю. Наверное, я реагирую на все это слишком остро…
— Непросто строить карьеру с нуля, когда вы уже побывали на самом верху. Особенно когда за каждым шагом следит столько людей.
— Мне как-то не по себе. Вроде бы надо благодарить судьбу за еще один шанс, но обидно начинать сначала, как будто все, чего я добился в прошлом, не считается.
— Вас не забыли, Лиэм. Люди болеют за вас.
— Возможно. Но пресса коварна. Сегодня вас любят, а завтра вы — козел отпущения. — Он пожал плечами. — Есть несколько человек, которые ждут моего провала.
— Не дождутся.
Искренность Полли тронула его сердце. Она верила в него, возможно, больше, чем он — сам в себя.
— Обидно только, что вам в конкурсе досталась партнерша, которая не умеет танцевать.
— Вы умеете, Полли.
— Не льстите мне. В детстве я мечтала заниматься балетом, но отец не разрешил. Сказал, я слишком неуклюжа. — Она спрятала мелькнувшую в глазах обиду за улыбкой. — Но я очень постараюсь, чтобы вам не пришлось краснеть за меня, Лиэм.
— Вероятно, фокстрот — это не ваше. Ча-ча-ча получается гораздо лучше.
— Я не напрашивалась на комплимент.
— А я не сделал бы его, если бы вы напрашивались. — Лиэм снова процитировал «Грязные танцы»: — «Больше никто не поставит Полли в угол».
На этот раз ее смех был искренним.
Лиэм давно не чувствовал себя так хорошо наедине с женщиной. Он подумал, что, несмотря на горький опыт, мог бы влюбиться в нее. Но он видел, как она сейчас уязвима. Может быть, его чувства к Полли были взаимны, но она была из тех, кто строит гнездо, а его будущее представлялось туманным. Через пару месяцев судьба могла забросить его далеко. Ради них обоих он не смел переступить черту.
— Смешно спрашивать сластену, хочет ли он попробовать шоколадное печенье, — сказала Полли, убирая со стола тарелки и разливая кофе. — Угощайтесь.
Сдоба оказалась на удивление вкусной.
— Скрытый талант, мисс Адамс?
Полли махнула рукой:
— Люблю готовить. Обычно в четверг вечером пекла такое угощение для всей команды «Калейдоскопа». В пятницу мы собирались в телестудии для предварительной записи и называли это днем шоколада.
Ее улыбка снова стала слишком радостной, и Лиэм понял, что она скучает по друзьям. Однако Полли подмигнула ему:
— Вы взяли четвертое. Мне казалось, танцоры стараются ограничивать себя в сладком.
— На следующей неделе увеличим нагрузку, чтобы сжечь лишние калории.
Они допили кофе. На прощание Лиэм поцеловал ее в щеку. Ему хотелось задержаться, но это было слишком опасно.
Глава 7
Репетиция шла полным ходом, когда на пороге появилась Аманда:
— К вам посетители.
Дэнни, Майк и Чарли бросились к Полли с объятиями.
— Нам не хватает тебя, Пол, — сказал Дэнни, прижимая Полли к груди. Он взглянул на Лиэма: — Извините, что ворвались без предупреждения, но эта женщина неуловима.
— Получаем от нее бодрые эсэмэски, но не можем понять, действительно ли все хорошо, или она придумывает, — добавил Чарли. — По тексту судить сложно, а к телефону она не подходит.
— Только потому, что очень занята, — оправдывалась Полли. — У меня в самом деле все в порядке.
— Мы хотели лично убедиться, — объяснил Майк.
— Что же, смотрите сами. Вы, конечно, узнали Лиэма. — Она быстро представила ему всю команду.
Лиэм подумал, что с ними Полли была другой: свободной, раскованной. Она любила всех троих, потому что с удовольствием позволяла обнимать себя, ерошить волосы. Кажется, она говорила, что эти ребята — больше чем друзья, практически братья. Лиэм не мог вспомнить, когда рядом с ним был кто-то столь же близкий. После автомобильной аварии он избегал личных контактов даже с родными. Может, и не стоило так замыкаться в себе, подумал он, глядя на расцветающую в кругу друзей Полли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
