Сейчас она еще больше помрачнела, пытаясь восстановить в памяти сцену объяснения со Стивеном. Она отчетливо помнила свое чувство вины и жалости к нему и его довольно напыщенную манеру, с которой он воспринял ее сообщение.
Видимо, с тех пор Стивен стал вынашивать свой план мести…
Задумавшись, Джейн покусывала ногти, чего не делала с детства. Вокруг нее царил покой. Откуда-то доносилось воркование лесных голубей, чуть слышно шелестели ветви деревьев. Вдалеке она вдруг услышала голоса людей, говорящих на французском: мадам Саксон и еще чей-то мужской. Неужели Эшли вернулся? Сердце Джейн на мгновение замерло. Он вернулся!
Молодая женщина глубоко вздохнула, поправила волосы и изобразила на лице подобие улыбки. Она не позволит проискам Стивена лишить ее счастья с Филиппом.
Она докажет мужу, что полностью доверяет ему. Наверняка у него были достаточно веские причины не рассказывать ей о первой жене. И конечно, Филиппа просто невозможно представить в роли жестокого мерзавца, избивающего женщину. И уж совсем глупо полагать, что она, Джейн, нужна ему как украшение и средство для упрочения своего положения в обществе и бизнесе… Их занятия любовью, его нежность, умение сдержать себя, когда он кипел от ярости, — разве все это не говорит о порядочности Филиппа?
Джейн судорожно стиснула руки в кулаки. Отношения мужа и жены должны строиться на доверии. А если бы он на основании каких-то ложных обвинений покинул ее сразу после свадьбы? Сейчас ей было наплевать на самолюбие. Она готова сделать все что угодно, лишь бы Филипп простил ее. Стивену не удастся разрушить ее счастье. Да и вообще, как он посмел? Как мог?..
Откинув волосы с пылающего лба, Джейн при виде мужа вскочила на ноги. Угрюмое выражение его лица заставило ее на мгновение приостановиться. Глаза Филиппа надежно скрывали темные очки.
Нет! С Эшли все в порядке, он как всегда отлично выглядит: высокий, поджарый, красивое смуглое лицо… С сияющими глазами, немного смущенная молодая женщина пошла ему навстречу.
— Фил… Я скучала без тебя! — хрипло прошептала Джейн, обвивая руками шею мужа.
— Как трогательно, — криво усмехнулся Эшли, довольно холодно воспринимая ее объятия. Так взрослый человек обычно слушает извинения провинившегося ребенка. — Меня нет всего лишь полдня, а моя супруга уже скучает. А как моя верная жена проводила время?
— Я гуляла, — подавив в себе желание ответить колкостью на его насмешливый тон, как можно спокойнее произнесла Джейн. Ее также задело, что он даже не поднял рук, чтобы обнять ее в ответ. Впрочем, его теплое тело, запах кожи уже оказали на нее обычное воздействие. — Жаль, что мы не смогли пойти вместе. Я бы показала тебе старую беседку, где я любила играть ребенком. А какие там рядом пруды с кувшинками, просто чудо! Ну а розы так восхитительно пахнут, что я просто опьянела… Ты уже был в розарии?
— Да. Я осматривал замок, когда собирался его купить. И это все, чем ты занималась?
Джейн задумалась. Явная враждебность Филиппа действовала ей на нервы.
— Что ты воображаешь? Чем еще я могла заниматься? — с ядовитой усмешкой спросила она. — Разве что развлекалась в своем будуаре с любовником из местных?
— А как насчет звонка бывшему жениху в Англию? — Сердце Джейн замерло. — Решила подстраховаться и на всякий случай напомнить о себе мистеру Кэртису? Весьма расчетливая барышня: если со мной дело не выгорит, то дома тебя ждет беспроигрышный вариант?
Джейн вздрогнула, словно он ударил ее.
— Ты это говоришь серьезно?
— А как ты думаешь? Много ли найдется на свете жен, которые на следующий после свадьбы день звонят бывшим женихам?
Джейн попеременно бросало то в жар, то в холод. Филипп наконец снял темные очки. Его взгляд не предвещал ничего хорошего, холодные голубые глаза оценивающе смотрели на молодую женщину. Внезапно она смутилась, представив себя со стороны. После прогулки под палящими лучами солнца ее легкое летнее платье в цветочек прилипло к разгоряченному телу, плотно облегая грудь. Бюстгальтера она не надела, и теперь под пристальным взглядом мужа чувствовала, как твердеют соски.
— Не верю своим ушам. И ты еще обвиняешь меня в том, что я тебе не доверяю! — воскликнула Джейн. Неужели Филипп считает, что она способна на предательство? Или ему просто нужен предлог для разрыва? — Во всяком случае, ты-то знал, что у меня был жених, — продолжала обвинять Джейн. — Я не делала из этого секрета!
— Ну, ладно, мир, — осторожно попытался перевести разговор в спокойное русло Филипп, очевидно испугавшись ее горячности. Он сидел в кресле напротив, вытянув длинные ноги, и внимательно смотрел на Джейн из-под нависших бровей. — Так какие неотложные проблемы ты обсуждала с мистером Кэртисом?
— Мир? — горячо запротестовала Джейн. — Ты всегда прекращаешь разговор, когда тебе это удобно? Откуда ты узнал, что я звонила Стивену? Ты шпионил за мной? Подслушивал за дверью?
— Я спросил мадам Саксон, не звонили ли мне, — спокойно сказал Эшли. — Она сообщила, что звонил только Кэртис, и ты перезванивала ему.
Джейн пришлось смирить гордыню. Вообще-то мадам Саксон не должна сообщать Филиппу о ее личных телефонных разговорах. Но откуда экономке было знать, что это может вызвать проблемы? Ведь сейчас Эшли стал ее новым хозяином, и ей нужно доказать ему свою преданность…
Наконец Джейн тоже села. Филипп выводил ее из себя, расстраивал, но в то же время ей очень хотелось вытянуть руку и дотронуться до него. Чтобы преодолеть искушение, она скрестила руки на груди, смотря на мужа из-под низко опущенных ресниц. Весь его облик источал мощь, силу и… высокомерие. У Джейн перехватило дыхание, и она отвела глаза. Она любит и одновременно ненавидит этого человека, с горечью поняла молодая женщина.
— Итак? Я получу объяснения? — безразличным тоном спросил Филипп.
Развалившись в кресле, он смотрел куда-то вдаль, так словно ее вообще здесь не было.
— Это устроил он, — наконец решилась на откровенность Джейн.
— Что устроил? — Филипп поднял брови и взглянул на жену.
— Это анонимное письмо, конверт с документами! Уверена, Стивен заплатил кому-то, чтобы их подделали…
— У тебя есть улики, чтобы это доказать? — Филипп прищурил глаза, но выражение его лица осталось бесстрастным.
— Не то чтобы, но… — замкнулась Джейн.
— Но ты уже признала его виновным.
Бросив на Филиппа мятежный взгляд, Джейн замерла. На террасе появилась мадам Саксон с подносом. На нем стояли бутылка белого вина, минеральная вода и два бокала. Филипп учтиво поблагодарил экономку и, налив в бокал вина, подал его жене. Затем он налил себе, поднес хрустальный бокал к губам и в задумчивости сделал глоток.
