Тем самым Афляк и партия БААС вступили в конфронтацию с другой всеарабской организацией — «Братья-мусульмане», которая требовала создания чисто исламского государства и считала все светские партии своими врагами.
Мишель Афляк исходил из того, что арабы — это единая нация, волей истории разделенная на различные страны. Со временем весь арабский мир должен объединиться в общее государство. Поэтому партия строилась по принципу Интернационала: в каждой стране баасисты называли себя лишь региональным отделением одной партии.
В апреле 2003 года, после окончания военных действий, в Багдаде разграбили дом-музей основателя партии БААС Мишеля Афляка. В том числе утащили многочисленные награды, которые ему пожаловали разные арабские властители…
В 1952 году региональное отделение БААС появилось и в Ираке, в 1955-м оно провело первый подпольный съезд. Баасисты решили покончить с генералом Касемом. С этого началась политическая карьера Саддама Хусейна.
В 1955 году семья офицера Хейраллаха Тульфаха, воспитывавшая Саддама, перебралась в Багдад. Саддам пошел в школу, но вскоре бросил учебу. В 1957 году его приняли в БААС. Он хотел поступить в военное училище, но не сдал экзамены.
ПЕРВОЕ УБИЙСТВО
В декабре 1958 года в Тикрите был убит высокопоставленный чиновник, лично известный генералу Касему. По обвинению в убийстве были арестованы Саддам Хусейн и оба его дяди. Это дело так и не было расследовано, потому что из-за накала политической борьбы правительству вскоре пришлось выпустить из тюрем активистов партии БААС.
Саддам, отсидев полгода, вышел на свободу. Так что не удалось узнать, действительно ли он сам совершил убийство или только участвовал в организации этого преступления.
Во всяком случае, руководители БААС обратили внимание на перспективного молодого человека. Его включили в состав боевой группы, которой осенью 1959 года поручили уничтожить премьер-министра. Саддаму был всего двадцать один год.
Премьер-министра решили застрелить 7 октября прямо на главной улице Багдада, по которой машина главы правительства проезжала два раза в день. Боевая группа состояла из шести человек, их вооружили автоматами, которые они спрятали под одеждой. Получив сигнал, что машина Касема приближается, Саддам первым выскочил на улицу и тем самым нарушил план операции. И дальше у заговорщиков все разладилось: то ли оружие дало осечку, то ли они стреляли плохо, то ли испугались в последний момент. Убить Касема не удалось. Раненый в плечо и руку, он лег на дно машины и остался жив.
Саддама в перестрелке свои же товарищи ранили в левую ногу. Но охрана премьер-министра тоже действовала на редкость неумело: одних боевиков она застрелила, другим позволила убежать. Саддам сумел спастись. Угрожая оружием, он остановил первую попавшуюся машину и исчез с места покушения. В укромном месте Саддам сам вытащил себе пулю из ноги и отправился в родной Тикрит.
Эта героическая история показана во многих фильмах, снятых во славу Саддама. Сам он, гордый своей смелостью и мужеством, часто рассказывал:
— Это было еще ужаснее, чем то, что вы видели в кино. Моя одежда намокла, раненая нога сильно болела, и четыре дня я ничего не ел.
Родственники благополучно переправили Саддама в соседнюю Сирию, а оттуда он подался в Египет, где его приняло под свое крыло руководство местного отделения партии БААС. Он поступил на юридический факультет Каирского университета, но ушел с первого курса.
Саддам получил возможность наблюдать за тем, как руководит страной самый популярный политик арабского мира Гамаль Абд-аль Насер.
УРОКИ ГАМАЛЯ АБД-АЛЬ НАСЕРА
Египетский президент должен был установить новые отношения с остальными арабскими странами и занять какую-то позицию в отношении Израиля.
С того момента, когда в Египте произошел военный переворот, израильтяне надеялись, что молодой полковник Гамаль Абд-аль Насер, новый лидер страны, не отягощенный старыми предрассудками, станет тем человеком, с которым можно будет договориться о мире.
Обе страны разделяла только война 1948 года, и казалось, что еще удастся уладить вопрос о мире и границах.
Секретные встречи израильских и арабских дипломатов происходили довольно часто. В Израиле этим занимался Гидеон Рафаэль, возглавлявший в министерстве иностранных дел ближневосточный отдел. Однажды Рафаэль летел одним рейсом в Нью-Йорк с египетским представителем в ООН.
Египтянин дал понять, что не прочь поговорить. Он показал глазами в сторону туалета. Рафаэль двинулся вслед за египтянином, но тут к ним подскочила бдительная стюардесса, которая решила, что перед ней два гомосексуалиста:
— Нет, нет, джентльмены! Только не в нашем самолете!
Беседа, которая могла бы иметь большое значение для Египта и Израиля, так и не состоялась.
Израиль пытался тайно установить диалог с Каиром, надеясь, что новые лидеры способны покончить с враждой и заключить мир с еврейским государством.
С помощью парижских посредников были налажены каналы связи, хотя на прямые переговоры египтяне не шли.
Президент Соединенных Штатов Дуайт Эйзенхауэр послал тогда своего представителя на Ближний Восток с миссией мира. Тот курсировал между Каиром и Иерусалимом. Однажды премьер-министр Израиля Бен-Гурион попросил американца посоветовать Насеру встретиться с ним, Бен-Гурионом. Зачем разговаривать через посредников?
Эмиссар передал предложение Насеру. Египетский президент ответил откровенно:
— Если бы мы встретились, мы, пожалуй, действительно смогли бы за несколько часов достичь соглашения. Но это, вероятно, были бы последние часы моей жизни.
Насер объявил Израиль главным врагом арабов. На почве борьбы с общим врагом он пытался объединить все арабские страны в единое государство под своим руководством.
В феврале 1958 года ему удалось создать союзное государство Египта и Сирии (оно, правда, просуществовало недолго — в сентябре 1961 года Объединенная Арабская Республика развалилась). А Насер мечтал присоединить к союзу еще и Ирак.
Египетский президент видел себя во главе огромного арабского государства, протянувшегося от Нила до Ефрата. Он был неприятно удивлен, когда выяснилось, что бригадный генерал Касем вовсе не является панарабским националистом.
Касема вполне устраивала власть над Ираком. По материнской линии он происходил из курдов-шиитов, возможно поэтому не интересовался объединением. Или, скорее, Касем был готов объединить арабские государства, но под собственным руководством. Подчиняться египетскому президенту Насеру иракский генерал не желал.
Из-за Ирака возникла напряженность между Советским Союзом и Египтом. Насер видел в Касеме соперника, выражал недовольство тем, что Советский Союз оказывает помощь Ираку. Хрущев не раз обращался к Насеру с письмами, объясняя свою позицию.
Египтяне тайно помогали активистам партии БААС свергнуть иракского премьера. Генерал Касем был серьезным противником, но против него объединились баасисты, которые подготовили две тысячи боевиков, и военные во главе с опальным Арефом, который в 1962 году был отпущен на свободу.
Ранним утром 8 февраля 1963 года, в пятницу, они подняли мятеж.
Все началось со студенческой манифестации против правительства. Это был повод. Боевики БААС захватили военно-воздушную базу аль-Рашид и убили командующего военно-воздушными силами генерала Авкати на пороге собственного дома. Генерал был членом компартии и очень близким к Касему человеком. На базе аль-Рашид располагалась эскадрилья МиГ-19, большинство летчиков были коммунистами. Они бы воевали на стороне президента, если бы командующий не был убит, вспоминал работавший тогда в советском посольстве Евгений Дмитриевич Пырлин.
Советским послом в Багдаде был Михаил Данилович Яковлев, в прошлом заместитель председателя Совета министров России. Для посольства мятеж был неприятнейшим сюрпризом.
В половине десятого утра самолеты МиГ-17 поднялись в воздух и обстреляли ракетами здание министерства обороны, где генерал Касем, который работал всю ночь, только что лег спать. Министерство прикрывала зенитная батарея, открывшая огонь.
Для молодого дипломата Геннадия Ивановича Слепенкова это была первая поездка за границу.
«Несколько десятков МиГов, — писал он, — продолжали усиленную бомбардировку зданий министерства обороны, а через четверть часа мимо нас поползли тяжелые танки, которые принялись занимать боевые позиции полукольцом вокруг министерства. За танками, пригнувшись, бежали автоматчики. Вскоре танки начали обстрел из своих орудий».
Через двадцать четыре часа восставшие ворвались в здание министерства обороны, захватили Касема и несколько человек, остававшихся с ним до конца. Всех притащили в здание государственного телевидения, где привязали к стульям и пытали. Вечером, вспоминал Евгений Пырлин, багдадское телевидение возобновило работу.
