теперь то же самое и все вместе, как один на одном дыхании. Пробуем.
Репетиция продлилась около часа, где приходилось не только научиться орать всем строем, но и выучить на слух звучание нескольких команд на языке Центары.
- Слушайте меня внимательно и сразу уточняйте, что непонятно, особенно когда есть возможность это сделать наедине. Сейчас у вас период, когда вы можете за любую провинность выйти в космос без скафандра, и церемониться с вами кроме меня никто не будет. Наказания тут за неисполнения приказа одно- выход в космос в голом виде. Что касается девушек, то вам ещё светит месяц корабельного борделя перед выходом в космос, поэтому учим язык всё свободное время и не в коем разе не лезем на рожон. Если кто вступится за наказанного- отправится следом, слёзы и сочувствие на лицах- туда же. Стеснительность и неуставная стойка на медкомиссии - туда же. Пока вы проходите курс молодого бойца, ваши жизни, ваше мнение и ваши понятия никому не интересны, и считаться с ними никто не будет. Многие сержанты и старшины этим пользуются и могут прийти среди ночи, отдать какой-нибудь приказ и за неисполнение потом месяц развлекаться. В основном это касается девушек. Я буду стараться вас защитить, но я ограничен уставом, как впрочем и те, кто захочет так гнусно развлечься.
- Ол, старший солдат,ол, разрешите вопрос?- проговорила одна из девушек.
- Спрашивайте, ола.
- Мы теперь до смерти бесправная скотина?
- Нет. Первые полгода до принятия присяги. После присяги у рядовых тоже появляются права, но возможность быть выкинутым в космос остаётся у любого военнослужащего, вплоть до адмирала флота. Радует в этой ситуации то, что служить вам пять с половиной лет начиная с этого дня.
- А другие виды наказания есть?
- Есть, но иногда кажется, что лучше сразу в космос...- многозначительно проговорил командир отделения, посмотрев поверх голов отсутствующим взглядом. Шрамы на его лице позволяли удостовериться в правдивости его слов.
Посмотрев на часы на коммуникаторе, он встрепенулся.
- Сейчас идём колонной по два получать обмундирование, средства гигиены и сухие пайки. После этого подгоняем форму и учим язык. Ужинать будем перед сном тем, что получим на складе, и другой еды сегодня не будет. Внимательно запоминайте своё место в строю. За пределами этой комнаты я обязан поступать с вами в соответствии с уставом, поэтому говорю сразу, что буду бить и бить больно. И ещё, попробуете устроить мне тёмную или ещё как-то отомстить, выкинут в космос всё отделение. Надеюсь, вы меня поняли?
- Так точно ол, старший солдат,ол,- гаркнул строй.
- Молодцы, на лету схватываете науку. Да, упустил ещё один важный момент. Это касается половых взаимоотношений военнослужащих.
Командир внимательно осмотрел строй с покрасневшими, но старающимися выглядеть невозмутимо девушками.
- Насилие запрещено. То есть, никто из парней не смеет вас зажать и разложить для использования, поэтому всё только по обоюдному согласию. Надеюсь образ поведения в ваших головах сложился, но кому что не ясно, перед отбоем подойдёте в частном порядке.
- Можно уточнить, ол, старший солдат, ол? - проговорила та же девушка.
- Если быстро.
- Если вы решите нас отыметь, то что?
- Я должен либо договариваться по-доброму, либо подводить вас под статью на ликвидацию. Понятно?
- Так точно, ол, старший солдат, ол!
- Но поступать подло я не буду. А теперь в две шеренги стано-вись, на ле-во. За мной, с левой ноги, шагом марш!
Глава 6
До самого отбоя весь личный состав орудовал иголками, подшивая нательное бельё. В основном это касалось девчонок, ведь именно у особо миниатюрных с ним была проблема. Впрочем, по окончании курса молодого бойца их распределят на должности диспетчеров, поваров, связистов, короче тех, для кого не подходит минимальный по размеру скафандр. Более высокие имеют уже другие перспективы, это снайпера, пилоты и медики. Что касалось парней, то их всех ждала первая линия соприкосновения в штурмовых подразделениях. Такова была участь всех солдат иностранного легиона.
******
Шум открывающейся двери разбудил личный состав среди ночи, но не успела дверь полностью отъехать, освобождая проход, как его перегородил своим телом командир отделения. Короткая перепалка на повышенных тонах, и дверь поползла обратно, а старший солдат позволил себе выдохнуть и завалиться на пустующую койку, чтоб спокойно уйти в сон.
*******
Сигнал будильника и начало нового дня. С самого пробуждения началось освоение солдатской мудрости. Заправить кровать, одеться, утренний туалет и построение, и всё это с повторением заученных вчера команд.
Первый завтрак из каши, выданной синтезатором, и стакана тоника. Такая стряпня была далека от кухни Лёрны, но командир сказал жрать что дали, поскольку дальше изнурительные тренировки, а на обед и ужин снова та же самая еда. Впрочем, у кого были деньги могли себе позволить купить печенья или пряников, но проблема была в том, что денег Центары ни у кого, кроме командира не было. Впрочем, сам командир не выделял себя в еде и ел со всеми из «одного котла».
Завтрак закончился построением, на котором дежурный выдавал каждому баллончик для обработки полости рта после приёма пищи, а дальше строем в тренировочный зал. Часовая пробежка и силовые упражнения: отжимания, бег на руках с партнёром, тренировка мышц живота и спины, приседания. Десятиминутный перерыв, и снова упражнения, только уже на статические нагрузки. После трёхчасового занятия всех уже мотыляло от усталости, но звучит команда, и отделение переходит в помещение плаца, и начинается строевая подготовка.
Миску «соплей» из синтезатора на обеде встречали как манну небесную, а час личного времени после обеда был самым желанным праздником. После обеда в приказном порядке душ и строем на медкомиссию. Лир и предположить не мог, что медики могут так цинично относится к чужому здоровью и настолько унижающе себя вести, но заранее проинструктированный личный состав держал «морду кирпичом». Впрочем, и тут командир отделения терпел недолго и предупредил, что имеет право написать рапорт, в котором изложит методы развлечения олов из медсекции крейсера, как подрыв боевого духа вверенного ему подразделения, ведь кто захочет добросовестно служить государству, в котором принято издеваться над военнослужащими.
******
Это был долгий день, который отнял все силы, но впереди была ночь, дежурить в которую снова назначил сам себя старший солдат Инен.
******
Второй день начался с общего построения в ангаре и казни пары новобранцев. Не все командиры отделений так оберегали своих подчинённых как это делал Инен, поэтому, зачитав приговор, ротный
