моей игольницы иглу, всадила ее Риэтт в руку! Ты представляешь, какая тварь!
Я замерла не в силах что-то вымолвить. С такой жестокостью я в своей жизни еще не сталкивалась, и у меня как-то разом появилось двоякое чувство: она же родная сестра моего Роя, но с другой стороны была плачущая подруга. Такая тихая и всегда очень скромная Риэтт, которая ни за что пострадала от жестокой выходки леди, возомнившей, что все можно делать безнаказанно!
Меня разрывало на части и еще в душе появились первые крупицы сомнения… А как же все будет, если его родня узнает о наших встречах? Если все они такие же жестокие и не ставящие ни во что людей, находящихся ниже их на социальной лестнице? Я даже не думала до этого дня, что будет с нами дальше, со мной и Роем, просто купалась в волнах первой влюблённости, счастья быть рядом со ставшим уже родным человеком.
Но теперь меня как будто окатили ледяной водой из ведра, и с каплями стекла муть и пыль, проступила вся картина целиком: я и Рой. Бедная девушка, портниха, не дворянка. И лорд Рой Бингер — высокообразованный, молодой, успешный, красивый и обеспеченный аристократ. Наследник богатого рода, который можно проследить на несколько поколений в глубь веков, завидный жених — и вот тут я споткнулась…
А кто я в самом деле для него? Действительно ли он тоже в меня влюбился? Или это просто игра с его стороны? Как говорили девушки, всего лишь длинный путь в содержанки.
Нет… Я не смогу так… Если он меня бросит — сломаюсь. Похоже, это действительно любовь. Я же без него не могу жить! Что же делать? Как узнать, что он обо мне думает на самом деле?
* * *
Мы успокаивали еще долго Риэтт после ухода леди Алианоры. Слезы обиды и несправедливости — самые горькие. Отпаивали девушку ромашковым чаем и утешали как могли.
Перед уходом Дана меня выловила и прошипела:
— Эмили, вот видишь, какие они, аристократы! Не будь идиоткой. Леди Алианора — родная сестра лорда Бингера, она импульсивна и свой яд сразу выпускает наружу. А ты уверена, что виконт никаких подарочков не припрятал у себя за пазухой? Что можно ждать от него? Каких сюрпризов? Ведь они родились и росли в одних условиях.
Я не знала, что ответить на такую обвинительную тираду, потому что у меня самой появились сомнения в чистоте его помыслов и в отношении нашего совместного будущего тоже.
* * *
Сегодня мы с Роем отправились на мой первый в жизни светский раут — в филармонию, куда приехал знаменитый Бронский оркестр.
Великолепное здание концертного зала с белоснежными мраморными колоннами, ковровым покрытием малинового цвета, барельефами с позолотой, изображающими прекрасных мужчин и женщин, с росписью на стенах и потолке, представляющей собой сцены картин знаменитых художников Ранидии. Хрустальная люстра под потолком рассеивала блики тысячи огней, красный мягкий бархат кресел и тяжелых портьер как нельзя лучше отражал величие и торжественность предстоящего действа, настраивал на волшебство представления и заставлял предвкушать магию музыки и звука.
В зале собирались представители аристократии, богато одетые мужчины и женщины. Шелк, кружева, блеск парчи, вышивки золотом и серебром, сияние бриллиантов, шелест вееров и тяжелые ароматы вечернего парфюма и пудры вызывали одновременно и восхищение, и страх, боязнь не соответствовать их уровню, обеспеченности и социальному статусу.
Я постаралась по такому случаю: надела свое лучшее платье из шелкового барежа карминового цвета расшитое золотым кружевом, с открытой линией плеч. Талия была туго затянута в корсет, волосы собраны высоко и частью завиты в тугие кудряшки, спускавшиеся по спине, украшением для моих блестящих локонов шоколадного цвета стали живые цветы — красные розы.
На Рое был черный фрак с бархатным воротником и золотыми пуговицами, жилет из белой парчи, расшитый цветочным узором, широкий шейный платок и белые брюки прямого кроя. Пах он, как всегда, потрясающе, мне нравился его запах и аромат парфюма, исходивший от надушенного платка, на мой взгляд, виконт был безупречен во всем.
Перед началом концерта мы прогуливались перед входом в ложи, Рой то и дело приветствовал своих знакомых или легким кивком, или бросая пару обычных фраз по такому случаю.
— Лорд Бингер! Как я рад вас встретить, мой дорогой друг! — к нам навстречу сквозь толпу продвигался мужчина в летах, чуть ниже Роя, с массивным красноватым носом, темными волосами и внушительным животом. С ним рядом величественно плыла дама довольно крупного телосложения, в платье угольного цвета из парчи, затканной серебряными и золотыми узорами по всему полотну, что хорошо подходило к ее пепельным волосам и глазам бледно-серого оттенка.
— Добрый вечер, граф Онвок, рад встрече, — кивнув, учтиво сказал Рой.
— Миледи Онвок, — слегка поклонился женщине виконт.
И милорд Онвок уставился на меня, с интересом ожидая, когда лорд представит свою спутницу. Рой какое-то время, буквально на несколько мгновений дольше, чем следовало, помедлил с ответом, а мое сердце успело рухнуть вниз и остановиться.
— Это мисс Эмили Рассел. — И все… За этими словами больше ничего не последовало… Никаких объяснений.
Глаза лорда Онвока масляно блеснули и сузились, пробежав по мне с головы до ног, что ощущалось склизким прикосновением спрута, оставившим после себя слизь на голом теле, которую хочется немедленно смыть.
— Добрый вечер, мисс Рассел, — все так же заглядывая мне в глаза, только теперь со снисходительностью и усмешкой, сказал граф.
Его жена одарила меня таким острым холодным взглядом, словно хотела превратить в ледяную глыбу прямо здесь же и немедленно ее разбить на мелкие осколки. Нет, таким, как я, не место в их великосветском мире, стена из прочного стекла разделяет нас, заставляя наблюдать со стороны и бессильно ненавидеть.
Она приняла меня за содержанку, констатировала я ужасающий факт. А Рой ничего не сказал, никак не мог иначе меня представить? Дискредитировал меня в глазах знакомых и стоит рядом как ни в чем не бывало. Хотя, что он мог сказать, если у нас действительно непонятные отношения. Мы встречаемся, с моей стороны все ясно, в его взгляде я вижу ответный огонь. Кружева любви и алый шелк страсти окутывают нас, заставляя сердца биться в едином ритме, но пропасть социального положения никуда не делась, и Рой пока не спешит перекидывать через нее мост.
— Спасибо за приглашение на бал, лорд Бингер, — обратился к виконту граф Онвок.
— Будем рады видеть у нас на приеме, — улыбнулся
