Осознание действительности ударяет наотмашь словно хлёсткая пощёчина.
А если бы Эмиль не вышел покурить? А если бы проигнорировал мой крик? Что бы было тогда?!
- Лея, - вздрагиваю. - Так ты за рулём?
Обнимаю себя за плечи и прижимаю подбородок к груди, словно это может спасти от молотящих по темечку струй развернувшегося за доли секунд ливня.
- Нет, я с подругой приехала.
- Ну погнали тогда.
Ветров берёт меня за руку и я, хромая на сломанном каблуке, спешу за ним к припаркованному на стоянке чёрному "Скаю". Он не бежит, просто идёт очень быстро, но я всё равно за ним едва успеваю.
- Садись, - распахивает пассажирскую дверь и кивает в салон.
Послушно забираюсь внутрь автомобиля и, крупно дрожа, через несколько секунд оборачиваюсь на уже забравшегося на водительское кресло Эмиля. Его рубашка промокла насквозь - хоть отжимай, с волос по лицу стекают ледяные струи.
- А где твоя куртка?
- Осталась там, - кивает в сторону сверкающего неоном "Рио".
- Что ты собираешься сделать?
- Отвезу тебя домой, - он не смотрит на меня: взмахом руки убирает с лица воду и заводит мотор.
О том, что буквально только что он ушатал мужика на десяток лет себя старше говорят только ссадины на костяшках пальцев его правой руки. И всё. Лицо спокойное и беспристрастное, наверное, даже скучающее.
Поехать сейчас домой хочется больше всего. Принять горячую ванну, лечь под тёплое одеяло и забыть всё словно кошмарный сон. Но...
- Стой! Подожди! - до сих пор постукивая зубами от холода, хвастаюсь за дверную ручку.
- Ну что ещё? - оборачивается. Его тон не раздражённый, нет - так говорят с непослушными детками, когда те канючат у витрины с Киндерами.
- Я не могу никуда поехать! Там Ада!
- Кто?
- Аделина, моя одногруппница. Она осталась там! - цепляюсь ледяными пальцами за "собачку" и пытаюсь застегнуть куртку. - Она хоть и полная кретинка, но я не могу оставить её одну. Мне кажется, друг этого Максима её чем-то накачал, она какая-то невменяемая.
Эмиль протяжно выдыхает и, постукивая большими пальцами по обшивке руля, закатывает глаза.
По его мимике и даже позе отчётливо читается: какие же вы, бабы, дуры. И я даже не могу с ним не согласиться. Дуры! Знаю! Но все разборки будут потом. Я не могу бросить её тут одну. Просто не могу! Меня же когда-то не бросили! А если этот её Максим тоже попытается что-то с ней сделать? Она же даже не подозревает, что это за люди! Попрошу охранника у входа мне помочь, для чего-то же они там стоят, в конце концов. Полицию вызову.
- Спасибо, ну... что помог. Но я не могу уехать без неё.
Раздаётся щелчок ремня, шум мотора стихает. Спустя мгновение Эмиль, заливаемый ливнем, уже стоит на улице и захлопывая за собой дверь:
- Сиди здесь, поняла? Ни шагу.
Не успеваю я что-либо ответить, как уже смотрю через залитое стекло на его удаляющуюся спину.
Часть 15
Несколько минут уходит на то, чтобы прийти в себя. Шипя под нос, аккуратно отдираю от ран на коленях разорванный нейлон чулков, трогаю рукой шатающийся каблук. Провожу пальцами под глазами и смотрю на руки - так и есть, тушь потекла.
Я не из того типа людей, что любят лелеить свои проблемы, наоборот, стараюсь сразу же избавиться от негатива, забыть, выкинуть из памяти, но руки до сих пор дрожат и в голове хаос из мыслей: а если бы он не успел? А если бы правда просто проигнорировал?
Зачем он вообще пошёл? Почему? Он же ненавидит меня. Это видно по его лицу, читается по взгляду.
Зачем он со мной возится?
Протираю расцарапанной о гальку ладонью запотевшее стекло и пытаюсь рассмотреть хоть что-то на улице, но вижу только смазанные стеной ливня переливающиеся пятна неона от вывески "Рио". Ну что ж, выбора нет, буду сидеть и послушно ждать, ведь было сказано из машины ни шагу, хорошо хоть дышать разрешил.
Машина Эмиля не слишком просторная и что уж - не слишком чистая внутри. Видимо, он из тех парней, кто не облизывает свою тачку, называя нежно "моя девочка".
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На заднем сидении валяется его спортивная ветровка с цифрами 91 на спине, банка энергетика, раскрытая упаковка влажных салфеток и... переливающаяся стразами женская сумка.
Её. Мии. Ну, конечно, её, чья же ещё. Сильно сомневаюсь, что пока никто не видит, он щеголяет на тренировки с пёстрым клатчем.
Вздрагиваю, когда водительская дверь вдруг резко открывается. Запустив в салон непогоду, Эмиль откидывает переднее сиденье и заталкивает Аделину назад, предварительно смахнув сумку своей подружки.
Я не знаю, что произошло с ней за это время (а сколько вообще прошло времени?), но Аделину конкретно развезло. Она сидит уронив подбородок на грудь, бурча под нос что-то несвязное.
Она же не была такой, когда я уходила!
- Что с ней? - переключаюсь на Эмиля: он уже сидит на водительском кресле, промакивая мокрое лицо собственной ветровкой.
- А ты не видишь? Её чем-то накачали.
- Алкоголь?
- Алкоголь... - иронично хмыкает он, и на секунду мне даже кажется, что уголок вечно сжатых губ дёрнулся вверх.
- Наркотики?! - глаза мои округляются, даже голос сам по себе стал тише.
- Где она живёт? - не оборачиваясь, кивает себе за спину, игнорируя мой вопрос.
- Я не знаю... Правда, - тушуюсь. - Где-то "на западе".
Он поворачивает голову на меня и в тёмном взгляде отчётливо читается: ты это, блин, серьёзно сейчас?
- Да не знаю я, где она живёт! - ощущаю чувство вины смешанную с набирающим обороты раздражением. - Я сама здесь всего пару недель! Везём её ко мне, - и под нос: - что ещё остаётся.
Эмиль увеличивает громкость радио и, словно потеряв ко мне всяческий интерес, заводит мотор.
Уверена, что он проклинает сейчас нас обеих. Ещё бы - в "Рио" его дожидается сексапильная красотка, а он должен бегать под дождём, бить морды и спасать подружек ненавистной тебе девчонки. Вечерок явно пошёл не по плану.
- Где ты нашёл Аду? - бросаю на его косой взгляд.
- Там же, где ты её оставила.
- А Максим?
- Надо было прихватить и его?
- Ты же понимаешь, о чём я! Он намного старше тебя, даже старше того, другого Максима! Ты что и его побил? - непроизвольно кошусь на сбитые костяшки пальцев.
- Хочешь сказать, что сила есть - ума не надо? - на секунду отвлекается от мокрой трассы, чтобы одарить меня взглядом полного презрения.
Заносчивый придурок! Но эти его глазищи... Его родители продали души дъяволу, создавая этого кретина. Не иначе.
Не хочет идти на контакт - да и пошёл он. Я его спасать себя не уговаривала.
Отворачиваюсь, рассматривая мелькающие за окном намокшие разлапистые ели.
Разумеется, он считает нас идиотками, разводящими безмозглыми курицами, ищущих приключения на свою пятую точку. И я бы тоже так подумала, будь я на его месте.
Но ведь мы не такие! Я - точно не такая. А Ада... её ещё ждёт серьёзный разговор.Судя по тишине сзади она крепко спит, пропуская невероятное приключение - сам Эмиль Ветров везёт её домой на своей крутой тачке. Возможно, пару дней назад это и для меня стало бы неким приключением - он словно священный Грааль, казался таким недосягаемым, но после событий ночи многое отошло на второй план.
Сбитые колени болят и дико щиплят, ладони саднят... Но если учесть, что могло бы произойти, это я ещё отделалась лёгким испугом.
А ведь он и правда мог меня изнасиловать там, на берегу. Мог! И я бы ничего не смогла с ним сделать - силы были не равны.
Стоит только представить, что если бы он успел...
- Ты что - плачешь? - раздаётся настороженное по салону, и я, шумно втянув носом солёную воду, рывком смахиваю вдруг откуда ни возьмись взявшиеся слёзы.
- Ничего я не плачу. Это просто запоздалый шок. Такое бывает у тех, кто... ну, пережил что-то подобное.
- Уже переживала? - ловлю его взгляд на своих разодранных коленях и от чего-то чувствую стыд.
