5 я зашёл в спортзал, где ждала уже Тэкла и ребята из второго десятка на тренировку.
Глава 17. Тэкла.
А вот не буду больше с ним даже и пытаться заговорить. Устала от того, что эту стену не пробить.
Тренировка с ребятами мне понравилась. Кстати, из 10 человек, были 2 девчонки.
Но швыряли они своих сослуживцев только так.
— Преимущества девушки-ратника- не все рассчитывают, что ты можешь вот это всё делать, — говорила на коротком перерыве мне Лейла, высокая темноволосая девушка, обводя рукой зал.
— А ещё они нас не могут в полную силу ударить. Так как берегут, — усмехнулась блондиночка Рита, с которой мы пару раз до этого пересекались в коридоре у зала.
— Кончайте болтать. На маты.
Это конечно же был Атей. Сегодня прямо зверствовал нереально.
— Спарринг между Тэклой и Антоном, Сергеем, Виктором. Увижу, что поддаетесь, оставлю без выходного, — это было адресовано парням.
Понимаю. Это он так мне нос утереть хочет. Ну что ж, посмотрим.
Я встала на маты, мы поклонились друг другу и начали драться. Как-то странно легко было сегодня. Я практически летала над парнями, отвешивала тумаки направо и налево. А Антону даже поджопник зарядила смеха ради, за что получила зловещий окрик от сэнсея.
Пусть злиться. Мне-то что?
Когда спарринг закончился и ребята лежали на матах, Атей сказал:
— Всем спасибо. Тренировка закончена.
Я стояла с девочками, когда он прошёл мимо и бросил:
— Сегодня молодец.
И ушёл.
Девочки меня одобрительно похлопали по спине.
— Раз он так сказал, значит и правда молодец, — сказала Лейла.
Эта бедная избитая троица, проходя мимо, мне улыбались.
Мне нравится, что среди ратников нет конкуренции. Победил? Молодец! Проиграл? Значит тебя потренируют ещё.
Мы занимались каждый день в течение месяца.
А потом я посмотрела на календарь и поняла, что защита диплома вот-вот начнётся.
— Мам, а что там с защитой? Я дипломную написала, а как сдавать? Мне же надо в универ.
Мама коротко сказала:
— Минутку.
И пошла кому-то звонить.
Через 10 минут вышла из комнаты.
— Всё в порядке. Ты можешь поехать через неделю в среду и специальная комиссия примет твою работу.
— Как так? — ошалела я.
— Да всё просто. Ты отличница. У тебя красный диплом намечается. Приедешь, у тебя всё примут и поедешь домой.
Сказав "спасибо", обняла маму.
Уходя к себе в комнату, она добавила:
— Кстати, одной нельзя. Поедешь в Атеем.
— Но мам!!!!
— Никаких но.
Вот и поговорили.
Неделю я готовилась. Мне оставили только тренировки. Занятия с мамой решено было на время убрать.
Наступил день икс. Я одела белое платье в синий цветочек, белые балетки, набросила на плечи свою счастливую и тоже белую кофту и поднялась на парковку. В назначенное время Атей уже сидел в машине. Увидев, что иду, помигал фарами.
Я молча села на заднее сидение.
— Не будет доброго утра?
— Да какое оно доброе, когда ты тут сидишь, — с самой противной ухмылкой, какую только могла выдать, плюнула ему эти слова в ответ.
— Как знаешь, — с нервным вздохом проговорил Атей и повез меня в универ.
Зайдя в стены альма матер, ощутила прилив ностальгии. Как же тут было весело. Интересно, почему Марина до сих пор мне ничего не отвечает? Уже прошло почти 4 месяца, как она внезапно исчезла.
Я зашла в кабинет, к котором уже ждала комиссия. Через час выпорхнула оттуда, осознавая, что диплом защитила! Какое же счастье!
Прыгая по ступенькам вниз, подбежала к Атею, скучающему у машины.
— Сдала, — крикнула и бросилась ему на шею.
— Поздравляю, — проговорил он, обняв за талию.
Держал он меня так несколько минут. А я наслаждалась солнцем, успехом у преподавателей и тем, что через руки Атея по моему телу растекалось тепло.
Опустив меня на нашу грешную землю, сказал:
— Праздновать будем?
— Конечно! — радостно ответила ему. — Но где и с кем?
— С нами, — улыбнулся в ответ.
Вечером мы с нашим десятком, к которому меня прикрепили, сидели в приятном кафе в Зеленогорске на берегу залива. Было очень весело. Ребята рассказывали смешные истории, которые с ними происходили во время службы, заменяя слова " демон", "вампир" и тому подобное, на более привычное "нарушитель", "преступник".
Зданимир, само собой с лёгкой подачи моей мамы, разрешил нам немного развеяться. В баре работал свой человек и поэтому, что бы не смущать посетителей, нам приносили в графинах вместо водки воду, коньяком был чай, а вино — виноградный сок. Полковник разрешил отлучиться на вечер, а потом снова служба.
Когда все были навеселе просто от того, что провели время в замечательной компании, Атей, глядя на часы, сказал:
— Сворачиваемся.
Все расселись по машинам и поехали на базу. Мне было так хорошо, так весело, что я даже не сообразила, как плюхнулась не на заднее сидение, а на пассажирское. Прямо рядом с Атеем.
— Ничего не перепутала? — с издёвкой в голосе поинтересовался он.
— Неа. Не хочу сидеть сзади в такой прекрасный вечер.
По лицу Атея пробежала тень улыбки и он завёл машину. Мы ехали по вечернему шоссе и слушали музыку. Он никогда не включал в машине ее потому, что мог пропустить какой-то подозрительный шум. Не может он расслабиться ни в какой ситуации. Это же ужасно.
Я протянула руку, что бы переключить радиостанцию, и натолкнулась на руку Атея. От моих пальцев к его руке пошли электрические разряды и он немного руку одёрнул и сжал в кулак.
Тогда я положила свою руку в его и сказала:
— Давай хотя бы оставшиеся пол часа пути побудем нормальными людьми.
Улыбнулся, как пятиклашка, которого поцеловала девочка при всех в щёку, но руку мою сжал сильнее. Тепло от его руки, музыка, машина, покачивающаяся от езды…..
Глава 18. Тэкла.
Я резко дёрнулась и проснулась. Мы всё ещё сидели в машине и Атей сжимал мою руку.
— Я долго спала? Ты чего меня не разбудил, когда приехали?
— Ну раз мы все ещё люди, то скажу, хотел посмотреть на тебя спящую.
— Ой, да ну тебя, — сказала, выдергивая свою руку из его. — Я хоть слюни не пускала?
— Если только совсем чуть-чуть.
Мы засмеялись вместе. Всё же у него очаровательная улыбка. Жаль, что она на его лице появляется крайне редко.
Мы опускались на лифте, а он, стоя совсем близко ко мне, дотронулся пальцем до моей ладони. Это была точно не случайность. Во мне уже была уверенность, что его тянет ко мне не меньше, чем меня к нему. Но вот что ему мешает? Почему он так меня отталкивает?
