Читаем без скачивания Третий фронт - Федор Вихрев

Тишина, только слышно, как кого-то бьют, да Олег ругается. Люк открыл, осмотреться. Зря, ох зря. Вы когда-нибудь труп танком перееханный видели? Нет? Ну и, слава богу. Странно, лётчик не так подействовал. Поэтому в стихийно возникшей дискуссии на тему, «как мы сюда попали» участие принимал пассивное. Блин, слава богу, мне это удалось.

Установив, что мы просто вышли на другую колонну и, прикопав трупы, рванули с дороги в лес. Танк шел за пленными, поэтому я имел возможность видеть, что происходит. И мне это не сильно понравилось.

— Олег — крикнул я внутрь танка — наше подкрепление нагло разбегается. Понял, понял — пусть валит, кто хочет.

Олег

— Ну а теперь стройся! — гаркнул я и когда освобожденные бойцы построились, продолжил — пехота на месте, артиллеристы шаг вперед, танкисты два шага, водители три, техперсонал четыре. Прочие войска пять и уточнить, кто есть кто! Офицеры есть?

— Нет — только красноармейцы и младшие командиры, — ответил, кто-то из строя, в котором началось какое то движение.

— О — па, кто сказал? Ко мне! Я что непонятно выражаюсь? — рявкнул Саня.

Чего это он?

Из строя вышел солдат в сапогах.

— Красноармеец Савостин.

Ответивший был растерян из-за того, что хоть его и спросили по-русски, но спрашивающий был в немецкой форме…

— Это лейтенант Бондаренко. Не волнуйтесь. Форма только маскировка не более. — Успокоил я народ.

— Так, товарищ красноармеец, вы лично уверены, что здесь нет командиров и политруков? — продолжил Саня

Солдат молчал, видимо Санина форма вводила его в смятение.

Сергей Олегович

Среди наших произошло какое-то шевеление, начали выходить танкисты, артиллеристы. Из водителей первым вышел пожилой мужик в замасленной форме

— Я могу! — сказал он

— А где служил? — поинтересовался я

— Да в БАО баранку крутил. Техников-то лётчики с собой увезли, кого смогли, а нам, значит, самим прорываться пришлось. Вот немчура-то нас и похватала на марше. А что делать, у нас на всех три винтовки и всё, да наган у командира!

— Ладно, как тебя по имени — отчеству? — спросил я у водителя?

— Сергей Петрович я, Савельев — ответил он

Саня

— Олег, давай отойдем? — мы отошли, оставив пленных на попечение остальных, и я очень тихо сказал — Во-первых, слишком быстро он ответил, во-вторых — по канцелярски, в-третьих, ты сказал — ОФИЦЕРЫ, в-четвертых — сапоги. Не слишком ли много вопросов возникает?

— Мать! Язык мой — враг мой, — прошипел Олег — Ладненько авось пронесет, но надо бы поосторожней в выражениях. А что до ответившего. С сапогами вместе. Не рядовой он, зуб даю. При чем, судя по всему из комсостава, или политрук, тоже не из младших. Подпол или выше. Может полковой комиссар хрен его знает. Просто сныкался от врага, но вот с какой целью он это сделал? И от какого ВРАГА сныкался? Не Бранденбурговец ли? — предположил он.

— А нахрена он нужен в колонне? Командиров и комиссаров выявлять? Колоть его надо, и срочно. Остальных по желанию — на волю или с нами. А потом посмотрим, кого сколько останется. Лучше дезертиры пусть сейчас свалят, чем в бою. Да и у того немца, без сознания, погоны не плоские, а из шнура, обратил внимание?

— Ну, в колонне он не нужен, а вот палиться перед кучей народа… Мог и промолчать. Хотя маловероятно. Но все равно мутный он какой-то. С остальными, согласен, кто не захочет пусть сам идет. Часть уже свалила, кстати. А на немца не глянул. Но раз офицер пообщаемся — добавил Олег со злорадной ухмылкой — а рядовые… Танк от кишок товарищей отмоют и в расход!

— Может, не будем резать? Разденем, да к дереву привяжем, тут вроде волки да кабанчики бывают? — предложил я — Просто они это будут делать! И вспомни про наших десантников и окруженцев, умиравших от голода?

— Волков подкормить, конечно, неплохо — задумался Олег — Но… Надо Федя, надо. А ну как они освободиться смогут? И напоют своим, что тут куча русских шляется. Да еще и при танке… Сядет нам на загривок рота СС с парой трешек для усиления что тогда?

В этот момент подошел Степан, доложил, что сортировка закончена, и предоставил результаты.

Саня

— Так, что имеем: танкистов шестеро, артиллеристов двое, водителей четверо, один в гражданке, авиаторов — двое, не считая двух которые водители, сапер один, салага видимо — молодой и голова неровно выбрита, пехота — сорок два, милиционер один, ну и этот мутный в придачу

Часть народа смылась в другую сторону и при нападении, и при покидании дороги

Ну, авиаторов, с одним водителем, пусть Сергей на будущее возьмет, может, что и придумают.

С танкистами и водителями, да и с пушкарями — вместе поговорим, но потом, сначала мутный, потом немец, как очнется. Кстати, что с ним?

— Живой сей герой, — отрапортовал Док — Побуцали его немного, кто-то в приступе усердия приласкал по морде лица. Вот и имеем сотрясение мозгов. Отлежится — очнётся. Только связать надо… На всякий случай. Ну и закинуть его куда-нибудь — только укладывать лицом вниз — чтобы если вырвет — не захлебнулся. Не то чтоб жаль фашиста, но нафига нам труп?

— Ясно. Рядовых пока в сторонку, и не давать разговаривать между собой — по одному проверять слова будем.

— Итого 58 с половиной человек. Неплохо, неплохо, — сказал Олег. И добавил

— Правда мутный меня смущает… Потому и с половиной, а не 59. Ну, танкеров мне под команду, сапера Фалангеру с остальными разберемся. Кто возьмет на себя пехоту? Водил по машинам. Авиаторов и артиллеристов прибережем. Вдруг пушку найдем, или У-2 какой. Да и без самолета пригодятся. Не сейчас так потом, когда выйдем. Будут нас с неба беречь. Вот куда мента? Без понятия… И что с «мутным» делать?

Однако сразу решение «мутной проблемы» было отложено на неопределенный срок.

Сергей Олегович

После того, как убрались мы подальше от места, где пленных освободили и расположились на привал, решил я сходить в кусты, подумать над жизнью… Взял газетки кусочек, и пошёл. Сел, подумал хорошо, и тут глаз зацепился на какой-то непонятной куче в кустах. Штаны натянул и пошёл туда, посмотреть. Подошёл, смотрю — мотоцикл немецкий с коляской. И два трупика имеются. Один пристрелен аккуратно, у второго горло от уха и до уха перерезано. Пристреленный — раздет до белья, зарезанный — в форме. Немецкой. У мотоцикла — дырка в бензобаке. Оружия нет никакого

— Блин, походу кто-то из наших порезвился? — проскочила мысль. Пошёл обратно на поляну, на пути Олега встретил.

— Пошли, глянем, чего я нашёл! — говорю ему.

Увидев мотоцикл, Олег сразу же позвал Саню как разбирающегося в этой технике. И, когда он подошел, спросил

— Ну, как? Ремонтопригоден? Нам бы как дозорный самое то был бы.

Саня

— Мотоцикл вроде живой, шланг от карбюратора — в канистру вместо бензобака, канистру — между байком и люлькой, на подножку заднего пассажира и привязать.

— А дырку заклепать не сможем? — поинтересовался Олег

— Паять надо, — ответил я — да и края загнутые, только выходное внутрь вправить и паять оба отверстия, так что если и брать — то со шлангом и проволокой канистра — есть из колонны взятая, в которой керосин был

Выслушав наше предложение, Серёга сказал

— По мотоциклу: пока паять нечем, надо болт, гайку, две шайбы и прокладку резиновую. Петрович как раз и займётся

— Олегыч! — сказал Петрович — Мы тут неподалёку, помню, машину оставили, ПАРМ-1, может, смотаемся на мотоцикле за ней? Тут минут двадцать где-то

— Хм… — сказал Олегыч — А это мысль! Так, собираемся, ты доделывай мотоцикл, берём канистру бензина и едем. А её немцы не того? Не нашли уже?

— Нет, не должны — ответил Петрович, заделывая пробоину в бензобаке мотоцикла — Мы её в овраг в лесу загнали и замаскировали там…

— Понятно… — ответил я — И всё же интересно мне, кто ж так красиво немцев с мотоцикла уработал…

Поскольку возражений не последовало, Олегыч с Петровичем отправились за машиной.

Сергей Олегович

Молчание — знак согласия.

После того как Петрович отремонтировал мотоцикл, заправили мы его, взяли с собой канистру бензина, карабин и ТТ, сели и поехали. Петрович за рулём, я в коляске. Поплутали с полчаса где-то, но, в конце концов, нашли этот овраг. Машина стояла на месте, никем не тронутая. Ещё минут двадцать повозились, устраняя мелкие неполадки, заправили её, Петрович сел за руль, и покатили. Он впереди, я на мотоцикле следом… когда подъехали к поляне, первым, кого встретили, был Степан

— Принимай технику! — сказал я, слезая с мотоцикла

Степан

Прибывшие мастерскую и мотоцикл загнали под деревья, отправили Змея с наганами и Тенгу посмотреть, что и как в округе.