Столб воткнулся в мягкий грунт примерно под углом в 45 градусов. Приземление было вполне удачным, если не считать, что все внутренности получили значительную встряску. Несколько секунд я не мог дышать. Пришла мысль, что от сотрясения разорвались легкие. Не буду описывать ужас, испытанный за эти мгновения. Всего минуту спустя я уже нормально себя чувствовал, вися вниз головой, и радовался, что не было времени позавтракать.
Еще через некоторое время я понял какую совершил ошибку: надо было приказать папикам привязывать меня как-нибудь по-особому, чтобы я мог в дальнейшем самостоятельно освободиться от пут. Но такой команды не было, и инквизиторы выполнили приказ на совесть. Они свое дело знали. Подергавшись минут десять, я пришел к окончательному выводу: без посторонней помощи мне предстоит коротать остаток дней в столь незавидном положении.
Отчаяние усилилось, как только я представил Лялечку, точно так же беспомощно висящую где-нибудь неподалеку.
И зверюшки поумней...
Не знаю, сколько я провисел. Кровь прилила к голове, сознание помутнело и периодически покидало затекшее тело.
Я в очередной раз открыл глаза и дернулся с перепугу (насколько позволяли путы). Было от чего. Прямо перед моим лицом, громко вдыхая воздух ноздрями, находилась страшная вытянутая морда. Потом, приглядевшись и произведя корректировку на перевернутое изображение, я успокоился и облегченно выдохнул:
- Лошадь.
На что морда обиженно ответила:
- Сам ты лошадь, я - конь!
Я опять лишился чувств.
В следующий раз я пришел в себя и понял, что меня куда-то везут. Я не стал подавать признаков жизни, решив сделать это в конечном пункте. Мое тело, словно мешок, уж не знаю с чем, мерно покачивалось в такт лошадиной (или конской) поступи. Рассмотреть окрестности опять не было ни какой возможности. Голова снова была направлена вниз. Я висел, перекинутый через луку седла. И я видел только медленно плывущую землю и копыта лошадей соседних всадников.
Интересно, мне показалось или на самом деле лошадь, то бишь конь, говорил?
Сомнения разрешились почти сразу после того, как возникли. Как по заказу, до меня донесся лошадиный разговор. Сомнений быть не могло. Слова перемежались характерными звуками, издавать которые могли только эти животные. Да и смысл диалога свидетельствовал о том же:
- Он тяжелый?
- Да не то чтобы, но потяжелей девчонки будет. Хотя его везти проще.
- Почему?
- Он как тюк. Лежит не дергается.
- А она что?
- Сказала, что сейчас будем как в цирке джигитовкой заниматься.
- Что такое цирк?
- Не знаю. Но она все норовила мне то на спину встать, то под брюхом пролезть. Щекотно. Еле угомонили.
- Не хотела бы я попасть в тот цирк.
- Я тоже...
- А я девчонку только издали видела. Хорошенькая и, наверное, добрая...
В этот момент голос сверху, принадлежащий всаднику, прервал лошадиный разговор:
- Брыкунок, Игогока, заткнитесь! Человека разбудите!
Бздысыкпук говорил, что в этом мире зверюшки поумней наших будут, но чтобы настолько...
Восточное гостеприимство
Меня привели во дворец и через несколько минут я предстал пред ясными (немного замутненными) очами правителя. Султан, как султан. Обыкновенный. Дорогой халат, чалма. Хитрая рожа. Все, как положено.
- Ты Андрюха? - Сразу спросил восточный повелитель.
Я ошарашено подтвердил:
- Да... А откуда...
- Мы ее не трогали, так что козьи морды нам делать не надо. - Перебил султан. - Можешь убедиться. Только она сейчас спит. Не знаю, кто из вас главней, но я бы не советовал ее будить. Так что твоя Гюльчатай в целости и сохранности. Да, ты садись, мы всегда рады таким высоким гостям.
Я сел напротив повелителя за столик, уставленный всевозможными яствами и напитками.
Выходит, Лялечка не только благополучно приземлилась, но и еще успела навести шороху и в султанате. Вот, только почему Гюльчатай? Может, это и не Лялечка вовсе? Хотя, нет, вероятность того, что кто-то еще знал мое имя и пообещал всему султанату сделать козьи морды равнялась нулю.
Я заметил, что, не смотря на радушную улыбку, султан изредка бросает на меня настороженные взгляды, как будто опасается чего-то. Словно в нем происходит борьба между осторожностью и привычкой в одночасье, только мановением руки, решать любые проблемы и утолять прихоти.
Я решил воспользоваться этим, пока привычка повелевать не возобладала в нем над опаской сделать что-либо непоправимое.
- Рассказывай.
Я постарался, чтобы это прозвучало и не как приказ, мало ли, вдруг он оскорбится, но и не как просьба. Важно было не перегнуть палку.
- Прилетела она так же, как ты. Совершенно неожиданно. Тебя-то мы уже ждали. Переполох поднялся, конечно. Сняли ее. Она сразу предупредила, что если кто ее пальцем тронет, то придешь ты и сделаешь всем козьи морды. Мы, правда, не трогали ее. Локоть она при посадке стесала.
- Сильно? - Озаботился я.
- Нет. Пустяковая царапина... Я сразу понял, кто ее послал. Как тебя усадил за стол. Предложил откушать. Она сказала, что сидит на какой-то диете, съела почти целого жареного гуся, выпила кувшин вина, теперь спит.
Это Лялечка. Несомненно. Только она может сказать, что на диете, а после этого съесть (вернее слопать) недельный запас провизии.
- Хорошо. А папики у вас есть?
- Проверяешь? - И без того узкие глазки султана превратились в щелочки. - Думаешь, мы от веры отступили и перешли в лоно церкви? Или тебе потребно показательную казнь устроить? Только скажи, я отряд отряжу, наловят тебе папиков сколько угодно.
- Нет. Папики мне как раз не нужны.
- Тогда зачем спрашивал? - Султан был в недоумении.
То что он принял меня за кого-то другого, являлось фактом очевидным, но, вот, за кого? Одно неосторожное слово могло погубить не только меня, но и ничего не подозревающую, спящую Лялечку. Я решил быть предельно осторожным.
- Ты, кажется, что-то говорил про вино?
На лице правителя отразилось облегчение. Щелчок, и перед нами возник раб, который тут же наполнил бокалы янтарной жидкостью.
- За знакомство. Тебя как зовут?
Вновь появилась недоверчивость:
- Если ты тот, за кого мы тебя приняли, то должен знать.
Вот тебе и здрасьте! Знать бы за кого меня тут держат...
- Тот, тот! Только давно здесь не был. Думаешь, ты у меня один такой? Я сам не ожидал от себя подобной наглости. - Так что давай все по порядку. Все, все, все. Как зовут, кому поклоняетесь, какие отношения с Паханом. Даже кто я такой. Отвечай все без утайки, а я проверять буду.
Я решил вновь воспользоваться этим приемом. С Далдоном, вроде нормально проехало, может и здесь повезет? Хотя, конечно, султаны - не чета простодушным царям... Мысленно я зажмурился. Не знаю, как этот, но наши султаны уж шибко изощренными слыли насчет способов казни. На кол, например, посадить или кожу содрать. Но внешне я держался совершенно спокойно, даже немного высокомерно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
