— Я хочу, чтобы ты нас поженил, немедленно, — заявил я, входя в комнату.
— К сожалению, это невозможно, — отрезал жрец.
— Что значит «невозможно»? Перед тобой стоит принц, а не обычный житель, — возмутился я.
— Принц Элерион, вы понимаете, что брак — это нечто серьезное. Тут важны всякие нюансы, которые могут помешать во время бракосочетания, — попытался он убедить меня.
— Какие нюансы ты имеешь в виду? Чтобы луна находилась в определенной фазе или чтобы гости стояли в ровном кругу?
— Но вы не понимаете, брак — это не шутка.
— А тут никто и не шутит. Жени нас! — потребовал я.
Жрец был недоволен моим поведением, но он был бессилен. Я уже предвкушал наше с Марфой объединение, и ничто не могло помешать этому.
— Жени нас, иначе я расскажу королю о твоих тайных снадобьях. И о том, как ты их предоставляешь стражникам.
— Вы говорите совершенно несуразные вещи, — возмутился жрец.
— Я видел все. Стражники часто курили запрещенное травяное снадобье в саду у Ивы. Запах тогда стоял на весь королевский дворец, — злобно ухмыльнулся я.
После моих слов его сопротивление ослабло, а его плечи опустились. Он начал читать староэльфийскую молитву, разбрасывая траву вокруг нас. И тогда над нами зажглось священное сияние, которое потоком яркого света обрушилось на наши сердца.
— Отныне и на веки. Я провозглашаю вас мужем и женой перед Эльфийскими духами.
Мы были счастливы и не могли оторваться друг от друга, даря все больше ласки. Покинув комнату жреца, мы отправились на прогулку по саду, где провели прекрасное время, гуляя и беседуя. Вернувшись в нашу комнату, мы ощущали полноценное счастье, ставшие настоящей семьей. Наш первый вечер в качестве мужа и жены оказался волшебным, наполненным любовью, теплом и радостью.
***
Дни, предшествующие свадьбе с Марфой, мчались быстрее мгновения, и я испытывал полное счастье в предвкушении нашего торжества. Я не уставая, прижимался к своей возлюбленной, желая находиться рядом с ней каждую минуту. Даже в день свадьбы я не мог себе позволить ни на мгновение отойти от нее. Однако мой друг Финвэ, стремясь быть разумным, непрерывно охлаждал мой пыл.
— Элерион, успокойся. Ей нужно время на подготовку, — умиротворял он меня.
— Я не могу. Почему это занимает так много времени?
— Вы уже женаты. Зачем тебе так торопиться?
— Я хочу увидеть ее, обнять. Без нее моя жизнь пуста.
— Потерпи, неугомонный. Скоро она спустится и вы снова не будете отлипать друг от друга, — подшучивал Финвэ, играя бровями.
Но все же я стремился безусловно быть рядом со своей возлюбленной, там, где мне было тепло и уютно. Мои руки дрожали настолько сильно, что я не мог даже спокойно одеть свой парадный камзол. Камзол, который шили неделями, чтобы он гармонично сочетался с платьем. Однако, как только я оказывался перед алтарем в главном зале, напряжение становилось все более ощутимым. Я непрерывно оглядывался, ища Марфу среди гостей. И внезапно это произошло — музыка заиграла, и Марфа предстала перед моими глазами.
Я рассматривал ее, словно божественное и восхитительное создание. Ее белоснежное платье украшали золотые вышивки, поющие о любви. Когда она приблизилась ко мне, я не смог устоять и выразил свои чувства — она была просто несравненной. Жрец начал свою торжественную речь, и над нашими головами что-то засияло. В это самое мгновение зал наполнился радостью и аплодисментами. Однако радость неожиданно померкла, когда на сцену неожиданно вышел мой старший брат Феанор. Я был потрясен. «Что он здесь делает?» — задался я вопросом.
— Что я вижу, — сделал он театральную паузу. — Ты все же решился взяться за ум или это все жажда оказаться на троне.
— Ох, Феанор. Кто тебя сюда пустил? — поинтересовался я.
— Я сам. Есть какие-то претензии?
— Зачем ты здесь? — серьезным тоном начал отец.
— Папенька, а что не понятного? Я хочу получить то, что мне полагается по праву.
— Трона ты не получишь! — отрезал отец.
— Получу, не переживай, — заверил он с гнусной улыбкой.
В ту же секунду Феанор приказал уничтожить всех присутствующих на свадьбе, и перед моими глазами обрушился мир. Ощутив, что этот день, полный радости и счастья, превратился в настоящий кошмар, размышления отходили на второй план. Я мгновенно схватил свою возлюбленную за руку и быстро потащил ее из зала. Мое сердце бешено колотилось в груди, а дыхание стало нерегулярным и учащенным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы спешили бежать из замка, путаясь в бесконечных коридорах, где разносились наши шаги и откликалось глухое эхо. Преследователи моего брата настигали нас все ближе, их дыхание чувствовалось за нашими спинами. Наконец, мы выбежали на главную площадь, где был протянут путеводительный портал. Перед нами возвышалась огромная каменная постройка, и ее свет затрагивал небо. Сжимая руку Марфы, я знал, что только здесь мы сможем открыть портал в другой мир.
— Тебе нужно идти, — молил я ее.
— Я не оставлю тебя! — закричала она, крепко сжимая мою руку.
Я понимал ее беспокойство. Наша любовь была крепкой, и мы не могли себе представить жизнь раздельно, но наша безопасность была на кону, и я не мог позволить ей лишить себя шанса спастись. Через несколько секунд мое беспокойство отразилось в глазах. Я увидел, как смертоносная стрела, выпущенная преследователем, несется прямо на Марфу. В это мгновение я понял, что время истекает, и строить стены любви против смертельной угрозы — ошибочное решение. С мощным толчком я оттолкнул Марфу в портал.
Вместе с горьким чувством потери я почувствовал, как смертельный удар от Феанора достиг моей спины. Следующие мгновения плыли передо мной в замедленном танце. Я слышал крик Марфы, чувствовал ее боль, но был без сил что-либо сделать. Мое сознание погружалось во тьму, и я пытался ухватиться за последний осколок реальности. И вот, будто невидимая рука тянула меня к свету.
Когда я пришел в себя, обнаружил себя в лазарете, охваченный жестокими болями в спине и голове, свидетельствующими о серьезных повреждениях. Однако, я благодарил небеса за то, что стражники спасли меня в последнюю минуту, иначе я был бы обречен. Мысли о Марфе не покидали мою голову даже в боли и слабости. Я жаждал знать, как она, и наше дитя, ведь брат все еще мог причинить им боль. Лежа один, я рассуждал о будущем, мое сердце было оплетено твердой решимостью — я должен вернуться к Марфе и нашему ребенку. Брат, который пытался лишить меня всего, скоро получит заслуженное возмездие.
Мои раны заживали, и с каждым днем я становился сильнее. Я впитывал новые идеи и планы, родившиеся в моей голове во время пребывания в лазарете. Узнав о серьезных травмах, полученных отцом, которые оказались гораздо хуже, чем у меня, я понял, что его жизнь висит на волоске. Поздним вечером меня нежданно посетили стражники, которые были мне верны. Они рассказали мне, где может находиться мой брат, со своим оставшимся войском.
Я мгновенно отдал приказ собраться всем стражникам. Когда все были готовы, мы отправились к предполагаемому месту, где Феанор мог скрываться. И, действительно, мы нашли его там. Наступила кровавая битва, где кто-то мстил за погибших, а другие сражались за правду. Воины Феанора пали, а сам брат был повержен моим другом Финвэром.
Вернувшись домой, я отмылся от крови и пота. Незамедлительно направился к отцу. Нас ожидала серьезная беседа.
— Отце, Феанор мертв, — кратко сказал я, присев напротив отца. — Я понимаю, что ты сейчас не в силах руководить королевством. Но я хотел бы просить тебя, чтобы ты отпустить меня. Хотя бы на день, чтобы я мог найти и забрать Марфу с ребенком, — попросил я его.
— Понимаю, сын. У меня есть человек, который поможет. Ступай и не возвращайся без них, — ответил спокойно отец.
Выходя из лазарета, я сразу направился к порталу. Где у самого входа в портал, я попросил Финвэ передать мне кольцо, которое я собирался подарить Марфе в день свадьбы. Сжимая его в руке, я мысленно перебирал свои счастливые мгновения, входя в мерцающую гладь. Чтобы уже через секунду оказаться на обрыве, рядом с маленьким мальчиком. Мы рассматривали друг друга несколько мгновений, но я уже без сомнений знал, что это мой сын. Я сделал шаг в его сторону, и мальчик бросился ко мне, обнимая мои ноги.
