Читаем без скачивания Дракон и Судья (ЛП) - Зан Тимоти

Дрейкос вздохнул: — Джек, мы даже не знаем, что ищем, — сказал он. Не говоря уже о том, что всё твоё оборудование для обнаружения и датчики находятся на борту “Эссенея”.

— Это значит, что нам придётся довольствоваться нашими глазами, твоим носом и языком, — сказал Джек. — Эй, ты тот, кто сказал мне, что войны К’да имеют право и обязанность выносить приговор убийцам.

— Это по законам К’да и Шонтин, — напомнил ему Дрейкос. В любом случае, мой главный долг — защищать хозяина.

— Так и будет, — заверил его Джек. Ты всё время будешь здесь, рядом со мной. Послушай, Дрейкос, пройдёт неделя или две, по меньшей мере, прежде чем кто-нибудь сможет сюда добраться. Может быть, даже больше — номер, по которому звонил твой знакомец, относиться к Барк — пулу, а эта система проходит почти через весь “Рукав Ориона”.

— Если только они не решат потратить дополнительное топливо, чтобы получить дополнительную скорость.

— А это значит, что кто бы это ни был, он даже не удосужится послать кого-нибудь, — продолжал Джек. Прошло одиннадцать лет, в конце концов. Сомневаюсь, что кому-то уже есть до этого дело.

За исключением тебя, — мелькнула мысль в голове Дрейкоса. — Мы должны по крайней мере вернуться в космопорт и попытаться связаться с дядей Вирджем, — убеждал он. Пусть он знает, что мы делаем, и пусть будет наготове на случай неприятностей.

Джек долго молчал. Вообще-то я склонен думать, что “Эссеней” здесь, — наконец сказал он.

Дрейкос почувствовал, как у него выгнулась шея. — Это невозможно, — сказал он. Дядя Вирджил запрограммировал корабль так, чтобы он был рядом с тобой, защищал тебя.

— Тогда где же он? — Дядя Вирджил знал обо всём этом, помнишь? Он должен был кружить над головой ещё до того, как мы приземлились.

— Но куда бы он мог деться?

Джек покачал головой. — Не знаю, — сказал он, и его сиюминутная вспышка гнева угасла. — Может быть, Фрост или Неверлин выследили нас здесь и смогли прижать его. А может, они его и не схватили, но ему пришлось лечь на дно, как это было на Ро Скорви.

Он глубоко вдохнул, затем медленно выпустил воздух. — Или же Элисон взяла управление в свои руки и улетела.

Дрейкос колебался, он хотел возразить, но… С тех пор, как Элисон и Джек познакомились в тренировочном лагере “Whinyard’s Edge”, он чувствовал, что девушке можно доверять. Это доверие только укрепилось за время их совместного пребывания на Ро Скорви. Трудно было поверить, что она могла их предать.

Но Дрейкос и раньше ошибался. — Не думаю, что дядюшка Вирдж позволит надолго заблокировать или нейтрализовать себя, — сказал он вместо этого. — Борт был запрограммирован Вирджилом Морганом, а мы оба знаем, о его уме и хитрости.

— Да, но у меня такое чувство, что Элисон гораздо умнее и хитрее, чем кажется, — сказал Джек. Но неважно. Главное, что бы ни случилось с “Эссенеем”, у нас всё ещё есть доступ к этому шаттлу. Мы можем улететь в любой момент, когда захотим.

Дрейкос взмахнул хвостом. Конечно, в этом аргументе были серьёзные пробелы. Но было ясно, что Джек не захочет это обсуждать. — И пока мы разбираемся с этим, ты хочешь расследовать смерть своих родителей?

Перекатившись на кровати, Джек пододвинулся к тумбочке и взял шляпу Судьи-Паладина. Я не могу просто уйти, Дрейкос, — тихо сказал он, теребя шляпу, — я просто не могу.

— Я понимаю, — сказал Дрейкос, признавая своё поражение. Оставаться здесь было ужасной идеей — все инстинкты воина в его сердце кричали, чтобы они покинули это место.

Но он был поэтом — войном К’да, и его первейшей обязанностью был долг перед хозяином. Джек хотел остаться, значит, они останутся.

И он понимал, что Джеку нужно это сделать.

— Эй, не смотри на меня так, — предупредил Джек чуть более бодрым голосом. — Всё будет в порядке. В тусклом свете снаружи Дрейкос увидел, что мальчик слегка улыбнулся.

ГЛАВА 8

— Юпа Джек?

Не открывая глаз Джек поморщился. Да что же это такое…?

— Юпа Джек? — его снова позвали.

С усилием Джек приоткрыл одно веко. Из другой комнаты исходило слабое свечение, но ни один здравомыслящий человек не признал бы это за настоящий дневной свет. — Я здесь. В чём дело?

— Уже рассвет, Юпа Джек, — сказал Голвин, — Пора просыпаться и готовиться к своим обязанностям.

Джек нахмурился. — Что, уже?

— Большинство прочих уже проснулись, освежились и приступили к своим обязанностям, — укоризненно ответил голос.

— Потрясающе, — пробормотал Джек себе под нос. — Хорошо, я сейчас приду.

— Я буду ждать снаружи, чтобы проводить вас в Большой зал собраний, — сказал другой голос, и Джек услышал едва уловимый шорох бахромы, когда посетитель вышел.

— В Большой зал? — прошептал Дрейкос с плеча Джека.

— Первый сказал, что они установят для меня судейское кресло рядом с его местом принятия Решений, — сказал ему Джек. Судя по тому, что вчера говорил Одчесе, я надеялся, что сначала им потребуется несколько дней, чтобы перевести все материалы дел на английский.

— Или Всеобщий, как, по-моему, они его называют, — сказал Дрейкос.

— Неважно, — сказал Джек. Может быть, у нас будет шанс проверить район шахты. Но я думаю, что сегодня мы вне графика. Я надеюсь, они не ожидают, что я прочту это их птичье письмо.

— Я уверен, что они об этом подумали.

— Может быть. Собравшись с силами, Джек сбросил с себя одеяло и встал на пол. Камень был холодным, как он и ожидал. — В любом случае, я не помню, чтобы в энциклопедиях “Эссенея” говорилось о том, что Судьи-Паладины приступают к работе до того, как проснутся птицы.

— Возможно, это местный обычай, — сказал Дрейкос, соскочил со спины Джека и спрыгнул на пол. Он вытянулся по-кошачьи, по его чешуе пробежала мелкая дрожь. Надеюсь, одежда, которую они тебе дали, теплее, чем кажется.

— Думаю, каньон прогреется, как только взойдёт солнце, — сказал Джек, направляясь в ванную. — Надеюсь, в этом душе есть горячая вода.

— А это возможно?

— Это возможно, — сказал Джек. Многие камбузы и ванные комнаты космических кораблей спроектированы так, чтобы быть как можно более автономными.

— Стоп, — внезапно сказал Дрейкос, его уши напряглись.

Джек замер на середине шага, затаив дыхание. Он ничего не слышал. — Что такое? — прошептал он.

Медленно уши К’да вернулись в своё обычное положение. — Мне показалось, что я услышал шум, — сказал он. — Как будто кто-то скрёбся по камню.

Джек посмотрел в сторону двери. Никого не было видно. — Эй? — позвал он. Есть кто-нибудь?

— Я не думаю, что это было снаружи, — прошептал Дрейкос. Это был слабый отзвук.

По коже Джека пробежали мурашки, когда он посмотрел на один из белых камней в нише между стенами. — Одина из шахт? — спросил он.

— Возможно, — сказал Дрейкос, — Во всяком случае, теперь это прекратилось.

Джек глубоко вздохнул. — Ну, держи ухо востро, — предупредил он. Он снова направился к душу. — Кстати, я говорил тебе, что, я кажется, понял, что такое стороны и опоры?

— Стороны — это, скорее всего, политические или социальные группировки, которые обычно сталкиваются в вопросах, касающихся управления каньоном, — сказал Дрейкос. Опоры — это, возможно, те Голвины, которые в прошлом доказали свою честность и надёжность в своих свидетельствах.

Джек скорчил гримасу. — Иногда я не знаю, зачем вообще с тобой разговариваю, — буркнул он. — Иди завтракай мясом грызунов. Я выйду через минуту.

Душ оказался приятно горячим. Мыло, которое предоставили Голвины, не показалось очень эффективным, но полотенце было толстым и странно пористым. Джек вымылся, надел рубашку и джинсы и быстро позавтракал.

По вкусу мясо больше напоминало рыбу, чем грызуна.

После завтрака он вернулся в спальню, снял с себя лишнюю одежду и облачился в халат, пояс, пыльник и сапоги из своего нового офиса.

Несмотря на опасения Голвина, одежда, казалось, сидела достаточно хорошо. Сапоги были немного великоваты, но не настолько, чтобы стать проблемой. — Как я выгляжу? — спросил он, разводя руки в стороны.