владыкой всего мира, разве мог он отказать в такой мелочи своей сестре и жене?
Завладев соперницей, Гера отдала ее под охрану стоглазому великану Аргусу, знаменитому тем, что он никогда не спал. Это был грубый, неотесанный мужлан, который постоянно кричал и ругался. Можно вообразить каково было в его обществе несчастной Ио, да еще в образе коровы! Она ведь даже пожаловаться никому не могла и только жалобно мычала. Впрочем, Зевс не забыл о ней и вскоре отправил на выручку Ио своего сына Гермеса. Этот бог хоть и слыл за великого плута и пройдоху оказался в затруднительном положении — подойти незаметно к Аргусу и что-нибудь стащить у него из-под носа представлялось совершенно невозможным. Но хитрец нашел ловкий выход — он уселся неподалеку и принялся насвистывать на флейте разные мелодийки. Начав с веселых и разухабистых, он перешел к нежным и протяжным, а под конец так убаюкал великана, что тот заснул первый раз в жизни. Гермес потихоньку увел от него Ио, но расколдовать ее не успел, так как Гера обнаружила пропажу и послала вслед беглянке огромного овода. Ну и жало было у него! От мучительных укусов рассудок Ио совершенно помутился. Как безумная бросилась она бежать сначала на север, а потом на юг. Она побывала в стране скифов и на Кавказе, в Малой Азии и Индии, в Аравии и Эфиопии. Наконец, после долгих скитаний, Ио добралась до Египта. Только там, на берегах Нила, вдали от Геры, Зевс смог освободить ее от чар и вернул бедняжке человеческий облик.
Данай и Данаиды
Сделавшись женой Зевса, Ио родила ему сына Эпафа. Внуком этого Эпафа был Бел, царствовавший в Хеммисе — небольшой области на юге Египта. У него было двое сыновей-близнецов, одного из которых звали Эгипт, а другого — Данай. Каждый из них правил в своем царстве, но у Эгипта от разных жен было пятьдесят могучих сыновей, а у Даная — пятьдесят прекрасных дочерей. Первых называли по их отцу сыновьями Эгипта, а вторых — Данаидами. Когда дети подросли, сыновья Эгипта стали свататься за своих двоюродных сестер, но Данай наотрез отказал им. Из-за этого возникла великая вражда. Сыновья Эгипта пошли войной на своего дядю, разбили его войско и вынудили бежать. Куда мог податься после этого Данай со своими дочерьми? К счастью, они вспомнили о своей прародине Арголиде, откуда в свое время пришла в Египет гонимая Герой Ио. Под руководством отца Данаиды построили большой пятидесятивесельный корабль и бесстрашно переплыли на нем море.
В то время в Аргосе царствовал Геланор — прямой потомок Форонея. Он слышал о несчастье, постигшем Даная, и готов был оказать ему помощь, но тот отказался ее принять. «Мы не просители, — заявил он гордо, — я явился в свою страну как ее законный государь требовать власти, которая принадлежит мне по праву». В его словах содержалась доля истины, ведь Данай был прямым потомком Зевса и принадлежал к более знатному и знаменитому роду, чем Геланор. Окончательное решение должен был вынести собравшийся народ. Оба претендента по очереди выступали перед ним. И с той и с другой стороны было приведено много доказательств и казалось, что Геланор говорит также убедительно, как его противник. Как тут поступить? Жители Арголиды отложили решение до следующего дня. Никто не знал на чью сторону склонится большинство. Однако утром произошло событие, изменившее настроение умов в пользу Даная: на стадо, пасшееся перед стенами города, напал волк. Он оставил без внимания коров и слабых телят, но накинулся на могучего быка — вожака стада и вступил с ним в борьбу. И вот у аргивян явилась мысль, что Геланор подобен быку, а Данай — волку: также как этот зверь, не живущий вместе с людьми, он не жил прежде со своими согражданами. И поскольку волк победил быка, то власть над городом была вручена Данаю.
Не успел Данай утвердиться на престоле, как в Арголиде высадилось войско сыновей Эгипта. Война возобновилась. Пришельцы окружили Аргос и долгое время держали его в осаде. А так как внутри укреплений не оказалось ни источников воды, ни колодцев, Данай в конце концов должен был вступить с племянниками в переговоры. Условия победителей остались те же, что и прежде: они хотели жениться на своих двоюродных сестрах! Однако Данай и его дочери были замешаны из того же теста — чего-чего, а упорства им было не занимать. Для вида Данаиды согласились вступить в брак с сыновьями Эгипта, но в душе возненавидели их пуще прежнего.
До поры до времени никто не догадывался об их чувствах. Ворота отворились, чужеземцев пустили в город. Народ радовался окончанию войны, и повсюду шли приготовления к общей свадьбе. Ночью накануне свадебного пира Данай собрал своих дочерей и сказал: «Доченьки! Нет нужды напоминать, сколько мы вынесли из-за наглости сыновей Эгипта. По их вине мы теряем уже второе царство, и боюсь, что третьего нам не найти. То, что вы должны сделать, многие осудят, но иного выбора нет, ибо никто не поможет вашему горю, кроме вас самих! Пообещайте мне, что вы будете тверды». Девушки одна за другой подходили к отцу, приносили клятву, и каждая получала от Даная большую острую булавку, которую прятала в своей прическе.
На другой день весь город гулял на свадьбе Данаид и сыновей Эгипта. Поглазеть на нее собрались люди со всего Пелопоннеса. Еще бы! Не каждый день можно увидеть как пятьдесят царевичей женятся на пятидесяти царевнах. Было много танцев и песен, игр и торжественных речей. Данаиды улыбались своим избранникам и казались воплощением мягкой женственности. Но когда пришла ночь, и молодожены разошлись по своим опочивальням, они отбросили свое притворство. Распуская волосы, каждая из девушек извлекла данную отцом булавку и вонзила ее в сердце своему мужу. Сорок девять Данаид бестрепетно исполнили свою клятву. Только юная Гипермнестра, которой очень полюбился ее супруг Линкей, не смогла покуситься на его жизнь. С ее помощью юноше удалось выбраться из дворца, а потом бежать из города. Сама Гипермнестра не последовала за ним, хотя знала, что ее ждет суровое наказание.
В полночь Данаиды сошлись на берегу Лерны. Сорок девять из них принесли головы своих мужей. Одна Гипермнестра пришла с пустыми руками. Когда Данай услышал о ее своеволии, он пришел в неистовый гнев.
— Дрянная ослушница! — закричал он. — Своим поступком ты бросила вызов всем нам! Теперь повсюду будут твердить о нашей жестокости, а твоих сестер назовут убийцами! Ты
