Рон упал на колени, добравшись до Мальчика — Который-Выжил, положив два пальца на его запястье в поиске пульса. Почувствовав его, хотя и очень слабый, рыжий парень сделал то, что продиктовал ему инстинкт. Поместив ладони на грудь умирающего друга, он пожелал, чтобы раны исцелились. Спустя несколько драгоценных минут, из–под его ладоней замерцал мягкий голубой свет, распространившийся по всему телу раненого парня. Он залечил некоторые самые серьезные — смертельные раны. Через несколько минут Рон почувствовал истощение и без сознания упал поверх своего друга.
Глава девятая — Последствия битвы
Переводчик Dark_Malvinka.
Рон очнулся с головной болью. Открыв глаза, он застонал от того, что яркий свет больничного крыла резанул по ним. Он слышал взволнованные голоса вокруг, но боль в голове мешала сосредоточиться на чем–либо. Обрывки разговоров долетали до его уставшего мозга, но ничего не проясняли.
— … неделю… рад… истощен…
— Хоть бы… Гарри… все еще без сознания…
— Теперь… проснулся… что… битва…
— Ты… слышишь… разговор… нас?
— … дай… чуть… времени…
— Вытащил… его…
Со стоном Рон перевернулся на другой бок, подальше от голосов и провалился в глубокий сон.
Проснувшись в следующий раз, Рон обнаружил, что головная боль была намного слабее. Когда он приоткрыл глаза, увидел, что над ним склонились две расплывчатые фигуры, каждая держала его за руку. Он предположил, что коричневое пятно — должно быть, Гермиона, а красное — Джинни, хотя и не мог разглядеть их лиц. Как только он привык к свету, расплывчатость уменьшилась, и он смог отчетливо увидеть двух подруг. На их лицах было написано облегчение, но Рон все же заметил беспокойство в глазах. Ему нужно было узнать, что происходит. Он не мог вспомнить ничего о битве, или почему он оказался здесь. Так что был очевиден единственный вопрос.
— Что произошло?
Гермиона обменялась взглядом с Джинни, как–будто они решали, кто объяснит все ему. Когда беззвучный диалог закончился, Гермиона вздохнула и повернулась к своему парню.
— Ты в лазарете Домус Корвус Коракс. Ты пробыл здесь последние две недели. Ты ненадолго пришел в себя в понедельник, но уснул до того, как мы смогли с тобой поговорить. Можешь вспомнить, что произошло во время сражения?
Рон усиленно думал, но ничего не получалось. Его воспоминания последних минут до того, как он упал без сознания, были туманными. Последнее, что он четко помнил…
— Гарри! На Гарри напали!
— Верно. Это последнее, что ты помнишь? — спросила Джинни.
Рон сосредоточился на картинках, всплывавших в голове, но ситуация не прояснилась.
— Да. Все остальное расплывчато. Я помню, что на Гарри напал… вампир?
— Да, правильно. Со своей позиции я видела, как ты бежал к нему на помощь, но в него попало несколько заклинаний. Ты сделал… что–то… с ним, но мы не знаем что. Потом ты упал от истощения, — сообщила Гермиона.
Эта новая информация заполнила некоторые пробелы в памяти Рона, и он начал вспоминать какие–то детали.
— Я вспомнил кое–что, когда ты сказала об этом. Я что–то сделал своими руками. Они начали светиться. Я видел, что он серьезно ранен, и хотел исцелить его, но не знал — как. Гарри единственный знает все об эльфийской целительской магии, но не я. Я почувствовал себя таким беспомощным, и я просто… пожелал … ему поправиться. Думаю, некоторые самые серьезные раны исцелились, но потом я почувствовал усталость и не мог больше держаться.
— Ты, наверное, истощил себя, делая… ну, тем, что ты там сделал. Я никогда не слышала о подобном раньше, спрошу у профессора Дамблдора, когда он вернется. Он приходит каждый день проверить ваше состояние. Джинни и я пробыли здесь все время.
— Вы пропускаете занятия?
— Вы важнее школы. Мы собирались переместить вас в Хогвартс, но Мин решила, что движение навредит Гарри.
— Гарри! Конечно! Как он? Где он? Можно с ним поговорить?
Обе девушки опустили глаза. Они боялись сказать Рону, что случилось с его лучшим другом, но знали, что нельзя больше это оттягивать. Джинни заговорила.
— Рон, Гарри… он не может с тобой поговорить. Нападение вампира было серьезней, чем казалось. И оно подкрепилось проклятиями, брошенными Пожирателем Смерти.
— Только не говорите, что он… он не мог. Правда?
— О, он жив. Вроде того…
— ВРОДЕ ТОГО! Джинни, говори.
— Он пока не очнулся. Что бы ты с ним ни сделал, ты спас его от смерти, а Мин и Мадам Помфри сделали все возможное, чтобы исцелить физические раны. Рон, он ни на что не реагирует.
— Что означает…
— Он в коме.
Тем временем, в Хогвартсе, Сев начинал серьезно беспокоиться. Чуть больше двух недель назад Гарри вышел из Зала, сказав, что ему нужно кое–что сделать. Через два дня он без следа пропал из школы. У Сева было чудовищное ощущение, что с его другом произошло что–то серьезное. Он знал, что Гарри противостоит Темному Лорду, а от своего отца Сатануса, одного из наиболее верных Пожирателей Смерти Волдеморта, слышал, что на Хэллоуин было запланировано нападение. Он не знал об этом заранее, но утром 31 получил письмо из дома, рассказывающее о нападении и о надежде отца хорошо послужить хозяину. Севу все это было отвратительно, но зная о многих нападениях за эти годы, он перестал обращать внимание. Однако, когда Гарри не вернулся на Хэллоуин, слизеринец начал подозревать, что он был там, на стороне против его отца. Тот факт, что его единственный друг никогда не вернется, заставлял Сева нервничать.
Новости о сражении появились на следующий день в Ежедневном Пророке, рассказывающем о тайной организации, возглавляемой Дамблдором, сразившейся с Пожирателями Смерти и спасшими Святого Мунго. Кроме того, там указывалось, что потери были с обеих сторон. Увидев заголовок, Сев вздохнул с облегчением. Хотя Сатанус Снейп был верен Темному Лорду, у Северуса не было никакого желания следовать по стопам своего отца. Он ненавидел все связанное с Темным Лордом, но знал, что настанет время, когда отец позовет его на встречу для посвящения. Он ничего не мог с этим поделать и понимал это. Прочитав заголовок, Сев обрадовался, что Пожиратели проиграли, но потом он заметил слова о потерях, а когда Гарри не вернулся, он запаниковал.
Хотя Сев знал, что ситуация с его отцом безнадеждная, и ему придется столкнуться с выбором между службой Темному Лорду и потерей жизни, дружба с Гарри давала надежду. Надежду на лучшее будущее, которое он может изменить и однажды освободится от оков крови, ставивших его в тупик. Тренировки Гарри позволили ему начать расплату. Сев был более, чем уверен, что сможет пережить войну, чтобы однажды спастись от тех преступлений, которые ему суждено было совершить во имя Волдеморта. Гарри был его лучиком света в темном царстве, и его потеря сейчас разбивала вдребезги все стремления к лучшему в мальчике.
Шагая по коридору на урок Зелий, Сев услышал топот ног позади, а на его плечо опустилась тяжелая рука. Оглянувшись, он удивился, увидев Джеймса Поттера.
— Снейп, можно на пару слов?
— Мне нечего тебе сказать, Поттер, — фыркнул слизеринец.
— Ну, не начинай. Нам просто интересно, знаешь ли ты, где Гарри и его друзья. Никто не видел их две недели, и мы начинаем волноваться.
— Друзья Гарри пропали? Гермиона, Рон и Джинни? Я не заметил, но теперь, когда ты сказал…
— Так ты знаешь что–нибудь, Нюниус? — потребовал Сириус, начиная терять терпение.
— Не очень много, Блэк. А почему я должен рассказывать вам?
— Потому, что мы дружим с этими ребятами и волнуемся. Я уверена, ты тоже переживаешь за Гарри, — вставила свое слово Лили.
— Хорошо, идите за мной, — ответил Сев, направляясь в заброшенный кабинет. Запечатав дверь и наложив заглушающие чары, он повернулся к гриффиндорцам.
— Прежде всего, что вы знаете? — спросил он. Ремус решил взять разговор в свои руки.
— Мы ничего не знаем, Северус. В последний раз мы видели их на завтраке в Хэллоуин. Рон сказал нам, что уйдет в то утро, но вернется после обеда. Он ушел около девяти утра, и с тех пор ни мы, ни кто–либо другой не видели его.
— Что ж, я знаю не больше вашего, Люпин, только мои подозрения. Не могу говорить за остальных троих, поскольку не очень хорошо их знаю, но Гарри полностью противодействует Вы — Знаете-Кому. Он ненавидит его, но не рассказывал мне, почему…
— Мы знаем. Он просил никому не рассказывать, — заявил Сириус с ухмылкой, заработав сердитый взгляд Сева.
— Скажи мне. Может, это подкинет идеи по поводу ситуации.
— Хорошо, — сказала Лили. — Но не говори ему, что мы рассказали тебе. В прошлом году два месяца он находился в плену у Темных волшебников, его пытали. Маггловскими методами. Он покрыт шрамами; я удивлена, что ты не замечал. В общем, он не сказал, кто это был, но сказал, что поэтому ненавидит всех Темных Лордов. Единственное объяснение этому — он был пойман Ты — Знаешь-Кем и его последователями.
