Моя мама готовит великолепно. Особенно ей удается все, что связано с тестом: пирожки, чебуреки, манты, беляши. Сколько я ни билась, так и не смогла узнать у нее рецепт теста на чебуреки. А они у нее идеальнейшие. Про беляши вообще молчу. Это так вкусно, что невозможно остановиться. Ешь до тех пор, пока способен дышать. Но у мамы все жирное, плавающее в масле и маслом же сверху политое. Если суп, то такой, что ложка стоит, а сверху масляная пленка сантиметра на три минимум. Если мясо, то такое, чтобы жир с косточки сочился по пальцам. Беляши с чебуреками, которые требуется есть руками – все руки по локти в масле. Печень тихо постанывает от ужаса. Холестерин радостно зашкаливает. Талия раздается на глазах. Съел один мамин беляш – свободен на неделю. Первые два дня чувство голода вообще не испытываешь. Организм из последних сил пытается переварить съеденное.
И я никакими силами, никакими уговорами не могла убедить маму в том, что ребенок не может съесть два беляшика на завтрак, четыре чебурека на обед, три пирожка на полдник и заесть все это горой блинов на ужин. О, как я могла забыть про пышечки на ранний завтрак или на второй ужин!
– Но Вася ел их с кефиром! Кефир же на ночь полезен! – кричала мама, когда я сообщала ей, что ребенок не голоден в девять часов вечера, если он колобком выкатился из-за стола в восемь. Как не могла объяснить, что кефир, конечно, полезен, но лишь в том случае, если она не подмешает туда мороженое, плитку шоколада и те же пышки, которые умудрится засунуть в миксер и соорудить такой коктейль.
– Кефир – это же невкусно, – обижалась мама, – кто станет пить простой кефир?
– Мам, я, например. Могу выпить простой кефир.
– Ой, ты всегда была странная, – отмахивалась мама.
У меня не просто капризные дети, а капризные в крайней степени. Я до сих пор умираю у плиты, устраиваю пляски с бубном, чтобы их накормить. Нет, сын уже всеяден, но нос все равно воротит. Любит блюда из-под ножа, с плиты, свежие, неистово пахнущие, приготовленные специально для него. И при этом с удовольствием ест то, что сварганили друзья из университетской общаги. Или может питаться не пойми какими консервами во время сплавов на байдарках в Карелии. А в детстве давился картофельным пюре, обнаружив в нем крошечный комочек. Я пюре до сих пор через сито перетираю, чтобы не дай бог комочек не попался.
– Симуль, что ты сегодня ела? – спрашивала я у дочки, которая находилась на сборах.
– Мам, тебя только еда волнует? – обижалась дочь.
– Васюш, что ты будешь есть в поезде, пока доедешь до Петрозаводска? – интересовалась я, когда сын отправлялся сплавляться на байдарках.
– Мам, тебе лучше этого не знать, – отвечал сын, подразумевая лапшу быстрого приготовления и чай из пакетика, заваренного и отжатого уже трижды.
Я не просто сдвинута на детском питании – я маньяк детского правильного питания. Сын заметил однажды: «Мам, у меня могут быть любые болезни, но гастрит и панкреатит мне точно не грозят». И я сочла это комплиментом.
Дочь мало того что малоежка, еще и спортсменка. Она каждый день встает на весы, чтобы, не дай бог, не набрать лишние сто граммов. Оба мои ребенка в детстве могли голодать сутками, если им было невкусно. Да и сейчас спокойно переносят вынужденную голодовку. В принципе, я такая же. Лучше останусь голодной, чем проглочу гадость. Но я взрослый человек и могу вежливо отказаться от угощения. Моя стандартная отговорка: «Строгая диета, разрешено есть кефир вилкой и пить кипяток». В гостях, на встречах я действительно прошу налить в чашку кипяток. Да, пустой. Без чая и кофе. И желудок обманывает, и для здоровья безопаснее. К счастью, сейчас у всех свои, так сказать, диеты и зожные принципы, так что мой «кипяточек» выглядит вполне невинно и вписывается в тренд здорового питания.
Дети, особенно вежливые, умеют делать вид, что едят, засовывая еду за щеку. И способны носить эту еду за щекой часами. У моих детей в таких случаях заводился бурундук Хома. Не хомяк Хома, а именно бурундук.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Симуль, ты опять Хому собралась кормить запасами? – спрашивала я, видя, что дочь все еще не проглотила кусок. Дочь кивала и соглашалась тайно выплюнуть на салфетку то, что прятала за щекой.
Вася в детстве мог просто выплюнуть в салфетку то, что ему казалось несъедобным и невкусным. В девяноста девяти случаях из ста я была готова с ним согласиться, но приличия требовалось соблюдать. Поэтому бурундук Хома был нашим позывным – не плеваться прилюдно тем, что невозможно проглотить.
Рано или поздно вам придется выбираться в гости, везти детей к бабушкам и другим родственникам. Участвовать в детских праздниках. И ребенка нужно будет накормить на чужой территории едой, к которой он не привык. Что делать?
У меня всегда был отдельный детский стол. Но я ненормальная, так что – не показатель. Если хоть один раз кого-то накормила в своем доме, буду помнить, кто что любит, у кого на что аллергия, кто предпочитает кофе, а кто чай, и с какими добавками. Например, я помню гостью, на дух не переносившую запах бергамота в чае. А супругу приятеля моего мужа начинало мутить от запаха грибов. В сезон лисичек, страстно любимых ее супругом, она уходила в глухую самоизоляцию. Даже в соседней комнате бедная женщина не могла находиться, если в гостиной все наслаждались изысканным террином из лисичек. Про запах и вкус кинзы и про особые отношения с кедровыми орешками даже не хочу начинать рассказывать.
Для детей я всегда готовлю отдельно, помня, что Нюсе нельзя шоколад даже в микроскопических дозах, у Севушки аллергия на лактозу, Катюша будет лопать один хлеб, а Лиза готова съесть все что угодно, если сверху положить ягоду клубники. Котлета с клубникой, макароны с клубникой. Даже в суп можно клубничину положить, и Лиза радостно съест первое.
Детские вкусовые «извращения» для меня норма, а не что-то постыдное. Однажды я подкрашивала первое, второе и компот свеклой. Прекрасный мальчик Кирюша ел все только красного цвета, потому что однажды сильно полюбил борщ. Бабушка Кирюши с ног сбилась, на валокордин перешла, а потом приняла единственно возможно решение – варила свеклу, терла ее на терке и подкладывала в каждое блюдо горкой сверху. Кирюша, убедившись, что в еде есть свекла, ел на радость бабушке. Ну и в чем проблема? Мне не сложно отварить для ребенка свеклу.
Один-единственный прокол все же случился. Я приготовила шикарный стол, ломившийся от еды. Муж попросил грузинские блюда. Я пекла хачапури, делала сациви и лобио. Двое суток не отходила от плиты, замачивая, переворачивая, настаивая. Но важный гость, ради которого устраивался весь стол, оглядев блюда, вежливо поинтересовался, есть ли на столе что-нибудь без чеснока? Я упала в обморок. Грузинская кухня без чеснока, это… ну так не бывает в принципе. Самый вкус – смешать нарезанную кинзу, немножко мяты, тархуна с выдавленным чесноком и добавить в уже готовое блюдо. Запах – на весь дом. Вкус – умереть не встать. Без чеснока в тот вечер оказались лишь пироги. Я кинулась на кухню и приготовила из-под ножа все то же самое, но без чеснока. Не помню, как пережила тот званый ужин, поскольку гадала, насколько вкус тархуна сможет соответствовать чесночному.
Да, все дети едят куриный суп и любят макароны. Но я всегда выясняю у родителей – какие именно макароны любят дети. Цветные или обычные? В виде спагетти или трубочек? Бабочек или спиралек? Поверьте, это очень важно. Куриный суп ребенок съест лишь в том случае, если не обнаружит плавающих в нем кусочков лука, зелени и иногда – морковки. Иначе он посвятит час вылавливанию нелюбимых продуктов из тарелки. Дети бывают очень упорны в ловле морковки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мои дети сводили меня с ума. Сын любил гречку, но сначала обжаренную на сковороде, а только потом сваренную. Дочь на завтрак предпочитает «спрятанное солнышко» – когда яйцо жарится внутри ломтика хлеба, прикрывается вырезанным квадратиком, переворачивается на сковороде. При разрезании желток непременно должен вытекать.
