если бы узнала ее получше, ты бы поняла, что Живела очень хорошая. Она милая, нежная, ласковая. И она любит меня, мам. Очень сильно любит. Она не стала бы поступать так. И она сама сбежала от своего отца, потому что не разделяла его взгляды на войну с Королевством Кларин. Она пыталась уговорить его не трогать амазонок, но в Епархии в последние пару десятков лет очень сильно выросло количество населения. И Великий отец вынужден был расширить границы своей страны, чтобы прокормить свой народ. Но Живела всегда отговаривала его от этого шага. А когда он все же напал на воительниц сбежала, чтобы отец понял насколько он был не прав.
Он говорил явно не своими фразами, повторяя их с чужой интонацией и даже чужой мимикой. Я не сомневалась, Живела не использовала магию, когда вдалбливала ему все эти слова, бесконечно повторяя одно и то же. Она всего лишь пролезла в его душу.
— Подожди, сын, — остановила я поток его слов. — Я ни в чем не обвиняю Живелу. Возможно ты прав, она очень хорошая девушка и по-настоящему любит тебя. И, если ты думаешь, что я переживаю по поводу ее низкого происхождения, ты не прав. Я считаю, что дочь Великого отца вполне подходящая для тебя партия, пусть у нее и нет собственного титула. Дочери Эбрахила, которых я прочила тебе в супруги, вообще, рабыни по меркам Аддии, однако в Грилории важнее, что их отец султан. — Я улыбнулась, глядя, как в глазах сына появилась осторожная радость. Как будто бы он не верил моим словам, но очень хотел в них верить. — Но я знаю, ты способен оградить мысли от эмоций и сам увидеть то, что происходит. И разобраться, кто во всей этой ситуации играет на твоей стороне, а кто всего лишь притворяется другом.
— Да, мам, — выдохнул сын и впервые за все время улыбнулся. — Живела точно не при чем. Это, скорее всего, кто-то из ее братьев. Но я обязательно вычислю предателя. И тогда ему не поздоровиться.
Я кивнула.
— Но если ты права, мам, и Великий отец на самом деле настроен подчинить своей воле весь мир, то нам нужно что-то делать. Мы должны остановить его… У тебя уже есть какой-то план?
— Пока нет, — уклонилась я от ответа. Пока я не буду уверена в том, что слова сказанные Фиодору не дойдут до ушей Живелы, лучше придержать информацию, которая может навредить мне и моим людям. — Но если ты на моей стороне, то мы обязательно что-нибудь придумаем.
— Ну, конечно, мам, я на твоей стороне, — рассмеялся Фиодор, становясь похожим на себя прежнего. — Может отправить армию в помощь Княжеству Славия? Вдруг там все еще продолжаются бои? Думаю, Грилорским воинам под силу остановить магов…
Я криво улыбнулась. И задала вопрос, который мне совсем недавно задавал Аррам:
— Как ты думаешь, сколько времени нужно магам, чтобы разрушить город до основания и уничтожить всех людей, которые живут в его стенах?
Глава 7
Разговор с сыном пришлось закончить гораздо раньше, чем хотелось бы. Фиодор еще не успел ответить на провокационный вопрос Аррама, когда в дверь поскреблась несчастная Живела, потерявшая покой и сон в отсутствии своего возлюбленного. Оказалось сегодня утром, невеста короля почувствовала себя плохо, и поэтому почти половину дня провела в постели, восстанавливая силы. Даже сейчас она выглядела бледной и утомленной. Но больше всего меня поразили изменения, случившееся в дочери Великого отца по отношению ко мне. Теперь в ней не было ни капли той враждебности, которую я ощущала вчера. Напротив, Живела беззастенчиво льстила мне, превознося мои достоинства, и делала вид, что она страшно рада моего визиту. Она даже неловко пошутила, сказав, что мол я Великая мать, а ее отец — Великий отец, а значит им с Фиодором суждено было полюбить друг друга.
Однако я ее шутку не оценила. Мне, вообще, не понравились эти странные перемены. И я невольно задумалась, с чем это могло быть связано. И самое простое объяснение, которое сразу пришло на ум, было в том, что этой ночью невеста моего брата доложила кому следует о моем внезапном приезде и получила новые указания о том, как надо вести себя со мной. Это, кстати, объясняло и бледный вид магички. Если она использовала магию, чтобы каким-то неведомым образом связаться со своим отцом, то, вероятно, это потребовало от нее большого напряжения сил.
А вот Фиодор, казалось, ничего не замечал. Он просто обнимал Живелу и радовался, что его возлюбленная и я ведем любезную беседу, а не искрим от соприкосновения друг с другом, словно два оголенных электрических провода. Хотя когда прозвучала шутка про Великую мать и Великого отца, в его глазах что-то мелькнуло. Слишком уж сильно эта странная фраза пропахла нафталином.
Вечером я стала готовиться к вылазке в Нижний город. На сегодняшнюю ночь была назначена встреча с Орегом, мне нужно было сообщить ему о том, что наш план имеет слишком мало шансов на успех. Магов в Верхнем городе и в королевском замке гораздо больше, чем можно было себе представить.
Выйти незамеченной из королевского замка довольно просто, если ты знаешь его, как свои пять пальцев и владеешь секретами королевской семьи. Я дождалась, когда угомонятся слуги, выполняющие поручения гостей, проживающих в этой части замка, сунула в карман, собственноручно пришитый к подолу нижней юбки по всему краю несколько толстых часовых свечей и мешочек с огнивом, и осторожно выглянула наружу…
Темно. Тихо. Немного страшно.
Я не знала, на что способны маги, окружающие меня со всех сторон.
Но раздумывать тоже было некогда. Один из тайных ходов, ведущих за пределы королевского замка находился в тупичке верхнего этажа гостевого крыла. И чтобы туда добраться мне следовало пройти через весь коридор и подняться по лестнице на два пролета. Вроде бы не так много, но меня слегка потряхивало от волнения. Я осторожно кралась, прижимаясь к стенам и стараясь раствориться в густой тьме. Тяжесть свечей неприятно оттягивала юбку, но в соваться в подземелье без свечей страшная глупость. Как жаль, что у меня не было способностей моей дочери Хурры. Или хотя бы Гирема. Они прошли бы этот путь без каких-либо затруднений. Ночная тьма любила их.
Но все прошло гладко. Маги сладко спали в своих постелях. Я заметила, что они, вообще, предпочитали ложиться довольно рано. Возможно, это было как-то связано с их верованиями. Хотя я не замечал ничего особенного в поведении Антоса или Венима, однако должны была признать, эти маги из двух крайних сословий и могут
