горок, так еще и Зик перца подсыплет. Короче, не заскучаешь.
Вспомнил мое предыдущее пробуждение и сообщение о смерти Леи. Промотал групповой чат еще дальше. Девушка увиливала от ответов и так не объяснила причину смерти. Тихон тоже погиб, правда, лишь раз в отличие от хилерши, которая отправлялась на перерождение чуть ли не каждый час. Зик молчит, значит, ничего серьезного, просто ребята развлекаются.
Я подсел к Але с Тиссой, получил порцию благодарности за спасение и выслушал рассказ о их злоключениях. Так за разговорами и не заметил, как добрались до цели.
Ждать окончания действия побочки не пришлось, стараниями духа дебаф спал, стоило нам ступить на храмовую территорию. Работы по очистке местности велись по полной. Никто не ленился и не бездельничал. Я заразился общим энтузиазмом и сразу включился в процесс.
Собрал группу из крепышей и отправил на поляну с разбитыми осадными машинами. Надо все это добро к цитадели перетаскать, глядишь, что и восстановить получиться. Парочка стреломётов или катапульт в храме точно не помешает.
Старейшин поселения встретили тепло, времени на сантименты не было, так что девушки и Роузи сразу пошли осматривать территорию. Хватались за голову, вздыхали и охали. А у погребального костра никто из них не сдержался, все слезу пустили.
Одно дело мой рассказ, и совсем другое все самим увидеть, людям в глаза посмотреть. Главное, чтобы их теперь чувство вины не сожрало, за Тиссу я не переживаю, она столько всего видела и с того света вернулась, а вот Аля совсем еще юна.
Это все я подмечал краем глаза, так как порхал вокруг с лопатой, в одном месте ровнял землю и зарывал ямы, в другом наоборот откапывал участок под новую ловушку, весь ландшафт придется изменить, чтобы вернувшиеся домой с докладом противники донесли до начальства уже устаревшую информацию.
Землекоп подскочил до семёрки. Я поднялся наверх и пробежался вдоль всей стены. Затем умчался за храмовую территорию и оглядел местность глазами потенциального вражеского разведчика. Сделал скриншоты со всех ракурсов и несколько мысленных пометок, взял управляющий артефакт и расписал фронт работ на ближайшие недели. После чего провел совещание с главами крепости, и, наконец, выдохнул, планируя спокойно похлебать супчика из общего котла перед изнурительным путешествием.
Только зачерпнул и начал переливать в тарелку, как громыхнул взрыв, я выронил поварешку и чашку в котел, посуда разбилась, а обжигающее варево брызнуло в лицо. Зашипел, скривился, затрубил исцеляющую мелодию.
Народ подумал, что боевая тревога, побросал все инструменты, начал вооружаться и строиться.
— Вот это скорость реакции, — вслух восхитился я, замахав всем расходиться. Виновница взрыва уже вышла из лаборатории и, еле сдерживая слезы, провела по опаленной макушке. Я спрятал улыбку в кулак. Волосы на голове у Леи выгорели почти полностью. Хилерша раз за разом кастовала исцеление, но все без толку, похоже, такое лечиться только перерождением.
Большинство алхимических ингредиентов были новыми, и не всегда эксперименты с ними проходили удачно. После двух сгоревших шалашей, я запретил варить зелья в деревянных постройках. Пришлось прорубить окошко в одной из коморок в стене, камень покрывался копотью, местами трескался, но держал напор убойной химии.
Лея еще несколько раз летала на перерождение, а уж сколько раз ей отрывало пальцы, а то и руки по локоть и не счесть, да и отравление она иногда лечить не успевала, в общем, опыта теряла изрядно. А вот Тихон был куда более аккуратен, хотя и он однажды от бахнувших ингров улетел через стену. Мне пришлось качать Ремесло, кузнец в отрубе, а котлы плавятся и лопаются от взрывов. Латал, как умел. Да и Жора без дела не сидел, прокачивая навык стеклодува, плавил всё новые колбы и перегонные аппараты.
Мегида училась пользоваться вспомогательными орудиями, ведь её основной и пока единственный калибр, это, что называется, оружие судного дня, его будем применять только в крайнем случае при виде всяких боссов или, если огромный, злой, бормочащий пандарин нас все-таки настигнет.
Праведник времени даром не терял. Освятил все подозрительные места в радиусе нескольких километров, даже склеп умудрился найти и уничтожить. Вдобавок ходил в караулы вместе с бойцами, где регулярно отрабатывал в спаррингах свои фехтовальные навыки, на одних скилах далеко не уедешь, мана кончится, и всё.
Ирма тоже не прохлаждалась, тренировалась в создании костяных големов, экспериментировала с моделями, прокачивала некрофантазию. Поднимала всю нежить которую только могла, даже если глубина залегания костей оказывалась большой, некромантка не гнушалась поработать лопатой, если быть точнее, землю рыл Робин, а она внимательно следила, чтобы зеленокожий не отлынивал.
Все эти предосторожности не просто так. Паранойя разыгралась. Мне совсем не понравился главный босс, с которым мы бились. Кто знает, какие козыри еще в рукавах у семиликих. Вдруг они способным поднять все скелеты в округе. А так сунуться, а тут шишь, два костяка умерших от жадности — хомяк да жаба на весь район.
В таком бешеном ритме прошло два дня. Мы подготовились как могли. Запасли зелий, оружия, свитков, отработали движение группы на марше. В будущем останется наработать только слаженность в бою. Провожали нас всей крепостью. Зик торжественно открыл портал и отправил весь клан туда, откуда последний раз забрал.
Мы выпрыгнули из пространственной воронки во всеоружии, ожидая ожесточенного сопротивления местного четырехрукого босса. Да только его и след простыл. Ну и хрен с ним. Нам же лучше, быстрее дойдем куда хотели.
Переход получился длинным. Никаких из ряда вон выходящий событий не произошло, просто шли, изредка сражаясь с мобами, пока солнце не начало садиться. Подыскали место для ночевки в небольшом пролеске, развели огонь и расположились на отдых.
Группа расселась у костра, устало вытянув ноги. Раздалось традиционное «Чпоньк!», забулькала наливающаяся в деревянную кружку медовуха, зашипело. Хмельно-медовый аромат разошелся по округе.
Лея тут же поставила кипятиться какое-то алхимическое варево.
— Внимание, анекдот! — сказал картмастер, стараясь подражать голосу сталкеров. — Нашел, значит, алхимик рецепт самого сильно зелья в мире, идет по улице, читает рецепт и рассуждает:
— Так, сердце еще не вылупившегося дракона. Хм. Сложно, но можно.
— Слеза счастья красивой тридцатилетней девственности с покладистым характером. Чёрт. Придётся всю империю обойти, чтоб найти такую, а то и парочку соседних.
— Полоска кожи со спины короля. Ну нихренаж себе! Надо целую войну организовать с каким-нибудь захудалым царством.
— Три рыбьих глаза. Ну это уже перебор. Где я, бл#т9, трехглазую рыбу найду?
Все захохотали. А пиксель, довольный произведенным эффектом, пригубил напиток и блаженно закатил глаза.
— А чёрт с
