Так и вижу, как все эти ненормальные фанатки каждодневно сверяются с ним в желании понять, как далеко продвинулись к финишу. Я тоже была такой фанаткой Питера, и если б такой список действительно существовал, то непременно туда вписалась бы.
Однажды, задержавшись на дополнительных занятиях по Экономике, самой последней покидала стены школы. Точнее я думала, что больше, кроме меня и преподавателя, никого нет. Лениво спустилась с третьего этажа на второй и прошлась по всему длинному коридору к дальней лестнице, что выходила на парковку для машин. Машины у меня не было, но я надеялась, что кто-то из девчонок дожидается окончания факультатива. Не успела ступить на первую ступеньку лестницы, ведущую вниз, замерла, услышав слабый шёпот, совсем рядом со мной. Основной cвет давно отключили, горели лишь дополнительные лампы, расположенные в несколько метров друг от друга. В полумраке покрутилась на месте, пытаясь отыскать источник звука.
– Эй.
Большая дубовая дверь слегка отворилась, в небольшой щели разглядела чей-то силуэт.
– Ты можешь подойти, – шепотом позвал меня парень. Сделала осторожный шажок к кабинету директора. Но не могла увидеть, кто стоит за дверью. Заинтригованно ступила еще шаг, оставляя расстояние между собой и дверью, не больше полуметра. В гробовой тишине услышала тяжёлую поступь. Она разносилась по всему коридору. Должно быть, преподаватель по Экономике тоже покидает школу. Обернулась, могла уже различить силуэт педагога, приближавшегося ко мне. Но не успела этого сделать. Из-за дубовой двери показалась рука, которая не церемонясь втащила меня в кабинет.
– Шшш, - в кромешной темноте вижу силуэт высокого парня. Он прижимает мою спину к двери, а рукой затыкает рот. Делаю, как он говорит. Не издаю ни звука, не шевелюсь, даже дышу через раз. Знаю, кому принадлежит этoт голoс. Питер Гаррисон.
– Ты что здесь делаешь, пигалица? - спрашивает меня, когда в коридоре становится тихо.
Я смотрю на его подбородок, потому что выше голову задрать не получается, впрочем, как и ответить. Его рука на моих губах буквально пригвоздила мою голову к дверному полотну. Через секунду всё же убирает руку и делает шаг назад. Со своего крошечного роста, на таком расстоянии, теперь могу его видеть целиком. В темноте вижу, как светятся его серые, пронизывающие до костей глаза.
– А ты что здесь делаешь? - шепчу я, вдруг осмелев. Никогда не разговаривала с ним наедине. Я вообще, никогда не была с ним так близко. Я бывала в их доме, когда нам поручали совместное задание по Вычислительной математике с Гари. Но тогда Питер развлекался с какой-то девчонкой, прямо на газоне возле дома. Помню, как засматривалась на них в окно третьего этажа, из комнаты его младшего брата. Γари в тот день одергивал меня без конца и возвращал мыслями в то задание, что нам дали.
– Выгляни за дверь, - приказал мне Питер, проигнорировав мой вопрос. Встала как истукан, скрестив руки на груди. Что он задумал? Мы, в конце концов, в кабинете директора. – Эй, как тебя там, посмотри за дверь, проверь, всё ли там тихо.
– Кэсси, – представилась я, всё так же не сдвигаясь с места. Питер уже был возле директорского стола, открывая все ящики, что попадались под руку. Проверив всё содержимое, перешёл к большому стеллажу, что тянулся в длину всей стены кабинета.
– Тебе что, сложно? Посмотри за дверь, - перевёл на меня взгляд. Даже в темноте ощущала его нервозность.
– Ладно, - всё так же шёпотом сдалась я. Тихонько приоткрыла дверь и прошлась глазами по всему плохо освещенному коридору. - Вроде всё тихо, – сообщила, подходя поближе к Питеру. - Что ты делаешь?
– Кэсси, верно?
– Да, я так и сказала.
– Так вот, Кэсси, - парень выдернул какую-то папку из ящика и направился к столу. – Подойди и посвети мне, – протянул мне свой телефон, с включенным на нём фонариком. Сделала три неуверенных шага, слегка подрагивавшей рукoй взяла протянутый мне предмет. Луч света от фонарика упал на папку, которую парень уже раскрыл и перебирал имевшиеся там листы бумаги. Один листок явно привлёк его внимание, потому что он отложил его в сторону, а папку закрыл и отодвинул на край стола. Прочла, что на ней написано.
Экзаменационные работы. Экономика и Маркетинг.
Питер уже вовсю орудовал ручкой, вписывая в листок, какие-то данные.
– Это твоя работа? - поняла, что он делает. Парень молчал, сосредоточенно скрепя ручкой. - Питер.
– Что? - поднял на меня глаза.
– Это же незаконно, - воскликнула я. - А камеры?
– Камеру в кабинете я отключил, - указал на прибор, что висел над дверью. – А в коридоре, слишком темно.
– Я не очень хочу в этом участвовать, - как-то неправдоподобно воспротивилась я. Из-за нахождения в опасной близости от предмета своего обожания мое сознание рисовало разные вольности. Я видела его губы на своих губах или его руки на своём теле.
– Ну ладно тебе, Кэсси, - подливал масло в огонь Питер. Его голос становился слаще с каждой фразой. - Мне очень нужно исправить этот тест. Иначе с поступлением в колледж будут трудности. Ты ведь поможешь мне? Никому не скажешь?
– Давай, только быстро, – обернулась я на дверь. Питер хмыкнул себе под нос, продолжая заполнять пустые разделы. Через пять минут всё было сделано. Он вложил листок обратно в папку, а папку убрал в ящик, из которого доставал. – Так, - оглянулся по сторонам, шаря фонариком, который забрал у меня, по кабинету, проверяя, всё ли на своих местах. - Вроде всё в порядке, – громко выдохнул. - Ладно, иди первая. Посмотри, всё ли там тихо.
Развернулась, бросая взволнованный взгляд на парня. На что я подписалась? Приоткрыла дверь. Тишина. Ни души.
– Всё нормально, - прошептала я ему, открывая дверь пошире и выходя из кабинета. Питер еще раз прошёлся лучом света по кругу и тоже вышел за мной.
– Спускайся к парковке, - командовал он, – Если на первом этаже наткнешься на охранника, подай какой-нибудь знак.
– Какой? – недоумевала я.
– Ну покашляй громко, например.
Ничего не ответила и стала быстро спускаться. Преодолев ступеньки, оказалась на первом этаже и огляделась. Тут было светло, свет здесь не выключался даже ночью. Охранника, впрочем, как и всегда, не было на посту. Небольшая комнатушка, которую для него выделили, была плотно закрыта, и в маленьком окне посередине двери было темно.
