— Элия, быстрее… Туда!
Девушка не стала артачиться. Пригнулась, перебежала, затихла за спиной Брюса, прислушиваясь. Вдруг поморщилась, брезгливо поведя носом:
— Сдохло что-то?
«Хорошо, что пока не мы», — мельком подумал Брюс, подивившись вскользь изысканности лексического запаса наследной баронессы. Но воздух и впрямь пах смертью… Не гниющей плотью, а скорее отсутствием жизни.
Брюс и Элиалия укрылись за горбатым валуном, теплым от солнца. Ветер упорно гонял листву, сужая круги. Сквознячок сунулся за шиворот, завил петлю вокруг шеи… Брюс жадно хватанул воздух ртом. Горчащий воздух вмиг утратил вкус, иссушил глотку.
В свисте ветра померещилась издевка.
— Вон… там… проход… — в три приема просипел Брюс, задыхаясь. Наследная баронесса повернула к нему багровую физиономию с выпученными глазами. Руки прижаты к горлу. Криво раскрытый рот тщетно пытается насытиться бесплодным воздухом.
Несколько мгновений казалось, что сейчас девушка ринется прочь, забыв обо всем, и, скорее всего, воздушные стражи обглодают ее до костей, но…
Легко снявшись с места, Элия метнулась туда, куда Брюс показал.
Припав теперь уже к изъязвленным камням фундамента, они несколько минут жадно дышали, пытаясь утихомирить горевшие легкие и прислушиваясь, как потерявший добычу ветер рыщет вокруг.
Потом все стихло.
— Ладно, — вдруг сдавленно заговорила Элиалия, — признаю, ты не набивал цену…
Угу. Ему вообще цены нет. Прошляпить стража!..
Брюс сделал вид, что не разобрал ее хрипение.
…Раньше стены замка прикрывали железные щиты, сейчас от них уцелели лишь бурые вкрапления в камнях на месте креплений и легкая рыжина кладки. От облюбованного окна остался косой пролом, и располагалось оно достаточно высоко над землей, но все заложенные здесь западни уже явно сработали.
— Можно забраться по стене. Умеете?
Элиалия только надменно плечом повела. Запихнула конец косы под ворот куртки, прищурившись, окинула взглядом изъязвленную поверхность стены, ухватилась за один выступ, пристроила ногу на другой и заскользила вверх, как ящерица.
До пролома они добрались одновременно. Втиснулись в проем, едва не стукнувшись головами. И так же одновременно подались назад.
Потому что им навстречу качнулась черная, гладкая петля, с шипением разинувшая светлую пасть и распахнувшая перепончатые крылья. Потревоженная чужим вторжением змеептица свесилась откуда-то сверху и, не удержавшись, плюхнулась вниз, с треском распахнула крылья, извилисто скользнула между гостями и взмыла вверх.
…На лице Элии не дрогнул ни единый мускул. Она, безусловно, видела змею, но проводила ее таким же скучным взглядом, как какую-нибудь муху.
— Что ты так на меня смотришь? — наконец осведомилась она, когда пауза затянулась.
— Это была гадюка.
— Ну и что? Ты летучих гадюк никогда не видел? У нас гнездо таких на чердаке.
— Ядовитая, наверное… Впрочем, неважно, ядовитая она или нет. Любой человек хоть как-то реагирует на внезапно выпрыгивающую навстречу змею.
— Она не прыгала.
— Я, конечно, не ждал, что вы сопроводите ее появление визгом, как положено нормальной девушке, потому что вы явно ненормальная, но хотя бы на скромную пугливую реакцию с вашей стороны эта рептилия могла бы рассчитывать.
— Ей недостаточно твоей пугливой реакции? Или она предпочитает исключительно аншлаги?
— А как вы относитесь к мышам? — вкрадчиво осведомился Брюс. — К очень крупным?
— Если это мышь размером с лошадь, то она может рассчитывать на мое внимание. Я отловлю ее и сдам в городской зверинец. Тут такие водятся?
— Посмотрим.
— Будут еще вопросы?
Да, один. Откуда ты взялась такая? Но Брюс сильно подозревал, что в ответ на него услышит: «Из дома».
Внутри замок не производил впечатления. Наверное, лишившись некой ауры таинственности, что накрывала его снаружи, он стал проще и понятнее. Развалины и развалины. Обломки внутренних перекрытий, жирный налет копоти, исковерканные предметы… Здесь дрались долго.
— Мне нужна библиотека. — Элия с любопытством и без малейшего трепета осматривалась. — Это там! Я помню план этажей.
— В библиотеке ничего нет. Оттуда вывезли все в первую очередь, это ж бумаги самого Аррдеаниакаса. Они теперь в библиотеке Земледержца на Золотой земле.
— Если там сохранились стены, то это все, что мне нужно.
— Осторожно!
— Здесь же ничего нет.
— Это вы так думаете.
Стоит свои слова взять обратно. По поводу того, что замок не производил впечатления изнутри. Теперь, отдышавшись и оглядевшись, Брюс понял, что тот напоминает давно не тревожимое никем болото. Даже воздух здесь был другой — стоячий, тяжелый, гнилой. В нем дотлевали тени тех, кто пришел незваным.
На стене напротив парила черным дымком здоровенная, как углем выписанная косая девятиконечная звезда. Воздух сыпался пепельными хлопьями при каждом ее вздохе.
— Она располагалась на первом этаже, а это второй. — Элия ничего не замечала, бормоча себе под нос. — Надо спуститься…
Витраж, то ли чудом уцелевший, то ли намертво заклятый, изображал закрытый глаз. Стоило лишь на пару секунд отвести взгляд, как глаз открылся. Его заливала чернота. Стекло, что пошло на радужку, было непрозрачным.
— Только не по лестнице! — взвыл Брюс, ухватив неразумную наследницу барона за косу.
— Зачем здесь столько ловушек? — Недовольная Элия освободилась из захвата, сделав вид, что ничего особенного не произошло. — Неужто Аррдеаниакас так не любил гостей?
— Это не он ставил, а те, кто пришел потом… Вот здесь можно спуститься, вроде все спокойно… Только темно. Позвольте сначала я.
— Глупости! Я не боюсь темноты.
— Кто бы сомневался…
Библиотека, заваленная обломками и оттого полутемная, была обильно обжита нетопырями. Они всполошено заметались, потревоженные вторжением гостей, но вскоре угомонились, обвешав покосившиеся балки.
Выглянувшая из-за пазухи жар-птаха без колебаний выбралась на волю и закружила, рассеивая золотистое свечение. Нетопыри завозились, тонко пища.
Брюс вздрогнул от резкого звука, когда откатился с жестяным бренчанием случайно задетый железный шлем. Устремившаяся вперед Элия даже ухом не повела. И через слипшиеся до невнятных комьев книги, что валялись на полу, она переступила без малейшего трепета.
Девушка заворожено остановилась лишь возле дальней стены, покрытой облупившееся мозаикой. Фрагменты панно частично осыпались, примерно на четверть оплавились и покрылись копотью, но все равно без труда можно было угадать, что это карта мира.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
