Когда наступила грузино-абхазская война, она его непосредственно не коснулась. Боевые самолеты летали совсем рядом, бомбили так, что вокруг все грохотало и взрывалось. Из-за боевых действий спускаться с гор было нельзя. У батюшки кончились продукты, хотя и до этого он ел совсем чуть-чуть. «Я так мало ел, что, когда ходил, аж, шатался, да за стенки держался». Ему было уже более шестидесяти лет. Но Бог миловал.
Поскольку грузинское духовенство свои приходы покинуло (на всю Абхазию осталось лишь трое-четверо священников) и с отступившими войсками вернулось в Грузию, верующий народ остался без пастырского окормления. Тогда из любви и жалости к страждущим людям с гор спустился отец Мардарий и около трех месяцев помогал в кафедральном соборе города Сухуми отцу Паисию (Уварову). Он служил, утешал, исповедовал, а кругом были беда, горе, смерть. Когда узнавали, что придет служить отец Мардарий, люди шли и шли к нему, часами не уходили из храма, чтобы получить от него утешение.
В 2001 году у отца Мардария стало резко ухудшаться зрение, обнаружились катаракта, глаукома. Да еще седалищный нерв воспалился, он не мог даже разогнуться. Спасался лишь ночными молитвами, да покаянными слезами. А тут и другая скорбь подошла – замучила аденома. Пришлось снова спускаться в город. Еле успели. Прооперировали в Сухуми. Еще бы немного, и он умер. Очень помог тогда отец Виссарион (Аплиаа). Он лично устроил отца Мардария в лучшую клинику и попросил врачей оказать батюшке самую быструю помощь. «Он нужен нашей Церкви!» – решительно тогда заявил этот авторитетный в Абхазии священник.
Около сорока лет батюшка подвизался в горах Кавказа и все оставшееся время земной жизни вспоминал: «Моя пустынечка. Ох, моя пустынечка…» Ему так ее не хватало. Он жил строго по Евангельским заповедям, по заветам святых отцов и своей жизнью показал нам, что основой для спасения всегда были и будут молитва, послушание и любовь к ближним.
...
Богу угодно, чтобы мы подали Ему только малый предлог, и Самуже делает все прочее для нашего спасения.
Преп. Нил Синайский
Батюшка в России
Если не увидим в себе плодов любви, мира, радости, кротости, смиренномудрия, простоты, искренности, веры, сколько должно великодушия и дружелюбия – то трудились мы без пользы.
Преп. Макарий Египетский
В пустыне батюшка ослаб физически, полностью потеряв зрение. Электричества не было, а читал он много, да все при свечах или керосиновой лампе-«коптушке». Оставаться одному старцу было уже опасно: скалы, обрывы. В любой момент он мог оступиться.
Некоторое время жил с ним иеродиакон Алипий, ныне почивший, который оставил о себе добрую память.
«Отец Алипий рассказывал о себе немного, – вспоминает раба Божия Наталия, его келейница, подвиги свои он скрывал. Многие, знавшие иеродиакона Алипия, называли его батюшкой по его любви к нам, состраданию к людям. Рядом с отцом Алипием мы находились ближе к Богу, чувствовали себя уверенней, более независимыми от страстей мира».
Родился иеродиакон Алипий (в миру Аксенов Петр Андреевич) 25 февраля 1935 года на празднование Иверской иконы божией Матери (которую очень почитал) в Сибири, в Омской области, в многодетной семье, был самым младшим ребенком, пятнадцатым. В школе увлекался спортом, был в хоре даже солистом. Три года служил в армии в Германии. Потом поступил в Омский медицинский институт. Женился. На его несчастье жена была неверующая, венчаться не пожелала. Когда у них должны были родиться близнецы, родителей посетила скорбь. Один ребенок родился мертвым, а второй немного пожил и тоже умер. Часто к нему приезжал старший брат Иван и говорил: «Ты думаешь о спасении души?» Тогда-то Петр и решил посвятить свою жизнь Господу. В 1969 году он бросает институт, оставляет мир и едет в Псково-Печерский монастырь, и становится там трудником, а спустя некоторое время и послушником. Исправно несет послушание и посещает все богослужения.
Как-то на престольный праздник Успения Пресвятой Богородицы приехал монах с рюкзаком и много рассказывал о глинских старцах, которые после закрытия пустыни уехали в горы Кавказа. Послушник Петр наслушался и тоже решил ехать на Кавказ. Некоторое время жил в селе Лыхны (Абхазия), где нес послушание в древнем храме Успения Пресвятой Богородицы. Настоятелем храма был и до сих пор остается известный многим в Абхазии митрофорный протоиерей Петр. Послушник с тем же именем Петр начал помогать ему сначала звонарем, потом пек просфоры, пел на клиросе, но горы Кавказа не давали ему покоя. И в 1972 году он все же ушел в горы. Там он и познакомился с отцом Мардарием. О своем пустынническом подвиге Петр ничего не рассказывал. Известно, что старцы ему в один голос говорили, что надо возвращаться в Псково-Печерский монастырь. И он не смог ослушаться старцев, поэтому и вернулся назад. В 1978 году рясофорного послушника Петра постригли в монахи с именем Алипий, и в скором времени рукоположили в иеродиаконы. В 1988 году он опять уходит в горы Абхазии. Два года пустыннической жизни отец Алипий живет в дупле дерева (оно образовалось в стволе упавшей большой липы), где во весь рост и выпрямиться-то было невозможно. Но там он сильно заболел и в 1992 году ушел жить с братией на озеро Амткел. Там у братии был свой храм, где они причащались Святых Христовых Тайн. У отца Алипия была своя важная миссия – он часто ездил в Сухуми за продуктами, инвентарем, разной мелочью и никогда не снимал подрясника, не прятал бороды и волос, а когда проходил с твердой верой и молитвой мимо милиционеров, они его как будто не замечали. Последний год пустыннической жизни он жил в одной келий с отцом Мардарием, который был уже слепеньким и без посторонней помощи не мог уже обходиться. Вот они друг за другом и ухаживали. Но когда отец Алипий совсем ослаб, его все же вынесли из пустыни. Некоторое время он не мог даже встать с постели, у него атрофировались колени. Но его немного подлечили, и он стал ходить медленно с палочкой, правда, только на прямых ногах, и так до конца жизни. Вскоре его перевезли в Ростов подлечиться, где он и доживал до своей кончины. За утешением и помощью к нему приезжало много людей со своими скорбями, болезнями. Он за всех молился, утешал их и «побивал своей лечебной палочкой». Несколько раз он приезжал в Юрьево, куда в последние годы жизни переехал жить отец Мардарий, постриженный в схиму с именем Алексий.
Они тепло встречались и беседовали как близкие по духу старцы. И отец Алексий тоже направлял к нему людей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
