Через иллюминатор Саймон увидел, как внизу показалось родовое поместье, и улыбнулся. Во владениях Ван Гёльдера и после отъезда хозяина оставалась небольшая армия охранников. Он ожидал падения Эребуса со дня на день, но это не помешало Саймону позаботиться о сохранности имущества. Если он когда-нибудь вернётся, ему снова потребуются соответствующие его положению апартаменты.
Корабль постепенно набирал высоту, и заснеженная земля быстро удалялась. Неподалёку от устья долины Саймон заметил маленькие фигурки людей, возбуждённо размахивающих руками. Ван Гёльдер самодовольно усмехнулся, представив, каково будет их негодование, когда «Великолепие» покинет планету.
Из динамиков донёсся назойливый предупредительный сигнал, и Саймон отвлёкся от созерцания города.
— Нас запрашивают заградительные зенитные станции, — доложил пилот с видимой тревогой.
Саймон кивнул и, взглянув в иллюминатор, увидел, как неторопливо разворачиваются тяжёлые орудия зенитных батарей на склоне горы. Он снова улыбнулся и достал из кармана пальто плоскую металлическую коробочку. Развернув торчащий из неё провод, он воткнул штекер в разъём на панели перед пилотом, а затем нажал кнопку на крышке коробочки.
— Передай сигнал от этого устройства на всех используемых частотах. Это избавит их от излишней подозрительности, — произнёс Ван Гёльдер. — Мы будем в полной безопасности, — добавил он и направился в свои роскошные личные покои, расположенные на верхней палубе корабля.
— Держитесь крепче, — крикнул Харкус, как только «Громовой Ястреб» заложил крутой вираж вокруг самой высокой вершины к востоку от Эребуса. — Пришельцы снова собираются атаковать!
Уриэль прошёл в кабину и занял место рядом с пилотом. Впереди уже показалась расщелина, где скрывался Эребус, а с горных склонов навстречу им поднимались чёрные тучи горгулий и других, более опасных летающих существ. Уриэль проследил за траекторией их полёта и понял, что чудовища могут попасть под заградительный обстрел зенитных батарей раньше, чем доберутся до челнока.
— Как дела с топливом? — спросил он Харкуса.
— Если судить по показаниям приборов, то все баки пусты. Сейчас мы летим на оставшихся испарениях и молитвах.
— Не можешь включить форсаж?
— Хорошо, если хватит горючего на безопасное приземление.
Уриэль кивнул. Долина Эребуса все приближалась. То же самое можно было сказать и о стае горгулий, летящих им наперерез.
Челнок немного снизился и полетел быстрее. Внизу замелькали покрытые снегом скалы. Как пригодились бы сейчас снятые с «Громового Ястреба» орудия!
Склон неожиданно ушёл в сторону. Руки Харкуса запорхали над рычагами управления, судно резко затормозило и свернуло с прежнего курса. Первый же залп биооружия пробил лёгкую обшивку машины. Позади Уриэля раздался крик одного из техножрецов Госсина — живые организмы, выскочив из снарядов, разъедали его тело.
«Ястреб» бросало из стороны в сторону, но он продолжал снижаться. Уриэлю пришлось крепче ухватиться за пустующее кресло второго пилота.
— Мы уже в зоне обстрела наших батарей, но они почему-то молчат! — крикнул Харкус.
При виде плотного облака пришельцев, окруживших челнок, Уриэль только вздохнул. Десятки ударов уже изрешетили тонкие стенки машины, из пассажирского отсека снова донеслись человеческие крики.
— Кровь Императора! — воскликнул пилот. Уриэль поднял голову и успел заметить серебристую громаду корабля, украшенного по всей длине корпуса геральдическими крестами.
Частный космолёт взлетел с поверхности планеты прямо перед «Громовым Ястребом».
Саймон услышал тревожный крик пилота и обернулся, чтобы сделать ему замечание, но слова застряли у него в горле. Почти вплотную к кораблю нёсся военный челнок, а вокруг него кружили тысячи чёрных крылатых чудовищ.
— Нет, — простонал он. — Только не это…
«Ястреб» вильнул влево и нырнул вниз, ослабленный корпус машины отозвался на манёвр жалобным скрипом. Встречный поток воздуха оторвал кусок тонкого металлического листа, и внутрь — машины ворвался холодный ураган. Серебристая обшивка частного корабля сверкнула на солнце и пронеслась мимо так близко, что Уриэль был уверен — до неё можно было дотянуться рукой. Воины Караула Смерти удержались в «Ястребе» только потому, что вцепились в перекладины и стойки корпуса, а трое техножрецов с отчаянными криками понеслись навстречу своей смерти.
Уриэль тоже вцепился в металлическую стойку. Сквозь рёв ветра он слышал, как Харкус попеременно то проклинает пришельцев, то взывает к боевому духу судна.
Пол под ногами Уриэля резко наклонился, и через дыры в обшивке он увидел, как стремительно приближается земля. Затем Харкусу удалось снова выровнять машину. Уриэль выпрямился, но всё ещё держался за металлическую опору. Рёв ветра немного стих, Харкус откинулся на спинку кресла и до упора потянул на себя руль высоты.
— Ох, Император, мы чуть не столкнулись! — выдохнул Уриэль.
— Держись как следует, — крикнул ему Харкус. — Мы идём на посадку, и она будет жёсткой!
Тысячи горгулий кружили над «Великолепием», забирались в сопла, бились в иллюминаторы. Более крупные особи цеплялись за малейшие выступы, размягчали металл едкой кислотой, разрывали обшивку крепкими, как алмазы, когтями и зубами. Десятки тиранидов прилипли к брюху корабля, зацепили створки грузового отсека и распахнули их настежь. Спустя несколько секунд тонны груза обрушились на и без того отяжелевший корабль, и «Великолепие» стал крениться на правый борт.
Пилот форсировал двигатели, надеясь сбросить неожиданно налетевших чудовищ, но корабль уже потерял равновесие и был настолько тяжёлым, что один из двигателей тотчас же загорелся. Судно вышло из-под контроля.
Ветровое стекло разлетелось вдребезги, в кабину ворвались десятки визжащих монстров, и Саймон закричал от ужаса и боли, когда страшные когти впились в его тело.
Серебристое крыло корабля ударилось о скалы и оторвалось от корпуса.
«Великолепие» рухнул на землю и, набирая скорость, понёсся по склону, пока не взорвался огненным шаром среди построек Второго Квартала.
Снежок с трудом пробирался по развалинам бывшего склада, служившего убежищем ему и его людям, а высоко в небе все ещё кружились чёрные тени. Дымящиеся обломки бетонных стен и оранжевое пламя на кучах мусора полностью соответствовали его представлениям о преисподней.
Люди, рыдая, отыскивали тела погибших родственников. Ослепшие и обожжённые беженцы все ещё пребывали в шоке. Одно серебристое крыло рухнувшего космического корабля воткнулось в землю, а кусок обшивки до сих пор догорал у входа в склад.
Груз высыпался из разбитых ящиков и беспорядочно валялся в грязи. Мелкие осколки драгоценного фарфора и позолоченные столовые приборы разлетелись по снегу, портрет древнего аристократа в пышной раме застрял между камнями, рулоны ковров и гобеленов тлели в луже топлива, а горящие страницы ценных книг летали в воздухе. Дорогая одежда, обувь, ткани — всё было безвозвратно испорчено и разбросано по всему кварталу.
С неба свалилось целое состояние, и Снежок не мог им не воспользоваться. Он набивал свой рюкзак драгоценностями и золотыми монетами, но при этом не забывал с опаской поглядывать на чёрные силуэты пришельцев, а заодно ругать последними словами проклятого пилота, направившего падающий корабль прямо на крышу склада. Задняя часть здания была разрушена полностью. Все ящики с запасами, ради которых он торговался с продажными снабженцами, грабил и даже убивал, обратились в пепел.
Тигрица неподвижно замерла на месте, поражённая масштабом катастрофы, зато Лекс и Траск подбирали и рассовывали по карманам пригоршни драгоценных камней. Джонни Стомп ограничился мощной охотничьей винтовкой, добытой из раскрывшегося ящика, и теперь его грудь крест-накрест обвивали патронные ленты.
— Джонни, с этим ты можешь охотиться на самую крупную дичь, — крикнул ему Снежок.
Громила довольно рассмеялся и изобразил сильную отдачу после выстрела.
Внезапно Снежок заметил среди развалин неподвижно лежащую Сильвер, и улыбка мгновенно сползла с его губ. На лице девушки запеклась кровь, а руки были неестественно вывернуты в стороны. Он подбежал к Сильвер и пощупал пульс. Удары сердца были редкими, но сильными. Раненая застонала, а Снежок с ужасом увидел обломок металлической балки, ударившей ей в бок. На землю уже натекла лужица крови. Снежок осторожно осмотрел рану и поморщился — металл вошёл в тело Сильвер сантиметров на пятнадцать. Он снял с шеи шарф, чтобы сделать из него повязку. Этого явно недостаточно, но сейчас он больше ничем не мог ей помочь.
