Больных волчанкой (lupus) я видел в трех деревнях. Они почти всегда закрывали пораженные части лица листьями вследствие того, что иначе их глубокие раны вызывали суеверный страх в их земляках и те предпочитали избегать сношений с ними.
Зато у папуасов я никогда не видел бородавок и родимых пятен. Было много туземцев, изрытых оспой (особенно на лице); они рассказывали, что оспа появилась с северо-запада и прошла вдоль всего берега и что многие от нее умерли, теперь же этой болезни больше нет. Эпидемия свирепствовала, по-видимому, лет 8 или 10 тому назад.
Перемежающиеся лихорадки в районе залива Астролябия бывают часто даже у туземцев, причем не только на берегу, но и в горах. Почти во всех деревнях и в продолжение всего года я видел больных лихорадкой.
Так как ночи здесь очень прохладны, а папуасы еще не изобрели одежды, несмотря на их большую чувствительность к ночному холоду, то у них существует повсеместный обычай зажигать огонь под бамбуковыми нарами, на которых они спят в своих хижинах. Голое тело спящего очень сильно нагревается снизу, а сверху и с боков охлаждается; поэтому бывают частые случаи простуды, ведущей к заболеваниям органов дыхания.
Наверное, встречаются и другие внутренние болезни, которые мне остались неизвестными, главным образом вследствие моего недостаточного знания языка, что не позволяло подробно расспросить о том туземцев. Я должен еще упомянуть, что и здесь я наблюдал 2 или 3 случая инфлуэнцы, известной на островах Тихого океана. Сифилис на этом берегу не встречается, и заболевания половых органов, кроме опухолей (из-за слишком тесных поясов стыдливости) и случаев elephantiasis'а, очень редки.
Относительно продолжительности жизни папуасов можно высказать только предположения. Очень старых индивидов я не встречал; самым старым, по-моему, было лет 50–60. Я не могу также сказать что-нибудь положительное относительно смертности. В трех деревнях, ближайших к моей хижине (население их всех достигало приблизительно 300 человек), умерли в течение года только 4 мужчины и 1 мальчик. О смерти женщин я ничего не мог узнать, так как их хоронят очень просто, без большой торжественности. Кажется, однако, смертность среди женщин больше, чем среди мужчин, может быть, вследствие их тяжелой работы. Еще молодые мужчины женились в третий и четвертый раз, так как их жены одна за другой умирали, и такие случаи нередки. У папуасов Берега Маклая женщин сравнительно меньше, чем мужчин, по крайней мере во всех маленьких деревнях, где число жителей мне было известно. С этим согласуются и жалобы мужчин (я часто их слышал) на то, что в их деревне нет женщин для женитьбы.
* * *
Мои заметки основаны, как сказано выше, лишь на сопоставлении отдельных произведенных на месте наблюдений. Моим стремлением было, следуя совету К. Э. фон Бэра, наблюдать людей по возможности «без предвзятого мнения относительно количества и распространения человеческих племен и рас».[259] В течение следующих лет я надеюсь посетить еще несколько островов Меланезии и собрать там дополнительный материал по антропологии папуасов. Поэтому в ныне публикуемых заметках я избегал всяких предположений, сравнений и выводов.
Но один вывод напрашивается и теперь, после того, как повидал папуасов Новой Гвинеи (Берега Маклая и Доре), Новой Ирландии, негритосов Люсона (которые несомненно папуасы), жителей Новых Гебрид и Соломоновых островов, именно тот вывод, что раса папуасов распадается на несколько разновидностей, которые, однако, не обособлены резко одна от другой.
Чипанас, сентябрь 1873 г.
Комментарии
Включенные в настоящее издание материалы не только рассказывают о реальной жизни среди аборигенов замечательного отечественного исследователя H. Н. Миклухо-Маклая на островах Новой Гвинеи, но и дают возможность понять и прочувствовать, насколько его деятельность волновала, интересовала современное общество. Помещенные ниже дневники ученого, его официальные сообщения для прессы и Русского географического общества, письма-отчеты помогают «увидеть» и понять, что значила жизнь H. Н. Миклухо-Маклая на Новой Гвинее, а также его наблюдения для научного мира, для ученых, изучающих первобытную, племенную культуру, для большинства антропологов, этнографов, для ведущих ученых, деятелей науки того времени.
Публикуемые дневники, документы в основном воспроизводятся по Собранию сочинений H. Н. Миклухо-Маклая в шести томах (т. 1. М.: Наука, 1990: Путешествия 1870–1874 гг. Дневники, путевые заметки, отчеты / Сост. Б. Н. Путилов, отв. ред. Д. Д. Тумаркин; т. 2. М.: Наука, 1993: Путешествия 1874–1887 гг. Дневники, путевые заметки, отчеты / Сост. Б. Н. Путилов и др., отв. ред. Д. Д. Тумаркин; т. 3. М.: Наука, 1993: Статьи и материалы по антропологии и этнографии народов Океании / Сост. А. Н. Анфертьев и др., отв. ред. Д. Д. Тумаркин). Перепечатка того или иного включенного текста по другому изданию особо оговаривается.
Все даты даются по новому стилю, как это принято в Собрании сочинений H. Н. Миклухо-Маклая, а также в современных статьях и публикациях.
Письмо Л. Н. Толстого H. Н. Миклухо-Маклаю. 25 сентября 1886 г. Письмо печатается по тексту, опубликованному в Полном собрании сочинений Л. Н. Толстого в 90 томах (М., 1934. Т. 63. Письма 1880–1886 гг. С. 378–381).
Письмо Л. Н. Толстого впервые было опубликовано в «Неделе» (1888. № 15. 10 апреля. С. 487). Это письмо является ответом на письмо H. Н. Миклухо-Маклая Льву Николаевичу от 19 сентября 1886 г., в котором исследователь писал: «Я случайно услышал, что Вы интересуетесь некоторыми эпизодами моих странствий. Не знаю, насколько это верно, но на всякий случай, рискуя даже показаться «навязчивым», посылаю Вашему сиятельству две брошюры, касающиеся моего пребывания в Новой Гвинее».
Ответное письмо H. Н. Миклухо-Маклая. Санкт-Петербург, 29 января 1887 г. Письмо печатается по тексту, опубликованному в сборнике «Человек с луны. Дневники, статьи, письма H. Н. Миклухо-Маклая» (составительство, подготовка текста, комментарий и послесловие Б. Н. Путилова. М., 1982). Письмо интересно тем, что показывает, как глубоко и критически относился ученый к тексту подготавливаемых для печати описаний своего путешествия, как воспринимал советы и рекомендации таких современников, как Л. Н. Толстой.
Почему я выбрал Новую Гвинею полем моих исследований. Эта очень важная в теоретическом отношении статья была задумана еще на борту «Витязя» в марте 1871 г. и продолжена во время жизни в 1872 г. на берегу Новой Гвинеи. К сожалению, статья не была завершена, хотя ученый предполагал в ней обосновать и раскрыть основные задачи и проблемы антропологического и этнографического изучения жизни папуасов Новой Гвинеи. В наброске плана статьи Н. Н. Миклухо-Маклай писал: «Цель моя – уяснить положение папуасов относительно других рас и потом (находя главною задачей этнографическое положение папуасов) постараться определить распространение ее по собств. наблюдениям» (Миклухо-Маклай Н. Н. Собр. соч. в 6 т. М.: Наука, 1993. Т. 3. С. 351).
