Чжао вскочил со стула и ринулся прочь из ресторана, следом за ним рванула толпа его слуг. Через минуту вкруг остались только по-прежнему неподвижные магглы. Бьёрн меланхолично раскрошил на столе останки куклы и вдруг услышал негромкие хлопки. Сидевшие недалеко магглы медленно превращались в мужчину и женщину, в которых Бьёрн тут же узнал чету Фламелей.
— Браво, мистер Вильямс, — безмятежно улыбнулась волшебница. — Хорошая комбинация. Безупречная, я бы даже сказала. Не хотите перевестись в Шармбатон?
— Спасибо, леди Пернелла, — поднялся со стула и поклонился Магнуссон. — Я уже привык к Хогвартсу.
— Присаживайтесь к нам, молодой человек, — проскрипел Фламель. — Нам есть что обсудить.
Бьёрн послушно подошёл и сел напротив. От четы французских волшебников не исходило ни грана магии. Казалось, что рядом с ним сидят обычные люди.
— Как вы понимаете, в Париже мало что проскользнёт мимо моего внимания, — ухмыльнулся алхимик. — А когда в городе появилась толпа вооружённых до зубов китайцев, меня это здорово заинтересовало. Тем более что этот белоголовый старейшина хотел выменять у меня яйцо дракона на свиток с интересной техникой лечения болезней. Вот я и подумал, — улыбнулся Фламель, — а может, это всё как-то связано, или китаец решил вернуть мне свиток и виру за убитого слугу? Однако оказалось, что он искал вас, одного из студентов школы моего бывшего ученика.
Бьёрн не стал скрывать от Фламелей всех подробностей этой истории, раз уж попал в такую ситуацию. Он изо всех сил пытался воздействовать на них своей родовой особенностью, понимая, что захоти Фламели его убить, никакие выученные заклинания ему не помогут. Слишком неравны силы между четырнадцатилетним подростком и волшебниками, прожившими более, шестисот лет.
Однако родовая способность действовала безупречно, сказались десятки поколений рода Магнуссонов.
— Какой честный мальчик, — улыбнулась Пернелла. — Не стал от нас ничего скрывать. А свиток китайцев у тебя, мой дорого́й?
— Да, госпожа. И я готов подарить его вам в честь знакомства и будущего сотрудничества, — Бьёрн почувствовал, что ещё немного и из носа хлынет кровь.
— Николя, если ты не захочешь, я сама возьму его в ученики, — весело рассмеялась женщина. — Посмотри, как он галантен!
— Как хочешь, Пернелла, — проскрипел Фламель. — Мне одного Альбуса хватило. Эти англичане слишком непредсказуемы.
Бьёрн вытащил свиток и протянул его алхимику. Тот, не прикасаясь, развернул его над столом и внимательно вчитался в иероглифы. Пернелла же продолжала с любопытством разглядывать Магнуссона.
— Расскажи мне малыш, чему ты успел научиться в школе.
Бьёрн послушно стал говорить о приобретённых умениях, включая даже то, что освоил самостоятельно. Единственное, о чём он умолчал, так это о родовых знаниях, получаемых через камень в груди и об уроках Гриндевальда.
— Очень неплохо для столь юного волшебника, — удовлетворённо улыбнулась Пернелла, — но тебе ещё многое…
— Да! Это то, что надо! — возбуждённо вскрикнул Фламель. — Смотри, дорогая. Они называют энергоканалы меридианами, и здесь даётся очень необычный способ, как на них можно влиять.
Тут он начал сыпать какими-то терминами и формулами, которых Бьёрн совершенно не понимал.
— А главное, любовь моя, получится минимизировать количество жертв при вызове… — тут он оборвал себя, перевёл холодный взгляд на Бьёрна, но мгновенно застыл.
— Мальчик, да у тебя же кровь на лице! — глаза Фламеля неожиданно потеплели, и он через стол дружелюбно похлопал Магнуссона по руке. — Ты преподнёс нам ценный дар, прими мою благодарность.
Бьёрн молча достал платок, вытер кровь и тут же его сжёг, вымучено улыбнувшись алхимику.
— Яйцо дракона можешь оставить себе или продать китайцам, я не имею к тебе претензий, — продолжил между тем Фламель. — А вот старейшина Чжао ответит мне за убийство несчастного Франсуа по полной. Желаю хорошо показать себя на турнире. Я буду следить за твоими успехами, юный маг.
— А я пришлю тебе свои лекции по Чарам, — улыбнулась Пернелла и погладила его по руке. — Если ты сможешь освоить хотя бы половину до окончания Хогвартса, — клянусь зубами Пифона, я дам тебе несколько личных уроков по обретению настоящего могущества. До свидания, малыш, и постарайся выиграть турнир. Мне будет приятно считать, что я в тебе не ошиблась.
Могущественные волшебники растаяли в воздухе, а магглы вокруг отмерли и продолжили есть и общаться как ни в чём не бывало.
— Месье, может вам вызвать врача? — обратилась к нему миловидная официантка. — У вас кровь идёт из носа, вы плохо выглядите.
— Спасибо, мадмуазель, — прохрипел Бьёрн. — Просто здорово перенапрягся, сейчас пройдёт. Принесите мне, пожалуйста, апельсинового сока, лёд и самое жгучее блюдо, что у вас есть.
— Фирменное, по особому рецепту провинции Сычуань? — девушка удивлённо подняла тонкие брови. — Это тушёные бобы с говяжьим жиром, острым перцем и крепким имбирём. Но вы уверены, что будете их есть? Европейцы редко способны проглотить даже маленький кусочек.
— Буду, наверное, мне очень нужно прочистить мозги, — Бьёрн приложил платок к носу, и тот снова стал красным, — а то голова как в тумане.
Он откинул голову на спинку в надежде, что кровотечение прекратится само собой. А когда китаянка принесла заказанное, приложил пакет со льдом к переносице.
Через минуту Бьёрну стало лучше, он незаметно уничтожил следы крови и принялся за еду. Правда, съесть заказанное блюдо не получилось. После первой ложки жгучего месива, Бьёрн, казалось, навсегда присосался к графину с соком, пытаясь убрать горящий во рту костёр.
Магнуссон, несмотря на то что здорово перенапряг источник, встречу с Фламелями в целом счёл удачной. Копия китайского свитка у него была сделана давно. А то что оригинал достался Фламелю, это ничего. Главное — знания, а не пергамент, на котором они написаны.
Немного освежившись, Бьёрн оставил хорошие чаевые и вышел на улицу. Ехать на велосипеде больше не хотелось, поэтому он просто сел в такси, что стояли на специальной площадке возле вокзала. Вернувшись в номер, он ничком повалился на кровать и сразу уснул.
На следующее утро, Бьёрна разбудил Флитвик, от которого распространялся аромат грибной настойки.
— Вставайте, мистер Вильямс, — весело оскалился полугоблин. — Иначе проспите финал. Вам ещё надо поесть, а перед турниром немного разогреть источник и каналы.
— Уже встаю, профессор, — Магнуссон с трудом разлепил глаза. Судя по ощущениям, магия немного восстановилась, но до нормальной формы ему было по-прежнему далеко.
— Что-то я плохо себя чувствую, сэр, — Бьёрн виновато посмотрел на Флитвика. — Съел вчера какое-то перченое блюдо. Наверное, французская кухня мне не подошла.
— Или вас чем-то угостили наши соперники, — недовольно пробормотал Филиус. — Съешьте безоар, мистер Вильямс, а я сейчас посмотрю настойку из корня Мандрагоры в своей аптечке. Вам на будущее тоже советую завести такую. Никогда не знаешь, где может пригодиться.
Бьёрн выполнил рекомендации Флитвика, выпил «Укрепляющее» зелье, и почувствовал себя совсем хорошо. Они вышли из номера и спустились на площадку, где уже находились остальные участники финала.
— Главное — не волнуйтесь, мистер Вильямс — наставлял его полугоблин, чуть ли не подпрыгивая от переполнявших его эмоций. — Вы уже показали отличный результат. Попасть с первого раза в десятку сильнейших дуэлянтов очень престижно, поверьте моему опыту. Хотя я и надеюсь на вашу победу.
Бьёрн с трудом сдерживал улыбку. Флитвик расхаживал по комнате и хрустел пальцами. В отличие от маленького профессора, Магнуссон совсем не испытывал мандража. Вначале даже планировал слить первый бой и тем самым спокойно закончить соревнования на восьмом месте. Однако слова Пернеллы Фламель заставили его поменять первоначальные планы. Конечно, демонстрировать всё, на что он способен, Бьёрн не собирался, однако решил увеличить скорость создания заклинаний с помощью окклюменции.
