Тем временем сборная СССР по хоккею с шайбой находится в Канаде, где в начале сентября стартовал первый Кубок Канады, в котором участвуют сильнейшие сборные Европы (СССР, ЧССР, Швеция, Финляндия) плюс хозяева — канадцы и американцы. С первого же матча по воле устроителей турнира нам в соперники досталась одна из сильнейших команд — сборная Чехословакии. Этот матч состоялся 3 сентября (по ТВ демонстрировался в записи на следующий день в 16.40) и вызвал к себе повышенный интерес публики и специалистов, что, впрочем, всегда сопутствовало встречам этих соперников.
Игра началась весьма плачевно: уже в первом периоде советские игроки несколько раз нарушали правила и отправлялись на скамейку штрафников (один Владимир Репнев фолил 3 раза), чем не преминули воспользоваться чехословаки, забросив Третьяку две безответные шайбы. Во втором периоде наши тренеры сделали перестановки: посадили на скамейку запасных плохо зарекомендовавших себя Виктора Жлуктова и Бориса Александрова, но это мало помогло: вторую двадцатиминутку мы закончили при счете 1:3. Крайне плохо мы играли в большинстве, в отличие от соперника, который чуть ли не каждый раз наказывал нас голом, едва мы оставались вчетвером. Короче, фортуна в тот день отвернулась от советской сборной, и она проиграла 3:5.
Не получилось у наших ребят обыграть шведов и два дня спустя. Начало игры было похоже на игру с Чехословакией: уже на восьмой минуте матча Нильсон вывел скандинавов вперед, а затем Сальминг сделал счет 2:0. По броскам шведы перебросали наших ребят, как школьников: 16 против 3. Только во втором периоде игра советской сборной стала напоминать что-то осмысленное. На 30-й минуте Сергей Капустин отквитал одну шайбу, а в середине третьего Хельмут Балдерис сравнял счет. Спустя пару минут тот же Капустин проливает бальзам на души советских болельщиков, выведя нашу команду вперед. Но недолго музыка играла: прошло всего лишь полторы минуты, как шведы сравняли счет. Причем помог им в этом Капустин: он передал шайбу прямо на клюшку Сальмингу, защитник Куликов в это время замешкался, и Сальминг точно адресовал шайбу своему партнеру Хедбергу, который оказался один на один с Третьяком. Парировать удар наш вратарь не сумел (хотя именно ему после матча вручили приз как лучшему игроку). Победа уплыла от нас на последних минутах матча.
Но покинем на время Канаду и вернемся обратно на родину. В Театре на Таганке аврал — через несколько дней ему предстоит лететь в Югославию на фестиваль БИТЕФ, а у Любимова куча претензий к игре актеров. На одной из репетиций «Гамлета» он так накричал на молодую актрису Наталью Сайко, что та от испуга чуть роль не забыла. Присутствовавший здесь же Высоцкий сумел отвлечь внимание режиссера, и этого времени актрисе вполне хватило, чтобы прийти в себя. Однако полностью восстановиться ей все равно не удалось: когда она вышла на улицу, у нее продолжали дрожать руки, тело била нервная дрожь. Далее послушаем ее собственный рассказ:
«Мы вышли с репетиции, я тогда только начала водить машину. Села за руль, естественно, не посмотрела ни направо, ни налево, стала выезжать и въехала в машину Высоцкого. А у него была какая-то иностранная марка. Вышла — и уж тут я расплакалась окончательно и бесповоротно. Стою и жду — сейчас Володя выйдет и такое мне скажет! Что будет? Он выходит. Я — к нему: «Володя, понимаешь…» А он: «Да ладно, подумаешь…»
И целый день я переживала. Попросила мужа позвонить Высоцкому: может быть, надо что-то сделать, достать краску… Муж позвонил: «Володя, тут Наташа целый день ревет…» А Высоцкий отвечает: «Яша, да ты скажи ей, пусть она плюнет на это дело. Что она переживает — это же железка…»
Кинорежиссер Евгений Матвеев в те дни в поте лица трудился над новым фильмом — продолжением «Любови земной» картиной «Судьба». Съемки фильма начались в середине июня с натурных эпизодов — их снимали в деревне Трубино Жуковского района Калужской области. В самом конце июля группа перебазировалась в Смоленск, где в самом начале осени случилось несчастье. 5 сентября, во время съемок эпизода «пороховой погреб», у главного оператора фильма Г. Цекавого случился инсульт. Его срочно доставили в больницу, однако все усилия врачей спасти больного не приведут к успеху — спустя четыре дня он скончается. Фильм будет заканчивать другой оператор — В. Якушев.
Другой кинорежиссер — Александр Серый — заканчивает работу над комедией «Ты — мне, я — тебе». Основные съемки были завершены еще в начале августа, но ряд эпизодов приходится переснимать. В частности, по предложению сценариста фильма Григория Горина полностью изменен финал. Первоначально фильм заканчивался эпизодом погони Кашкина за браконьерами, но теперь придумана новая сцена: на квартиру Кашкина приходит его приятель, который просит хозяина дома закрыть глаза: мол, когда откроешь — увидишь сюрприз. Этим сюрпризом должна была стать огромная рыбина, которую принес новый знакомый приятеля Кашкина. Но когда тот открывает глаза, то удивляется не рыбине, а ее хозяину — он узнает в нем браконьера Пентюхова (актер Роман Ткачук). Эпизод снимали в течение двух дней — 5–6 сентября.
В эти же дни Эльдар Рязанов приступил к съемкам очередного фильма — «Служебный роман». Как и ряд предыдущих картин, это была очередная экранизация тех же самых авторов — Эльдара Рязанова и Эмиля Брагинского, пьеса называлась «Сослуживцы». Она шла в доброй сотне театров (если точно — в 134) по всей стране и пользовалась огромным успехом у зрителей. Идея снять по ней фильм возникла у Рязанова почти сразу после завершения съемок «Иронии судьбы», причем побудительным мотивом в этом решении было огромное желание режиссера наконец-то встретиться на съемочной площадке с прекрасной ленинградской актрисой Алисой Фрейндлих. Дело в том, что вот уже на протяжении пятнадцати лет Рязанов приглашал ее сниматься в своих фильмах, но каждый раз обстоятельства складывались так, что партнерства не получалось. В «Гусарскую балладу» Фрейндлих не подошла по внешним данным, в «Зигзаг удачи» потому, что была беременна. И только с третьей попытки творческие пути Рязанова и Фрейндлих наконец пересеклись.
Стоит отметить, что желание Рязанова снимать этот фильм созрело также из-за согласия сразу нескольких прекрасных актеров работать вместе с ним. Речь идет о таких звездах, как Андрей Мягков, Олег Басилашвили, Светлана Немоляева, Лия Ахеджакова, Петр Щербаков, Людмила Иванова. В этом фильме не проводились обычные кинопробы, которые практически являются конкурсом, соревнованием артистов. Ведь на каждую роль пробовался только один претендент.
Съемки фильма начались в воскресенье, 5 сентября. Почему в выходной? Дело в том, что съемочной площадкой в тот день стал вестибюль Министерства речного флота, что на Кузнецком мосту, персонал которого в тот день отдыхал. В съемках участвовали: Андрей Мягков, Лия Ахеджакова, Людмила Иванова и массовка в количестве 30 человек. На следующий день тоже снимали на выезде: на перроне Ярославского вокзала был снят эпизод, где героиня Светланы Немоляевой выходит из электрички и идет под зонтом (за кадром в это время будут звучать стихи).
6 сентября все мировые агентства разнесли весть о том, что из Советского Союза летчик-истребитель угнал сверхсекретный самолет «МиГ-25». Беглецом оказался 29-летний старший лейтенант Советской армии В. Беленко: он взлетел для учебного полета с одного из аэродромов на Дальнем Востоке и рванул прямиком в Японию. Его приняли там с распростертыми объятиями, поскольку «МиГ-25» был напичкан самыми совершенными секретами, в частности системой опознавания «свой — чужой». Советская сторона в течение 9 дней будет хранить гробовое молчание по этому поводу, в то время как западная печать отзовется о нем тут же. Например, парижская газета «Русская мысль» приведет слова из заявления перебежчика, где он заявит, что бежал из Советского Союза потому, что господствующий там режим хуже царского строя. В ответ на это КГБ распространил по Москве слухи о том, что Беленко… специально заслан за границу для проникновения в тайны американской авиации (Беленко попросит политического убежища в США) и для дезинформации: его самолет якобы представляет собой «липу», умышленно ухудшенный вариант для усыпления бдительности. Однако сведущие люди прекрасно знали, что угнанный «МиГ» был совсем не «липой». Иначе почему сразу после побега Беленко несколько высокопоставленных советских военачальников лишились своих должностей, а кое-кто и звездочек на погонах? Между тем горькую пилюлю от этого инцидента советскому руководству подсластило сообщение из Китая: 9 сентября там скончался враг Советского Союза № 1, многолетний лидер КПК Мао Цзэ-дун. Вот почему его смерть советская печать отметила сразу же, хотя в иных случаях такой оперативностью никогда не отличалась — иные некрологи печатала с опозданием в несколько дней.
