как тяжело вздымается его грудная клетка, как гневно он пыхтит мне в ухо.
Сделав несколько живительных глотков и сильно закашлявшись, ощутила, как во мне дико забурлил адреналин. Вывернулась в хвате дракона и впилась зубами в его руку, кусая со всей силы. Укусила я на совесть, до самой крови.
От странного привкуса тут же затошнило.
Кровь у дракона была золотой!
— Великие Боги! — шептался народ. — Неужели, это она!
— Какая-то она жуткая…
— Не повезло нессу…
— Дурная кровь! Что ты натворила! — прорычал мужчина, снова надвигаясь на меня.
— Несс, простите, я не знал, что она ваша… — Оден попытался заступить дорогу взбешённому дракону, но тот отбросил несчастного как игрушку.
Оден отлетел на несколько метров и впечатался всем телом в стену дома.
Руки мужчины, надвигающегося на меня грозной и могучей глыбой, начали видоизменяться в звериные лапы, и мало того, они ещё запылали огнём.
Кажется, у меня проблемы.
— Зря ты нашла меня, глупая маленькая несса, — прорычал дракон.
— Да что я вам сделала?! — просипела кое-как. — Я вас впервые в жизни вижу!
Горло от встречи с драконом дико саднило. А позже, когда шок сойдёт, оно и вовсе будет болеть так, что я взвою.
Но дракон лишь поднял лапы и, кажется, готов был схватить меня прямо вот так! Боже! Я же сгорю заживо!
Нет, нет и нет!
Это самый ужасный вариант смерти! Хуже не придумаешь!
Развернулась и со всех ног собиралась броситься, куда глаза глядят, но впереди был только дом. Я успела сделать несколько прыжков, как вдруг была прижата к стене дома. Дракон развернул меня к себе лицом и впился в меня разъярённым взглядом янтарных глаз, прожигая меня насквозь.
Сглотнула, нервно глядя на взбешённое лицо мужчины и не сразу поняла, что он прижимает меня к стене не руками, а лапами и лапы были в огне!
Огонь гудел, оранжевые языки лизали мою кожу, но не жгли, не причиняли боль и никак в принципе не действовали на меня, кроме того, что давали тепло.
Единственное, это моя одежда. Она никак не могла противостоять огню и довольно быстро превратилась в тлеющие лохмотья.
Дракон молчал. Его ноздри трепетали, взгляд убивал.
— Я каким-то образом оказалась в вашем мире… — просипела неуверенно, трясясь вся от ужаса и дикого страха. — И была бы рада вернуться домой…
Замолчала, ожидая, что он сейчас что-то скажет, но он лишь плотнее прижался ко мне своим телом, обдавая всю меня жаром своего тела.
— Простите… если как-то оскорбила вас своим появлением… Я могу уйти… Прямо сейчас… Мне ничего от вас не нужно… Клянусь…
Что-то я уже разлюбила всех драконов и не хочу продолжать с ними никакого знакомства.
— Поздно, — сказал мужчина злым тоном и резко схватил меня за горло.
Опять?!
И вот тут мою шею обожгло так, что я забилась в его хватке дикой кошкой. Я закричала от боли, хватаясь за лапу дракона, впиваясь в его чешуйчатую плоть ногтями и до крови его расцарапывая, пытаясь отодрать от себя этого ненормального.
Обжигающая боль проникла в меня и потекла по венам. Это было так чудовищно, словно меня вывернули наизнанку, пропустили через мясорубку и решили собрать заново.
Моё сознание не выдержало этой пытки, и меня накрыла спасительная темнота.
Глава 4
Женевьева
Очнулась резко и тут же приняла вертикальное положение.
Естественно, обстановка была незнакомой и увы, не приходилось надеться на то что мне всё привиделось или приснилось.
В ногах клубком свернулся Аид и сладко спал. Кот даже не пошевелился, когда я его погладила по спинке. Он только ухом повёл и на этом его внимание ко мне завершилось.
Огляделась.
Комната была достаточно большой, чтобы вместить сюда и спальню, и гостиную, и даже библиотеку. А лежала я на неудобной и жёсткой софе. Не могли, что ли до кровати донести? Вон стоит всего в паре шагов. Не кровать, а монстр.
Вздохнула и решила что пусть так. Я вообще думала, что дракон меня задушит, сожжёт и сожрёт. Но нет, я жива. И даже, кажется, вполне здорова. Тело нигде не болит. Уже хорошо.
Снова огляделась.
В принципе, это была даже не комната, а целые апартаменты.
Встала и прошлась по комнате.
Главным украшением помещения, делящим комнату на две половины — на спальню и гостиную-кабинет, был очаровательный витраж с изображением цветущего сада: дракон своим гибким хвостом обвивал прекрасную деву, находящуюся в глубоком обмороке и раскрыв зубастую пасть над её головой, дракон собирался то ли её сожрать, толи поцеловать…
Скорее всего первое.
Определённо создатель этого витража считал дракона главным персонажем, и всё внимание уделил именно ему: тело ящера извивалось через всё полотно сверху донизу, ещё и чешуя рептилии сверкала и переливалась золотом, словно дорогое ювелирное украшение.
А вот дева была какая-то… дурнушка-замарашка? Одета скромно. Тощая косичка болтается вокруг шеи словно удавка. Босая…
Мда, создатель картины явно был мизогинист.
От созерцания неоднозначной картины у меня засвербело в носу. По привычке зажала нос рукой, задержала дыхание и усилием воли подавила чих.
Обошла всю комнату и пришла к выводу, что хозяин этого дома очень и очень богатый чело… э-эм… дракон.
Обстановка богатая, добротная. Это вам не дерьмо на воде, а сделано всё на совесть.
Много книг порадовали мой взор, пальцы так и зачесали взять хоть одну из них и полистать, но подавила это неуместное желание и убрала руки за спину. Мало ли, может меня проверяют, или книги вдруг, магические какие. Я должна не забывать, что я в гостях. А ещё не забыла, как хозяин этого дома пытался меня лишить жизни.
Передумал?
А может и убил, а потом воскресил?
От этих вопросов, у меня проснулся зверский аппетит. Точнее, он не проснулся, а напомнил, что неплохо бы пожрать, а то во рту и маковой росинки уже чёрт знает сколько времени не было.
Подошла к двери и осторожно потянула ручку на себя.
Странно. Но дверь не поддалась.
Ох, наверное, надо открывать от себя!
Сюрприз, однако!
Дверь была заперта на замок!
Что за шутки?!
Опустилась на колени и заглянула в замочную скважину.
Но увидела я мало. Продолжение роскошной обстановки дома. И всё.
Ни людей, ни драконов. Никого.
Обвела взглядом комнату и только сейчас осознала, что тут нет ни одного окна! Блин, вот засада.
Почесала макушку и озадаченная вернулась и села на софу. Подтянула к себе колени и уронила на них голову.
— Вот же влипла… — сказала вслух и тут же поморщилась.
Горло тут
