расскажу маме!
И словно волшебная формула, одно только упоминание имени всемогущей миссис Гиллрой тут же чудесным образом подействовало на мальчика. Нет, его глаза остались такими же пустыми и вселяющими ужас, но он, по крайней мере, заговорил. И голос его звучал так же, как и всегда.
— Эй, не надо маме, ябеда! Да я пошутил только… Вы чего? Видели бы себя в зеркало!
Том попытался улыбнуться, но не смог. Вместо улыбки вышла кривая ухмылка. Его губы и подбородок внезапно задрожали, в уголках пустых глаз выступили слёзы.
— Да ладно, я же не знал, что вы так струхнёте… В гимназии вон никто так не испугался… Элен, что с тобой? Не бойся…
— Том, — наконец смогла выдавить Элен, вновь обретя способность дышать и говорить. Страх, ещё секунду назад доводивший её до безумия, потихоньку рассасывался, прячась на самом дне подсознания и недовольно ворча. — Том, ты понимаешь меня?
Мальчик вместо ответа подошёл к ним и присел рядышком, обхватил Элен за шею и горячо зашептал ей на ухо:
— Элен, прости, я и не думал, что ты так сильно испугаешься, честно. Не бойся, это скоро пройдёт. Я ещё прошлой ночью посэментировал…
— Поэкспериментировал, — как заторможённая поправила Элен. Она решительно отказывалась что-либо понимать и просто бессильно таращилась в стену за кроватью Тома.
— Ага… Это длится всего несколько минут. Если закапать по одной капельке в глаз. Наверно, если капнуть больше, то глаза изменятся надолго… Но я не стал…
Он испуганно замолк и отодвинулся, отведя взор в сторону. Элен взяла его лицо в ладони и медленно повернула к себе, заставив смотреть прямо на неё.
— Том, что случилось? Как ты сделал себе такие глаза? — Элен говорила тихо, но очень ёмко и твёрдо. Она смотрела на него с гневно поджатыми губами и полным решимостью взглядом. И мальчик, как бы ему не было стыдно, не мог отвернуться. — Сейчас же, сию же минуту, ты мне расскажешь абсолютно всё что мне нужно знать. Ничего не утаивая, в мельчайших подробностях. Ты не выйдешь из своей комнаты, пока я не буду знать, повторюсь, абсолютно всё. Рассказывай.
— Так как мы рассказывали тебе про того мальчика? — сглотнув, уточнил Том, и не думая трепыхаться.
— И даже больше. Ты мне всё расскажешь. Я должна знать, почему у тебя сейчас такие же глаза, как у твоего старшего брата!
— Ой, — ошарашенно пискнула Сью. — А ведь и правда, у тебя же глаза стали, как у Стефана! Точь-в-точь такие ж чудные…
Том густо покраснел и понурил голову. Элен нутром почуяла, что сейчас услышит нечто, что ей совсем не понравится. И почему-то от осознания этого факта ей стало ещё страшней.
— Я не хотел… Так получилось… Ну, я случайно увидел эту коробку.
— Коробку?! — Элен показалось, что она ослышалась.
— Ага, — шмыгнул носом Том. — Коробка Стефана. Я случайно наткнулся на неё… Ну, и открыл. А там — это.
Не говоря ни слова, Элен поднялась с пола, прошла к двери и щёлкнула щеколдой. Двойнята наблюдали за ней. Сью взволновано покусывала губы, а Том смотрел безучастными мёртвыми глазами, хотя остальные мускулы его лица выдавали крайний испуг. Страх Элен невольно передался и мальчугану.
— Том, иди сюда, садись, — Элен опустилась на кровать Сью и похлопала рядом с собой.
Том послушно плюхнулся подле девушки. Сью проворно забралась на кровать и примостилась под бочком Элен, доверчиво прижимаясь к ней. Элен машинально приобняла девочку и выжидающе уставилась на её брата. Том смущённо заёрзал по покрывалу и прочистил горло.
— Ну, я и говорю, что всё вышло совершенно случайно! Я не хотел…
Мальчик начал рассказывать. Сначала неуверенно, запинаясь на каждом слове, словно боялся быть наказанным за откровенность, затем всё увереннее и живей. Отсеивая лишние фразы и непременные детские восклицания, Элен услышала очень странную и воистину прелюбопытную историю, которая, как ни прискорбно, дала намного больше вопросов, чем ответов.
В целом рассказ Тома сводился к тому, что не далее, как вчера, в воскресенье, будучи предоставленным сам себе, он слонялся по дому и, разумеется, совершенно случайно забрёл в комнату Стефана. Старшего брата в ней не было, а дверь по случайному опять же стечению обстоятельств оказалась не заперта. И конечно маленький негодник предпринял дерзкое проникновение в логово умственно отсталого юноши. Краснея, Том признался, что и раньше, бывало, наведывался в комнату старшего брата. Случалось, что Стефан оставлял спальню открытой, а сам прятался неизвестно где.
Так вот, и вчера был один из тех редчайших случаев, когда комната Стефана была доступна для любых гостей. Том быстренько прошмыгнул внутрь, воображая себя специальным сотрудником Империал-Ярда, идущим по следам опасного, разыскиваемого всеми странами преступника, и сразу же увидел её. Шкатулку. Деревянную лакированную шкатулку с встроенным замочком, стоящую на письменном столе. Шкатулка так же оказалась открытой. Разумеется, Том не смог побороть в себе искушения заглянуть внутрь её. А внутри он увидел, что шкатулка разбита на несколько отсеков, заполненных разнокалиберными маленькими стеклянными бутылочками. Каждая из которых была полотно завинчена и запечатана. И подписана. Рассудив, что второго шанса ему уже может и не предоставиться, Том наугад выхватил из шкатулки несколько пузырьков и спешно ретировался. Шалопай отдавал себе отчёт, что покусился на личные вещи брата. И пусть Стефан вряд ли бы даже осознал, что произошло, но факт оставался фактом, а проказа проказой. И за это уж точно не погладят по головке.
Том понимал, что может здорово огрести на орехи, узнай о его поползновениях мать, но искушение было слишком велико. Несмотря на детский возраст, мальчик так же понимал, что шкатулка с загадочными бутылочками отнюдь не является набором личной гигиены и смотрится в спальне Стефана довольно чужеродно. И тогда он сам решил выяснить, что же это за штучки такие. Сначала Том подумал, что это какие-то лекарства, прописанные брату доктором Аткинсом. Но на лекарства они не были похожи. А более всего походили на обычные глазные капли. Но зачем они Стефану, причём в таком количестве?!
Вернувшись в спальню, а это уже было позднее вечернее время, Том забрался к себе на кровать, спрятался под одеялом, отказавшись от щедрого предложения Сью вместе поиграть, и занялся исследованием бутылочек. Сью попыталась сунуть к нему свой вездесущий носик, но Том быстренько отшил сестру, заявив, что ему ещё всяких сопливых девчонок не хватало. Сью обиделась и показала ему язык, но уже через пару минут принялась самозабвенно наряжать кукол на званый ужин в игрушечном домике.
Том же, убедившись, что сестра ему больше не помешает, начал осматривать добычу.
