потери растут. Тракса запускает ЭМИ-ракету. Та взрывается в гуще золотых. Но никто из них не падает с неба. У них тоже есть новейшие ЭМИ-щиты.
Прямо передо мной разлетается на куски тело кого-то из упырей. Выстрел из ионной пушки Севро пронзает ряды драгун, и двое умирают. Используя робоскафандр Траксы как прикрытие для моих более тонких доспехов, я лечу в ее тени. Словно атакующий рыцарь, поднимаю над головой клинок – и клинок мой прям и верен.
А потом, почти на скорости звука, два боевых отряда машин и людей встречаются в небе. Они сталкиваются с лязгом, словно эскадрильи падших ангелов. Ужас, воплощенный в металле. Рев пушек и огня, сверкание мечей и двигателей. Милия пронзает клинком лоб какого-то золотого, и тут же вражеское лезвие рассекает ее надвое. Половинки тела разделяются и беззвучно летят вниз, вращаясь. Я блокирую направленный в голову Траксы клинок этого нобиля, когда тот пролетает мимо нас. От силы столкновения моя рука немеет до плечевого сустава, но я удерживаю клинок, врываясь в ряды противника. Я отскакиваю от Траксы и, почти уже столкнувшись с золотым, протыкаю его грудь. В последнее мгновение изгибаюсь, и клинок врага оставляет зарубку на моем шлеме. В следующий момент я чувствую стон собственных костей, не защищенных робоскафандром; они едва не ломаются от удара. У меня темнеет в глазах, и мы вместе с нобилем летим вниз.
Мы падаем на выступ скалы; наши металлические конечности переплетены. Мой шлем в нескольких дюймах от его шлема-ягуара. Золотой целит мне в голову импульсной перчаткой. Я выпускаю клинок, использую захват в технике борьбы крават, прижимаю его руку к туловищу, одновременно дотягиваюсь своей импульсной перчаткой до его живота и стреляю на автомате. Его тело плавится и разваливается пополам, а из горной расщелины вылетает раскаленный камень и падает на мой визор. Я сталкиваю с себя тлеющий труп противника и пытаюсь встать; его ноги падают с уступа на белые скалы. Но прежде чем я успеваю подняться в воздух, кто-то стреляет мне в спину. Мой импульсный щит рушится, броня плавится на уровне поясницы и кожа шипит. Я яростно кричу и спрыгиваю с уступа, отчаянно виляя в воздухе, чтобы оторваться от преследователя. Оглянувшись назад, я вижу, как Севро вбивает своим робоскафандром рыцаря-золотого в горный склон. Используя невероятную силу скафандра, он отрывает противнику руки и топчет его бронированную голову. Еще один золотой проносится мимо них, стреляя из импульсной перчатки. Севро вскидывает механизированную руку скафандра и хватает золотого за ступню. Он дергает его за ногу в противоположную сторону, и сила противодействия отрывает ее по бедро. Золотой разворачивается и врезается в скалы на скорости двести километров в час.
– Иди в башню! Там должен быть ход на посадочную площадку! – кричит Севро. Он стреляет в кипящую над ним в воздухе схватку. – Без робоскафандра ты тут сдохнешь! Найди Повелителя Праха!
Но здесь умирают мои упыри.
Наша попытка прорвать строй золотых провалилась. Бой распался на отдельные стычки в воздухе, и люди убивают друг друга на горном склоне и у стен башни. Робоскафандры дают нам преимущество, но золотые в своих импульсных доспехах более маневренны и превосходят нас числом. Они наваливаются массой на мощные мехи, как шакалы, убивающие львов.
Я вижу, как Тракса отбивается от шести окруживших ее золотых. Склон внизу усеян врагами, сокрушенными ее импульсным молотом. Она сбивает еще одного, но тут ее пронзают сзади. Другой золотой отрубает левую руку ее меха. А третий несколько раз бьет ее в живот, прежде чем на них обрушивается Безъязыкий. Внизу, в ущелье, Крошка сражается, защищая Клоуна в поломанном мехе.
– Все на крышу! – кричу я в интерком.
Теперь, когда воздействие темной зоны исчезло, сигнал проходит нормально. Севро повторяет приказ.
Оставшиеся упыри пробиваются на крышу, чтобы присоединиться к нам с Севро, и мы летим над горой на самый верх башни. Там на посадочной площадке шестидесяти метров в диаметре расположился отряд снайперов-серых с подкреплением из числа черных. Когда мы приземляемся, они отступают, укрываясь за длинными крыльями личного челнока Повелителя Праха.
Мы с Севро приземляемся на край площадки и вступаем в бой с отрядом черных и серых. Я врезаюсь в них на полной скорости, ломая грудную клетку серого о бетон. Скатившись с него, я отвожу в сторону огромный топор черного и стреляю ему в голову. Его шлем выдерживает выстрел, но мне удается оглушить его и перерубить ему ноги клинком. Прежде чем я успеваю прикончить черного, какой-то золотой бьет меня сбоку импульсным кулаком. Мой щит поглощает удар. Я взлетаю на гравиботах, потом пикирую на золотого, и мы обмениваемся серией рубящих ударов; в конце концов я отсекаю ему руку по плечо. Кто-то стреляет в него сбоку. Севро пинком сбрасывает с крыши серого. Черный бросается на Севро и бьет импульсным копьем ему в лицевую пластину. Севро в последний момент уклоняется и отталкивает черного. Он хватает голову противника механической рукой и сдавливает, сокрушая ее. Кровь хлещет на его мех. Зеленые разряды плазмы бьют по ногам меха, расплавляя их и лишая Севро возможности двигаться. Отряд пригнувшихся серых стреляет в него с противоположной стороны площадки из огромных бронебойных плазменных винтовок. Я палю в противников, вырывая сразу нескольких из ряда и превращая их в груду дымящегося мяса. Но поздно. В мех Севро врезается ЭМИ-ракета. Синие электрические разряды шипят, пережигая схемы скафандра. Севро катапультируется вручную, стреляя над головами Александра и Безъязыкого, которые как сумасшедшие сражаются с накатывающими на них волнами врагов.
В схватке я теряю Севро из виду.
Враги напирают, стреляют в нас сверху, вгрызаются в наши ряды. Взрывная волна швыряет меня в сторону. Пока я пытаюсь восстановить равновесие, черный, на голову превосходящий меня ростом, бьет меня в грудь импульсным молотом. Мой импульсный щит отключается. Броня прогибается. Я отлетаю, чувствуя, как ломается несколько ребер. Черный сбивает меня с ног, прежде чем я успеваю поднять голову. Я пытаюсь нанести колющий удар клинком, но враг наступает мне на руку. Его топор взлетает в воздух, притормаживает на миг. Тракса лежит, пришпиленная к земле, с клинком в бедре. Александр отчаянно пытается пробиться ко мне. Я реву в страхе, когда импульсный топор опускается. Он прорубает мой шлем. Энергетическое лезвие светится бледным огнем в считаных сантиметрах от моего лица, но визжащий металл удерживает его. Исходящий от топора жар наполняет мои глазные яблоки болезненным давлением. Черный дергает топор в сторону, вырывая мой шлем из креплений. Затем издает боевой клич и становится
