Черчилль и Сталин договорились нести равную ответственность за общее развитие ситуации в Югославии и в месяцы до Ялты искренне работали вместе.
Тито, как председатель Национального комитета освобождения. и Шубашич, как премьер-министр Королевского правительства Югославии, 7 декабря сообщили о принятии двух соглашений, направленных на создание нового единого правительства Югославии. Эти соглашения предусматривали, что король Петр не должен возвращаться в Югославию, пока сам народ не позовет его. До этого момента королевская власть должна осуществляться регентским советом, назначенным королем с согласия Тито и Шубашича. В распределении исполнительных должностей члены комитета Тито должны были иметь преобладающую долю, но некоторые места предназначались группе Шубашича. Антифашистский Совет национального освобождения должен был пока обладать полной законодательной властью. Но было обусловлено, что в течение трех месяцев после освобождения всей страны будут проведены общие выборы в Конституционную ассамблею, которая определит будущее постоянное правительство страны.
Британское правительство было недовольно этими соглашениями, но решило поддерживать их ради предотвращения постоянных волнений, чтобы дать шанс выжить различным демократическим элементам в этой неспокойной балканской стране. Спросили мнение американского правительства. Государственный департамент был настроен враждебно; он сделал верный вывод, что эта группа будет обладать контролирующей властью в правительстве, а «жест в сторону правительства в изгнании в лице доктора Шубашича кажется уступкой, которую сочли достаточной для получения признания другими правительствами».
Если не считать этого заявления, американское правительство бездействовало.
Шубашич, последовав примеру Тито, поехал в Москву выяснить, какие заверения он сможет получить от Сталина. По возвращении он посоветовал королю Петру подчиниться договору между ним и Тито, не возвращаться в Югославию и передать королевскую власть регентству. Но молодой король отказался и 11 января сделал публичное заявление, в котором объяснил, что этот поступок кажется ему эквивалентным отречению, результатом которого, безусловно, будет передача всей власти в Югославии одной политической группе, поэтому он его не совершит. Убеждение на него не подействовало; 18-го Черчилль в палате общин установил крайний срок. Король, в качестве вызова, без долгих рассуждений распустил правительство Шубашича, после чего британское правительство заявило королю, что признает любое югославское правительство, которое сформирует король. Оно передало Шубашичу, что поступок короля не повлиял на намерение британского правительства позаботиться о том, чтобы его соглашение с Тито было выполнено, и ради этой цели британское правительство готово перевезти его и его правительство в Белград вместе со всеми другими югославскими лидерами, которые захотят туда перебраться. Оно предупредит об этом Тито. Была сделана еще одна попытка убедить американское правительство вмешаться в ход событий, но и эта попытка не увенчалась успехом.
Будучи не в состоянии найти какую-либо замену, приемлемую для британского министерства обороны, король снова назначил Шубашича, приказав ему выполнять соглашение с Тито. Но король и Тито, похоже, не смогли прийти к согласию по кандидатурам в регентский совет. До тех пор пока они не договорились, правительство Шубашича оставалось в Лондоне и соглашения не могли выполняться.
В Ялте Черчилль предложил Сталину присоединиться к двум поправкам к соглашениям Тито-Шубашича. Вот эти поправки:
1. Члены бывшего югославского парламента, не сотрудничавшие с врагом, могут быть включены в Антифашистский совет, который будет осуществлять законодательную власть.
2. Действия этого Антифашистского совета должны утверждаться Конституционной ассамблеей, которая должна быть создана после освобождения всей Югославии.
Сталин, используя аргументы, предоставленные ему Молотовым, сопротивлялся этому предложению. Он возражал, что это будет означать откладывание выполнения соглашений на неопределенное время. Лучше, утверждал он, подождать, когда начнет действовать новая правительственная машина, а затем посоветоваться с нею о британских поправках. Черчилль и Идеи отрицали тот факт, что для обсуждения их предложений требуется отсрочка исполнения соглашений, и настаивали на их немедленном представлении Тито и Шубашичу, так как они разумны, сделают новое югославское правительство более демократичным и гарантируют новому правительству лучший прием.
На последнем, стремительном этапе конференции, пока разрабатывались формулировки по Польше, было принято соглашение и по этому вопросу. По форме это был компромисс, в результате которого возобладала советская стратегия. Черчилль отказался от идеи внесения поправок в договор Тито-Шубашича до начала его выполнения. Тогда было решено, что они со Сталиным обратятся к Тито и Шубашичу, убеждая их поторопиться и выполнять договор таким, какой он есть, сформировав новое правительство, основанное на нем; а затем новое правительство должно заявить о своем намерении действовать в соответствии с двумя поправками, предложенными Черчиллем. Рузвельт, после недолгого раздумья, согласился с таким обращением. Оно было отослано.
Вскоре после того, как в Ялтинской конференции был объявлен перерыв, Шубашич и его группа уехали из Лондона в Белград. В начале марта три регента принесли свои клятвы; Шубашич прочел официальные обращения короля. Несколько дней спустя Тито образовал новое правительство, полностью подчиненное его воле.
Британцев беспокоили участившиеся конфликты на границах между Югославией и Австрией и между Югославией и Италией. Идеи представил на рассмотрение Ялтинской конференции меморандумы по обеим ситуациям.
В одном отмечалось, что при предполагаемом распределении зон оккупации в Австрии британцы будут нести ответственность за всю австрийско-югославскую границу. Неприятности могут начаться из-за предъявления югославским правительством претензии на пограничные регионы Австрии, а их партизанские отряды могут попытаться овладеть этими регионами. Британское правительство не хотело в одиночестве бороться с югославами. Поэтому оно предложило главам трех держав в Ялте объединиться и заявить югославскому правительству, что до окончательного мирного урегулирования должна быть восстановлена прежняя австрийско-югославская граница. В качестве предупреждения следовало получить подтверждение Советского Союза о поддержке любых действий британского правительства, направленных на сохранение целостности этой границы.
Второй меморандум предупреждал о серьезной опасности конфликтов в итальянской провинции Венеция-Джулия, примыкающей к Югославии на северо-востоке. В нем утверждалось, что британцы планируют учредить Союзное военное управление в Италии и в этой провинции до границы 1939 года. Однако Тито не соглашался и был намерен осуществлять административную власть на обширных участках этой провинции, которую хотел присоединить к Югославии и которую уже контролировали его партизаны. Британское правительство предвидело, что, если не принять мер предосторожности, борьба, возможно, разгорится между Союзным военным управлением и этими партизанами или между югославскими и итальянскими партизанами. Оно предложило определить на Ялтинской конференции временную демаркационную линию между участком, контролируемым Тито, и участком, контролируемым Союзным военным управлением.
Британские меморандумы были представлены накануне перерыва. Главы государств приняли их к сведению и согласились поручить дипломатам их обсуждение после перерыва в конференции. Здесь скажем, забегая вперед: они попали впросак.
В Румынии коалиционное правительство, которому не хватало силы и стойкости, испытывало давление со всех сторон. Местные коммунисты и поддерживающие их элементы плели интриги против него и везде сеяли беспорядки. Советское правительство не без причины добивалось от румынского правительства сбора репараций и придиралось к нему за укрытие лиц, сочувствующих нацистам, и военных преступников. Руководители самых консервативных партий отворачивались от правительства, полагая, что оно делает недостаточно для подавления угрозы коммунизма. Король лишил доверия премьер-министра Сатанеску под предлогом его готовности плясать под дудку коммунистов. Было решено, что лучшим способом поддержать порядок и соблюсти видимость некоторой свободы будет замена правительства «политиков» правительством «технарей», людей, не связанных тесными узами с какой-либо политической партией. Это было сделано в начале декабря, несмотря на опасения силового захвата власти коммунистами. Они могли добиться успеха, если бы их поддержали советские официальные лица в Румынии.
