Интернет. Так, вот и сайт новосибирского института. Так, вот личные данные. В специальную строчку Юрий с восторгом вбил номер личного телефона. Вот! Теперь всё как у людей, нормальных людей. Хватит быть «недобитком» из дикого леса. Да, ещё нужно будет внести в список контактов телефон жены.
«Жена», мысленно произнёс Юрий, словно попробовал это слово на вкус. Как же хорошо, что теперь у него есть жена. Ну, ладно, сегодня вечером он обязательно нагрянет к ней в гости. И тогда…
В точно назначенное время, буквально секунда в секунду, на центральном экране появился белый конвертик. Юрий торопливо щёлкнул по нему, зазвучала электронная мелодия вызова. Ага, Юрий машинально кивнул, это так называемый видеозвонок, когда собеседника не только слышно, но ещё и видно. А это, в груди холодным шаром запульсировало предвкушение, живой человек. В смысле, Юрий торопливо поправил сам себя, человек из настоящей реальности.
На центральном экране появилось лицо женщины лет пятидесяти. Некогда тёмные волосы тронуты сединой. Конечно, её можно было бы легко скрыть какой-нибудь краской для волос, только женщина не нуждается в этом. Глаза добрые, озорная улыбка. Однако на её лице то тут, то там можно заметить морщинки. Юрий немного стушевался. Или женщине не пятьдесят лет, а несколько более?
Больше всего Юрия удивил задний фон. Инстинктивно он ожидал увидеть некий строгий офис. Там… белые пластиковые стены, графики производительности, квартальный календарь с государственной символикой. Ничего подобного! Немолодая женщина звонит ему из своего дома. Жаль, не понять, квартира или личный коттедж, но то, что это спальня — вполне определённо. Сбоку чуть выступают пышные светло-зелёные занавески. На стенах цветные семейные фотографии детей. Большие тёмные часы с маятником мерно отстукивают время. И сервант, узкий и высокий, может быть даже из натуральной древесины.
Юрий чуть было не выпал в осадок, когда динамики домашнего компьютера донесли до него детские голоса. Двое-трое, а то и больше, малышей весело галдят и визжат где-то за пределами видеокамеры.
— Добрый день, молодой человек, — немолодая женщина заговорила приятным хорошо поставленным голосом. — Меня зовут Мотевич Влада Силуяновна. Можно просто Влада. Хотя, — в глазах немолодой женщины блеснуло озорство, — что-то мне подсказывает, что вам будет удобней называть меня Владой Силуяновной.
— Приятно познакомиться, Влада Силуяновна, — Юрий вежливо склонил голову. — Разрешите называть вас по имени отчеству. Ведь вы мне в матери годитесь.
— Ох, Юрий, — Влада Силуяновна легко рассмеялась, — умеешь же ты польстит. Вообще-то я гожусь тебе в бабушки.
Во чёрт, Юрий плотнее сжал губы. Влада Силуяновна и в самом деле старше, чем выглядит. А где-то за пределами экрана весело галдят и визжат её внуки, а не дети. В смысле, дети её детей.
— С твоей биографией я уже ознакомилась, — между тем продолжила Влада Силуяновна. — Признаться, с тобой поступили не совсем справедливо.
— Это верно, — Юрий печально вздохнул.
— Но, с другой стороны, из всех «недобитков» ты единственный, кто подал заявление в Новосибирский институт дистанционного обучения.
— Как единственный? — тихо воскликнул Юрий.
— А вот так, единственный, — Влада Силуяновна кивнула. — Я специально проверила. Получается, что всех прочих твоих односельчан и братьев по вере жизнь в «Благодатном мире» более чем устраивает.
— Влада Силуяновна, — Юрий недовольно поморщился, — я родился в секте, до семнадцати лет жил в секте, но это не значит, что я до сих пор разделяю религиозные догматы церкви «Истинные люди». Мне очень неприятно вспоминать свою жизнь в секте. В моей биографии не указан очень неприятный для меня факт, когда меня, против моей воли, едва не женили на, мягко говоря, деревенской дурнушке. А всё потому, что отец Кондрат, духовный лидер нашей секты, решил честно отработать взятку отца той деревенской дурнушки.
— Прости, — Влада Силуяновна мягко улыбнулась, — больше не буду вспоминать об этом. Но, разреши, я продолжу.
Чтобы в будущем не возникло никаких недоразумений, скажу сразу: я живу в Пензе, а не в Новосибирске.
— А-а-а…, — протянул Юрий. — До сих пор не могу привыкнуть, что в Большом внешнем мире расстояния не всегда имеют значение.
— Всю свою сознательную жизнь я проработала учительницей в Общеобразовательной школе № 1 города Пенза. Два года назад я вышла на пенсию. Но, признаться, мне стало скучно целый день смотреть телевизор, поливать цветы и терпеливо ждать, когда же дети привезут мне на выходные внуков. Вот я вызвалась волонтёром помогать тем, кто нуждается в дистанционном обучении. Честно говоря, — на щеках Влады Силуяновны проступил лёгкий румянец, — я очень рада, что именно меня назначили твоим куратором. Мне ещё ни разу не приходилось помогать молодым людям вообще без всякого образования. Да ещё из «Благодатного мира». Так что, Юрий, ты вполне можешь стать вершиной моей волонтёрской деятельности. Но это ладно. Наверняка у тебя на языке вертится куча вопросов.
Влада Силуяновна вопросительно уставилась на него, от чего Юрий растерялся. Так-то оно так. Ещё буквально пять минут назад язык и в самом деле чуть было не распух от вопросов, только сейчас, как назло, все до одного разбежались.
— А, это…, — растерянно промямлил Юрий.
— Первый вопрос, который мне обычно задают, зачем вообще нужен куратор?
— Да, — Юрий облегчённо выдохнул.
В самый подходящий момент Влада Силуяновна сама пришла ему на помощь. Вот что значит педагог с огромным стажем и опытом.
— Ответ, между тем, прост, — Влада Силуяновна развела руки. — Пусть современные компьютеры весьма и весьма продвинутые штучки, только людям всё равно гораздо приятней общаться с другими людьми. Да и компьютеры не всегда могут понять нужды и желания людей, особенно если люди и сами толком не могут понять, что же им нужно. Ведь не всем дано чётко, как робот на плацу, формулировать собственные вопросы, проблемы и желания. Я права?
— В точку! — Юрий радостно улыбнулся.
Вопрос о кураторе и в самом деле был первым, который Юрий хотел задать. А то, понимаешь, подозрительно, чтобы кто-то из реальности тратил на «недобитка» из «Благодатного мира» своё время.
— Второй вопрос, который мне обычно задают, сколько придётся учиться?
— Да, — Юрий аж просиял от счастья и облегчения.
— В реальной жизни образование обычно занимает семнадцать лет. Это двенадцатилетняя школьная программа и ещё пять лет института.
Юрий тут же печально вздохнул и опустил глаза. Семнадцать лет — как же это долго.
— Юра,
